к богам, для АВ весьма существен вопрос об аутентичности текста. С РВ таких проблем в принципе нет: священный текст строго охранялся в устной передаче, а АВ стала священной далеко не сразу, результатом чего явились многочисленные искажения текста и нарушения стихотворных размеров. Переводчик АВ довольно часто не знает, что за текст он переводит, и перевод в таких случаях может оказаться чисто механическим. В данном переводе не ставилась задача реконструкции текста[122].
В отличие от РВ древняя часть АВ — ее заговоры и заклинания обращены к человеку, его желаниям и страстям, его повседневному быту, а быт этот, как и сам человек, отделен от нас несколькими тысячами лет. Отсюда невозможность установить многие реалии, которые были непонятны уже средневековым индийским комментаторам. В АВ имеется немало слов, неясных по значению: неотождествленные названия растений, животных, змей, насекомых, частей человеческого тела, болезней и пр. Работы по этимологии (прежде всего словарь Майрхофера) и исследования неиндоарийского субстрата ведийского языка (работы Кёйпера, Витцеля и др.) понемногу уменьшают число этих слов, однако значительная часть этих реалий канула в вечность. Все такого рода неясные слова переданы в русском переводе в их санскритской форме.
Текст АВ далеко не всегда бывает самодостаточным и, чтобы его понять, приходится обращаться к вспомогательной литературе — средневековым комментариям, поясняющим, в частности, какие ритуалы сопровождают данный заговор. Переводчик должен знать эти комментарии, но бывает и так, что они вводят в заблуждение, связывая заговор с таким ритуалом, который не находит никакого подтверждения в самом тексте.
Текст редакции Шаунакия АВ, как известно, на 5/6 является метрическим. Стих силлабический, для стихотворного размера важно число слогов, а количественная характеристика — последовательность тяжелых и легких слогов фиксирована только для последних четырех-пяти слогов. Рифмы нет (она может встретиться случайно как вариант повтора), место ударения роли не играет. Таким образом, различие между русским и ведийским стихом огромно, и передача текста «размером подлинника» невозможна. К тому же стих АВ, отличающийся постоянным нарушением размеров, иногда незаметно переходит в прозу.
В данном переводе при передаче метрического текста АВ было сохранено деление стиха на стихотворные строки — пады и место ключевых слов в падах (что существенно для ряда заговоров). Организующим началом ведийского стиха является соотнесенность синтаксических структур с границами пад. Эта особенность была по мере возможности соблюдена при переводе.
При общем стремлении переводчика предельно точно донести до читателя смысл текста АВ дополнения текста в случае эллипсиса (они даются в круглых скобках) делаются только тогда, когда они с большой степенью очевидности вытекают из текста.
Работая над русским переводом, переводчик постоянно обращался к английскому переводу Уитни-Ланмана как к наиболее точному. Все расхождения с этим переводом отмечены в комментарии.
Комментарий носит лингвистический, филологический и текстологический характер. В нем обсуждаются вопросы сохранности текста и возможные его эмендации, разбираются грамматические формы и синтаксические конструкции. Особое внимание уделяется лексическому значению трудных слов, и приводятся предположения об их этимологии. При переводе и составлении комментария была использована вся новая научная литература, доступная в Москве. В комментарии регулярно указываются заимствования и параллели из РВ и там, где это возможно, проводится сопоставление с вариантом текста из Пайппалады. Делаются пояснения мифологического характера. Комментарий «Саяны» приводится по мере надобности.
В начале каждой статьи указывается тема заговора. Название обычно дается по Уитни (в тексте заговора оно отсутствует). В редких случаях несогласия это бывает указано. Нумерация заговоров не следует Уитни, который нередко объединяет тематически близкие стихи в один гимн вопреки анукрамани. Данный перевод следует нумерации, используемой в издании ведийского текста.
Если текст метрический, в комментарии всегда указаны стихотворные размеры. Часто это бывает приблизительно, так как размеры стихов очень неточные. Специально метрике внимание не уделяется, поскольку задача реконструкции текста в переводе не ставится.
В комментариях к гимнам на полях указываются строки (пады) стиха. Обычно порядок строк перевода и оригинала совпадает; в случае несовпадения указывается строка оригинала.
Перевод был выполнен по изданию: Atharvaveda (Saunaka). With the Päda-pätha and Säyanäcärya’s Commentary. Ed. by Vishva Bandhu. Pt I-IV. Hoshiarpur, 1960-1962.
Переводчик считает своим долгом выразить глубокую признательность В.Н.Топорову, всегда помогавшему своими знаниями и советами, Л.И.Куликову, на протяжении многих лет присылавшему новую научную литературу, недоступную в России, профессорам А.М.Лубоцкому и М.Витцелю.
Т.Я. Елизаренкова
ВВЕДЕНИЕ К ТРЕТЬЕМУ ТОМУ
Эта книга завершает не только полный перевод Атхарваведы на русский язык, но и гигантскую работу почти всей жизни выдающегося индолога Татьяны Яковлевны Елизаренковой, посвященную ведийским исследованиям: ведийскому языку (лингвистические разыскания), ведийской поэтике в русле поэтики индоевропейской, ведийскому ритуалу и мифологии и, наконец, полному комментированному переводу на русский язык двух основных памятников ведийской литературы — Ригведы и Атхарваведы.
При этом пройденный Татьяной Яковлевной «ведийский» переводческий путь, грозивший быть незавершенным из-за тяжелых недугов, мучивших ее в последние годы, оказался почти невероятным образом завершен ее стремительным творчески-волевым усилием, давшим состояться третьему тому.
Над переводом Атхарваведы, собрания магических заклинаний, Татьяна Яковлевна начала работать в 70-е годы. В 1976 г. вышла антология переводов заговоров, включившая около трети всего собрания (Атхарваведа. Избранное. Москва, 1976; 2-е изд. 1989; 3-е изд. 1995). Эта работа фактически не прерывалась и в период перевода и публикации Ригведы (80-90-е годы).
В 2000-е годы начинается систематическая публикация перевода Атхарваведы (все ранние переводы в этом издании пересматриваются). Первый том полного текста выходит при жизни автора: Атхарваведа (Шаунака). Том 1. Книги I-VII. М.: Восточная литература, 2005. Для второго тома была полностью подготовлена корректура, но вышел том уже после смерти автора в 2007 г.: Атхарваведа (Шаунака). Том 2. Книги VIII—XII. М.: Восточная литература, 2007.
Настоящая публикация представляет собой третий том АВ и включает книги XIII-XIX. Перевод основан на издании: Atharvaveda (Saunaka) with the Pada-pätha and Säyanäcarya’s Commentary. Ed. by Vishva Bandhu. Pt I-IV. Hoshiarpur, 1960-1962.
Заговоры этой части памятника имеют разную длину и отличаются систематическим несоблюдением размера. Часть текста составлена прозой в виде речений-последовательностей парьяя. Если в первых двух частях АВ принцип организации гимнов — количество стихов, то в третьей части — семантический критерий. Гимны группируются вокруг одной темы.
Так, книга ХШ, открывающая третий том, и книга XVII посвящены большей частью прославлению Красного Солнца Рохиты (эти гимны близки царским заговорам). При этом связь этих заговоров со шраута-ритуалом, на которую указывает традиционный комментарий, исследователями не подтверждается.
Книги XIV и XVIII связаны со свадебным и похоронным обрядом. Однако они не представляют целых гимнов (как в РВ), а содержат лишь отдельные мантры, сопровождающие свадебный
