Нашел самое тихое место. Устроился в кресло в самом углу помещения. Музыка все равно гремела, но так я хотя бы услышу ее. Посмотрел на парней, они уже начали праздник. Подумал о том, что если к утру мы не успеем вернуться, универ недосчитается десятерых курсантов. Да уж, Птаха замутил недетскую штуку…
— Алло, — раздается в трубке ее тихий, тонкий голос. А у меня колом в штанах. Сжал телефон, будто от того насколько сильно я его держу, зависит наша близость.
— Эй, мелкая… — улыбнулся.
— Илья! — воскликнула радостно, то ли испуганно. Черт его знает, сам не понял. Растворился в ее голосе. Будто колокольчик тоненький. Посмотрел на стену у барной стойки, поймал свое отражение в зеркале. Сижу, улыбаюсь как идиот. Да и пох*р, что идиот.
— Где ты был? Что с тобой? Я тут с ума схожу от волнения!
— Прости мелкая, не мог набрать раньше. Нас дернули прямо с занятий. Отправили в лес на учения. Телефоны отобрали, сам не пойму, что происходит…
— Надолго?
— Две недели, — еле выдавил из себя.
— Две недели? — в ее голосе была печаль. И я ненавидел себя за это.
— Ну это же недолго. По сравнению с тем временем, что нас ждет, правда?
— Да, — ее голос становится тихим. И это п*зд*ц как делает больно. Не хочу, чтобы она грустила. Не хочу, чтобы о плохом думала.
— Ты как? Что нового?
— Все хорошо, прошла второе собеседование.
И я чертовский горд своей малышкой.
— Моя девочка, умница. Я в тебе не сомневался, малая…
Она смеется, но от меня не ускользают нотки грусти в ее смехе.
— Илья, послушай…
Связь прерывается.
— Я плохо слышу… — прижал трубку сильней. — Скажи мне, в чем ты сейчас, мелкая? Я так хочу тебя… п*здец, как хочу. Прошлой ночью ты снилась мне… на тебе были те шортики…
— Шортики? — смеется, голос становится низким. — А что еще?
Маленькая хочет поиграть? Я только рад…
Откидываюсь в кресле, прикрываю глаза, представляя, что сейчас я рядом с ней, в темной и тихой комнате отеля.
— На твоих сиськах не было ничего кроме моих ладоней…
— Илья, — прыскает она.
— Я не виноват, что ты такая ох*ренная… Я так скучаю…
Вика перестает смеяться. Одна только фраза и она замолкает. Становится серьезной. Чувствует… тоже самое ведь ощущает…
— И я скучаю Верх. И очень тебя жду. Ты не представляешь как…
Вены в узел скручивает от ее слов.
— Эй, так нечестно! — сжимаю пальцами глазница, пытаясь придти в себя.
— Бл*ть, это дико сложно… помоги мне…
— Я жду тебя Верх. И когда вернешься, мы двое суток не выйдем из нашего номера.
— Я уже считаю минуты…
— Эй, Верх, бухло стынет! — кричит Птаха.
Поднимаю глаза, пацаны все за столом. На сцену вышли танцовщицы.
— Прости мелкая, мне пора…
— Отдыхай, я уже все равно спать собиралась.
Не сбрасываю вызов и она тоже. Слышу ее дыхание в трубке.
— Эй… я люблю тебя..
— И я тебя, Верх. Очень люблю.
Глава 20
Вика
Разговор с Сергеем Владимировичем был не из приятных. Новость о моем уходе шеф воспринял как личную обиду.
— Ты не могла это сделать после того, как я вернусь с Франции? — он держал в руках мое заявление и был в шаге от того, чтобы его порвать.
— Я понимаю, как это выглядит, но, Сергей Владимирович, если я останусь до конца месяца, я потеряю эту работу… А для меня «ИнвестК» — путевка в будущее…
В дверь постучали. Сергей Владимирович буркнул «Войдите» и перевел на меня хмурый взгляд.
— Ты меня подводишь, Вик… Но я не стану вставлять палки тебе в колеса. Единственное, о чем прошу, доработать эту неделю…
— Конечно, Сергей Владимирович, спасибо вам, — я поднялась с кресла, виновато улыбнувшись. Единственное, чего мне хотелось — поскорей покинуть его кабинет. Чувство вины грызло с невероятной силой, но я старалась не думать об этом.
Развернувшись, направилась к выходу, но сделав шаг, едва не врезалась в мужскую фигуру. А когда подняла глаза, охнула от неожиданности. Буквально в нескольких сантиметрах стоял Ник. Он смотрел на меня в упор, с нескрываемой злостью во взгляде.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ты увольняешься? — его голос был похож на рычание зверя. Меня бросило в озноб. Было неуютно находиться на таком расстоянии от него.
— Да. Прости, мне пора, — сделав шаг в сторону, направилась к дверям. Я не собиралась отчитываться перед ним.
Зайдя в кабинет, бросила ежедневник на стол и обессилено опустилась в кресло. Девочки недоуменно уставились на меня. А мне захотелось расплакаться. Сложно это все, я и сама чувствую себя виноватой перед шефом. Но посовещавшись с Ильей, мы решили, что лучше мне уволиться сейчас. Тем более, сегодня будет завершающий этап собеседования. Не могу же я скрывать от шефа эту новость дальше. Для того чтобы уволиться, мне придется отработать еще несколько дней. А в той фирме долго ждать меня не станут.
Посмотрела на телефон, и еще горше стало. Сейчас мне так не хватало его поддержки! Но Илья в сотнях километров, в лесах, где нет связи. В последний раз мы разговаривали с ним прошлой ночью. Он был с Птахой, в каком-то ресторане, праздновали день рождения друга. Я слушала его голос, и еле сдерживала слезы. Закрывала глаза и представляла, что он так близко от меня, даже запах его ощущала. Казалось, протяни руку и смогу прикоснуться к нему, почувствовать жар его кожи, прижаться к его груди и услышать ровное биение его сердца.
Но он невероятно далеко. И я запрещаю себе думать о плохом. И говорить тоже. Он вернется через две недели, и я увижу его.
— Вик, все в порядке? — раздался Лизкин голос. Смахнув с глаз слезы, я улыбнулась девушке.
— Да, все отлично.
Посмотрев на часы, поняла, что уже начался обед. Нужно собираться и ехать в «Инвест К». Через сорок минут у меня собеседование.
Предупредив девочек о том, что задержусь, вышла из кабинета. Но покинуть офис благополучно не вышло. В дверях меня поймал Ник.
— Ты увольняешься? — прорычал, перекрывая мне путь.
Я не хотела разговаривать с ним. Но он выглядел таким заведенным…
— Да, Ник, я ухожу в другую компанию.
Он сделал резкий выпад вперед, оттеснив меня к стене. Упираясь ладонями о твердую поверхность, взял в плен своих рук. Я замерла, чувствуя опасность.
— Не делай этого, Вик. Не надо, слышишь? Дождись, когда я из Франции вернусь…
Меня злил его напор.
— Может, я сама решу, что мне делать, Ник? Или ты забыл? Так я напомню, мы больше не друзья…
Он скривился, его скулы напряглись.
— Мы никогда ими и не были! — вдруг вскрикнул Ник, заставив меня вздрогнуть. Я посмотрела в его глаза, и кроме злости не увидела там ничего.
— Отойди от меня… — прорычала. Запугивать девочку, оставшуюся совсем одну — совсем не геройский поступок. Ник все больше падал в моих глазах. И даже находиться рядом с ним мне было противно.
— Ты такая идиотка… — с губ слетел едкий смешок.
— Если не выпустишь, я позвоню Илье, поверь мне, даже универ не помешает ему придти и надрать тебе зад…
Ник засмеялся. Но послушно отступил. Уперев руки в бока, он отвернулся на несколько секунд. А я только сейчас смогла полноценно вдохнуть.
— Я не боюсь этого идиота, Вик. И ты не будешь с ним…
С меня хватит.
— И тебе всего хорошего, — я прошла мимо него, направляясь к остановке. Чувствовала спиной его взгляд. Он жегся. Он делал больно.
— Ты пожалеешь об этом! — раздались в воздухе его слова. В ответ я надела наушники и врубила музыку.
* * *
— Вик, я ничего не знаю, у меня отца сегодня выпустили! Ты должна быть с нами!
Я стиснула посильней телефон. Только что вышла из автобуса, прямо перед зданием офиса компании. Все внутренности скручивало от волнения, я могла думать только о предстоящем собеседовании.
— Поздравь от меня папу, Насть, но…
— Вот сама и поздравишь! Все, вечером ждем тебя. И попробуй только не приди, Осадчая. Познаешь силу гнева бывшей близкой подруги, — проворчала она в трубку.
