— Нечисть снизу…
— Не достанет нас. Я выставила барьер.
— Не трать силы, я справлюсь. Они не могут тянуть силы, так что моя магия и огонь со мной, пусть только сунутся, — я улыбнулась. — Как думаешь, много им понадобится времени, чтобы к нам пробили проход.
— Полчаса. Ваня хорошо ориентируется, где мы.
— Если демон хорошо ориентируется, где мы, почему так долго? Алгонит такой трудный в работе?
— Нет, трудны в работе драконы. Прибыл владыка Иулиэн и мастер Зурман, старший исследовательской группы. Они считают, что проще оставить яйцо замурованным здесь, а то мало ли что за нечисть из него вылупится.
— Ты так спокойно об этом говоришь.
— Это не впервые, когда драконы считают только свое мнение правильным, — пожала я плечами. — Вал и Ваня все сделают правильно, не переживай.
— Переживать должны Иулиэн и Зурман, — чуть слышно рыкнул Ар, и я тихонько рассмеялась.
Мой дракон окутал нас щитом защиты, гася шум и смрад, что царил вокруг. Я же на его руках чувствовала невероятную защищенность и решила, что лучшего времени и места мне не найти. Сняв голубой источник с груди, я поднесла его к яйцу, и словно капля оно скользнуло внутрь. Сила хранителя устремилась к яйцу, укрепляя стенки сосуда новой жизни.
— Что это было? Что ты сделала?
— Чистый источник, это сосуд с мирсами, вернее их икринками. Хранительница искала место, где сможет возродить свое племя, но на них напали, лишили сил, отравили. Когда ее водным потоком затянуло внутрь скал, она немного пришла в себя и догадалась сохранить свое потомство в самом центре строения. Сама же, отравленная темной магией, стала держаться подальше от этого места, чтобы не навредить. Магию, что приходила к ней, она делила на светлую и темную, светлую направляла сюда, поддерживая свое потомство, темная позволяла ей жить самой. Но чем больше становилось темноты, тем меньше ей хотелось делиться светом. Вскоре, тьма поработила сознание мирсы, она просто питалась магией и росла. Яйцо и ларец она притянула по той же причине. Но когда вы стали рвать ее, наносить ущерб, это ослабило воздействие тьмы на остатки разума Хранительницы.
Своей силой она очистила яйцо, и это позволит ему пробудить икринки, а я помогу им вылупиться. Надо будет найти для них новый дом.
— Я помогу. Я знаю много мест, где есть чистые реки, и никого вокруг. На крайний случай, можем поселить их в Риграндском заповеднике. Думаю, старший Ригранд обеспечит их защитой.
— Спасибо, — я потерлась о ткань порванного камзола и почувствовала, как Ар прижимает меня к себе покрепче. Сонливость накатила сразу, как последняя искра выпущенных сил скрылась в скорлупе. — Ар, я скоро усну, — встревожилась я. — Не отдавай яйцо владыке Иулиэну. Оно сейчас уязвимо, я не смогу его защитить. Три дня Ар, я просплю три дня. Не отдавай им яйцо.
— Не отдам, не переживай. Спи, родная, отдыхай. Я уже чувствую магию, что проходит сквозь камень. Ни Иулиэн, ни Зурман, никто другой не прикоснутся к яйцу. Отдыхай, ты хорошо поработала.
— Я люблю тебя, — прошептала я, закрывая глаза.
— Я тебя сильнее, — услышала я тихий голос Ара, проваливаясь в сон.
Глава 9
Владыка Фарх
— Какие новости? Как там ребята? — Парт устало сел рядом.
— Аргайл надрал задницу Зурману и отчитал Иулиэна. Очищающим пламенем вылизал старинные скалы. Теперь камнетворцы доводят старую постройку до ума. Уже идут споры, кому отдадут новый дом.
— А то, что там раньше нечисть обитала, никого не пугает?
— После пламени Ара? Наоборот, там уже до скандалов и споров дело дошло. Иулиэн настаивает, что это прекрасное место для башни стражей, а научный совет возражает, замок из алгонита — самое то, для научной лаборатории.
— Как думаешь, кто победит?
— Пока Киани не проснется, трудно сказать. Может, у нее свои планы на освободившееся место. Уверен, после выходки Ара, Наследнице никто возражать не посмеет.
— Это точно, Ар умеет убеждать, — улыбнулся Парт.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Как ты? — Мой друг откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.
— Плохо, — прошептал он. — Я не знаю, радоваться мне или кричать от ужаса. А если она действительно жива? Ты представляешь, сколько времени она провела в рабстве?
— Они пока нашли только троих, Парт. Троих из двадцати семи. И нет подтверждения, что с остальными поступили так же.
— Но тела, Фарх! Тела пропали! На тот момент мы действительно видели и верили, что их уничтожили. Ты же сам слышал, все наши верили в это. Ни у кого, даже у тебя, не возникло сомнений в их смерти.
Я отложил письмо Ара и нахмурился. Много лет назад я потерял возлюбленную в кровавой резне. Много лет я не мог поверить, что её больше нет. Искал, бродил по землям законников и отступников. Но когда появилась в моей жизни Киани, сдался. Решил, что пора жить дальше.
И вот, как гром среди ясного неба, известие, что нашли троих целителей из тех, кого считали мертвым. На их шеях красовались рабские ошейники, а огненные жилы оказались настолько истощены, что драконы оставались в живых только благодаря контролю ошейников.
Хотел ли я, чтобы Рейна выжила?
Мне было страшно признавать ответ. Смерть, я молил небеса, чтобы она действительно умерла во время той битвы. Потому что, если она выжила, я никогда не прощу себя, что так и не нашел её и не спас…
— Фарх? — Парт выдернул меня из задумчивости и указал на свиток, что завис передо мной. Печать золотого рода Неугасимого пламени напрягла, что еще случилось? Вскрыв печать, я перечитал письмо несколько раз. — Фарх, что случилось?
— Меня призывают на совет рода, — мрачно ответил я.
— Зачем? Это же совет рода.
— Я не знаю, но догадываюсь. В любом случае приглашение от старшего владыки Кеердо не проигнорируешь.
— Тогда иди. Если будут новости о Рейне, я сообщу.
Я кивнул и, поднявшись, направился в кабинет старшего стража. Надо предупредить, что я покидаю ненадолго группу расследования. Совет рода. Это что-то поистине серьезное, тогда зачем призвали меня. Аргайл? Моя магия была связана только с ним, неужели, они решили вернуть парню память? Но почему тогда совет? Олев по-прежнему против?
Ускоряя свой шаг, я пытался понять, почему все же такая срочность. Совет уже сегодня вечером, а я так хотел сбежать проведать Киани. Ар предупредил, что она сегодня придет в себя. Мне так необходимо было с ней поговорить, расспросить о Рейне.
Уверен, если не она, то ее «друг» точно знает ответ.
Но проигнорировать совет я тоже не мог. Что ж, тогда сразу же после него, к Киани. Надеюсь, это не связанно с памятью Ара, не уверен, что это хорошее время для этого.
Ар только принял решение быть с Киани, и я был этому рад. Беспокойство по поводу чешуи и его долга прекрасно сглаживала их связь.
Но, я остановился от неожиданного озарения. Олев может потребовать возврата памяти Ару, и это снесет контроль Аргайла. И никто, даже Аста, не может предсказать, сколько времени ему понадобиться для восстановления. Что за это время предпримет Олев, не известно, но как-то на душе не спокойно.
Киани
Я проснулась от тихого шепота драконят и Тая.
— Лучше сюда, здесь, говорят, целебные источники, и Певчая полна небольшими островками. Самое то будет.
— Мне тоже нравится.
— Но с другой стороны и Солнечная тоже хорошее место, четыре башни из живых только одно поселение. Там выращивают речной жемчуг, причем без магии.
— Да много мест хороших, сестра проснется, все ей покажем. Может, она вообще здесь их захочет оставить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— В каменном склепе? Да брось, Тай. Может, и самое то для укрытия, но жить там таким малышам жутковато. Они же речные создания, им простор нужен, солнце, воздух.
Я не сдержала улыбки, если мои парни обговаривали новое место для дома речных мирс, значит, с новым племенем все хорошо.
