зале хорошо топили. Достаточно удобно. Подо мной мягкий гимнастический коврик, а из динамиков доносится музыка. Только странная. Медленная, протяжная, расслабляющая, но с вплетающимися в основной ритм ударными. Мерная барабанная дробь завораживает, заставляет сердце менять ритм, подстраиваться.
Сначала мне было некомфортно. Биение сердца стало сильным, прерывистым, кровь застучала в ушах… Но я быстро привыкла к музыкальному сопровождению и следующие полчаса лежала на спине со скрещенными на груди руками, пытаясь познать истину и представляя себя бабочкой или мотыльком.
Наконец дыхание и сердечный ритм выровнялись. Ударных я почти не слышала, просто отдыхала и скучала. Едва не уснула, но сумела взять себя в руки. В кои-то веки я была полностью согласна с Машей: предмет оказался на редкость неинтересным и глупым.
Но, с другой стороны, лежать и ничего не делать гораздо приятнее, чем писать диктант или разбираться в непонятных воззрениях ассирийского мудреца Заратустры. К тому же минут через сорок я начала что-то чувствовать: умиротворение, легкость во всем теле и неожиданный прилив сил. Мне стало хорошо и комфортно.
– Перерыв пять минут! – скомандовал Денис Сергеевич, когда я только-только начала получать удовольствие от происходящего.
Я села на коврике, потянулась и, не удержавшись, зевнула. Тревоги отошли на второй план, настроение улучшилось, и я почувствовала себя просто замечательно – отдохнувшей и полной сил. Видимо, медитация не такая уж бесполезная штука – расслабляет здорово. К моему удивлению, не все лицеисты чувствовали себя так же. Сидящая рядом Ксюха поморщилась и шепнула:
– Терпеть не могу валяться без дела! Голова разболелась – вот и все сомнительное удовольствие.
Словно прочитав ее мысли, Денис Сергеевич поинтересовался:
– Все ли хорошо себя чувствуют? Слабость? Тошнота? Головокружение или головная боль у кого-нибудь есть?
Несколько человек подняли руки, и преподаватель, сдержанно кивнув, показал на дверь, разрешая им уйти.
– О, да тут можно валять дурака! – обрадовалась Ксюха и тоже с надеждой покосилась на выход.
– Не обольщайся, – улыбнулся Ян. Он закинул руки за голову и устроился поудобнее на ковре для медитаций. – Узнает, что соврала, будет хуже. Денис Сергеевич у нас неплохой, но уж больно злопамятный.
– А откуда он узнает? – с интересом уточнила девушка.
Я для себя отметила, что у Яна, как и у Влада, нет браслета-змейки. Зато имеется татуировка: черный, профессионально набитый змей, свивающийся в три кольца вокруг предплечья, чуть повыше локтя. Голова змея скрыта рукавом темно-синей футболки.
– Он, может быть, и кажется с первого взгляда простаком, но опыт работы у него огромный, – не заметив моего взгляда, рассказывал Ян Ксюхе. – И лучше ему не врать. Но если тебе стало плохо, лучше уйди. Может стать хуже.
– Да нет, не плохо, – покачала головой Ксюха, – просто скучно. Я люблю бегать и прыгать, а не лежать словно труп!
– А ты думай о чем-нибудь приятном… – загадочно намекнул Ян и демонстративно закрыл глаза, улыбнувшись.
Я перевела взгляд на его сестру, внимательно посмотрела на руки и сделала то же открытие. У Яны не было браслета. Татуировку я не заметила, но это ничего не означало. Она могла быть на любой части ее тела. У всех остальных старшекурсников браслеты имелись. Видимо, эти трое, включая Влада, находились на каком-то привилегированном положении. Хотя это странно. Браслет же – отличительный знак, символ. Зачем его снимать?
Разобраться в этом сейчас было невозможно, поэтому я вздохнула и последовала примеру Яна, иначе взгляд постоянно натыкался на Влада, который, как назло, сидел напротив меня. В узкой майке и серых спортивных штанах он привлекал меня больше, чем обычно. Бронзовые мускулы на его руках не давали покоя и раз за разом заставляли возвращаться мыслями в сегодняшний сон. Я отчетливо помнила, каким сильным казался в нем парень.
Едва закрыв глаза, я тут же погрузилась в воспоминания, которых просто не должно было остаться. Из-за таких откровенных и ярких снов я чувствовала себя предательницей. Неужели этот чертовски красивый парень будет теперь преследовать меня не только наяву, но и в снах?
Додумать мысль мне не дали. Денис Сергеевич скомандовал:
– Ну, все отдохнули? Начинаем второй этап! Выполняем все то же самое. Но чуть с большим усердием. Новички, не расслабляемся! А то я видел, как некоторые из вас бесстыдно спали. Здоровый сон – это хорошо. Но не у меня на занятиях.
Во второй раз в приятное расслабляющее состояние удалось погрузиться быстрее. Повинуясь словам Дениса Сергеевича, я пыталась почувствовать потоки энергии, которые приближаются извне, и почти увидела разноцветные тоненькие лучики, струящиеся со всего зала и наполняющие меня силой. Дышать стало легче, лежать не хотелось. Я чувствовала, что в этом состоянии готова свернуть горы. Время летело незаметно.
– Отдыхаем!
Этой команде повиноваться не хотелось. Я совсем не устала и не видела причин прекращать накатывающее волнами сонное блаженство. Хотелось и дальше витать в плотном облаке живительной силы, но Денис Сергеевич окликнул снова:
– Отдыхаем! Команда касается всех!
Я тут же открыла глаза, с ужасом думая, что единственная ослушалась приказа, но с удивлением увидела, как вместе со мной так же лениво поднимается Вероника. Щеки девушки раскраснелись, а глаза странно блестели. Сидящий рядом Влад смотрел на свою подругу со снисходительной улыбкой. Выражение лица Вероники мне показалось знакомым. Тот же взгляд я видела у девушки на вечеринке, посвященной первому сентября.
Я оглянулась по сторонам и заметила двоих лицеистов, до сих пор лежащих со скрещенными руками. Маша – ну, с ней-то все ясно, она во всем стремится быть лучше – и Тема.
Маша медленно, словно нехотя, начала подниматься, тяжело опираясь на локоть. Тема так и остался лежать.
Яна, которая валялась на животе на коврике рядом с парнем, очень обеспокоенно на него взглянула, потом вскочила и, нагнувшись, шепнула:
– Темыч?
Влад странно посмотрел на нее и, перепрыгнув через ноги Вероники, кинулся вперед.
– Что-то произошло?
Денис Сергеевич устремился в нашу сторону, но Тема медленно открыл глаза.
– Все нормально, – отмахнулась Вероника, не заметив, какой ненавидящий взгляд кинул в ее сторону Влад.
– Темочка! – присела рядом с парнем на колени Яна. – Ты в порядке? Голова кружится?
– Нормально, – чуть слышно прошептал он и попытался сесть.
Взгляд у парня был отсутствующий. Я видела, что от слабости у Темы дрожат руки, и хотела позвать преподавателя, но Яна сделала странную вещь: она наклонилась, обняла Темыча за шею и поцеловала. Это был не мимолетный дружеский поцелуй. Похоже, сам парень не ожидал от подруги подобного поведения. Он отстранился от нее, собираясь что-то сказать, но не стал, замерев с приоткрытым ртом.
А Яна, хитро усмехнувшись, сказала:
– Теперь тебе
