— Вы осмелились посетить работный дом? В одиночку? — Эшби гневно посмотрел на нее.
— Я не настолько дурно воспитана и никогда не путешествую по городу одна. Меня сопровождала Люси.
Эшби непреклонно сжал губы.
— В каком работном доме вы были?
— В Бишопсгейт. Мы забрали бедняжку из этого ужасного места, и теперь…
— Бишопсгейт? Близ овощного рынка Спитлфилдза? — прорычал Эшби. — Стилгоу известно об этом?
— Нет, не известно, — прошипела Изабель, указывая глазами на Люси. — Как я уже сказала, мы забрали оттуда Мэри. Она пока занимается починкой одежды для слуг, но я надеюсь подыскать ей более достойное место. Теперь вы понимаете, Люси ни за что не станет сплетничать обо мне или моих друзьях.
Взгляд графа смягчился.
— Львица Изабель, защитница слабых, покровительница несчастных. — Наклонившись, Эшби убрал с губ девушки непослушный локон, выбившийся из прически. — А какова вторая причина?
У Изабель перехватило дыхание. Она снова и снова убеждала себя, что его чувства к ней всего лишь симпатия. Изабель приняла решение о том, что тоже будет испытывать к нему лишь симпатию, однако придерживаться этого решения оказалось невероятно сложно.
— Люси присматривает за Даниэлли. А еще… я хотела поговорить с вами наедине, милорд.
Глаза графа превратились в куски льда.
— Вы хотели обсудить со мной что-то конкретное? Возможно, вашу благотворительную деятельность?
— Нет. Я хотела просто поговорить. — Изабель нервно улыбнулась.
— Просто поговорить? — с недоверием переспросил граф. — И вы ничего не заготовили для меня? Никаких документов, чтобы я прочел? Ни единой загубленной души, нуждающейся в моей помощи?
— Ничего, — честно ответила Изабель.
— Прекрасно. Я присмотрю за Даниэлли. Можете отослать свою няню.
Изабель наблюдала за тем, как он подошел к ее племяннице и сел рядом с ней на траву. Даниэлли мгновенно забралась к нему на руки. Гектор скакал вокруг, и Эшби познакомил его с девочкой. Они становились одной большой счастливой семьей. Прекрасно. То, что Эшби предпочел остаться с ней наедине, значительно упростит задачу Изабель. Она подошла к Люси. Служанка делала вид, что вообще не замечает хозяина дома. Глуха, слепа и нема — из нее получился бы превосходный дворецкий.
— А теперь можешь идти, в дом, Люси. Сегодня очень жгучее солнце, и у тебя вновь разболится голова. Я присмотрю за Даниэлли.
Люси озадаченно посмотрела на хозяйку — они сидели в расцвеченной солнечными пятнами тени раскидистого вяза, — но все же подчинилась.
Эшби сбросил с плеч сюртук и расстелил его на траве для Изабель.
— Благодарю.
Она опустилась на сюртук и, расправив юбки, прикрыла лодыжки. Гектор обнюхивал Даниэлли, которая, казалось, была очарована и в то же время напугана появлением этого черного великана.
Изабель инстинктивно подалась вперед, не зная, можно ли доверять псу в том, что касалось малышки, но Эшби остановил ее взмахом руки.
— Она в безопасности. Гектор не причинит ей вреда.
Даниэлли потянула Гектора за ухо. Сердце у Изабель оборвалось, но пес плюхнулся к ногам малышки и позволил себя терзать не моргнув глазом. Изабель испустила вздох облегчения.
— Не обижай собачку, дорогая.
— Разве вы мне не доверяете?
Скрытое маской лицо Эшби находилось всего в дюйме от нее. На правой щеке из-под черной ткани выглядывал краешек шрама, и Изабель пришлось сжать пальцы в кулаки, чтобы не провести по нему рукой.
— Я вам доверяю, но я не ее мать и поэтому должна быть в три раза бдительнее.
— Потому что вы несете за нее ответственность…
— Верно.
— …как и за бесприютных, потерявших кров горожан. — Это было утверждение, а не вопрос.
— Вы смеетесь надо мной.
— Вовсе нет. — Протянув руку, он подцепил пальцем шелковистый локон Изабель, покачивающийся на ветру. — Но мне не нравится думать о том, что вы путешествуете по Спитлфилдзу с его многочисленными притонами, — еле слышно произнес Эшби. — В следующий раз придите сначала ко мне. Я дам вам сопровождающего.
— А почему бы вам самому не поехать со мной? Путешествие покажется вам приятным, уверяю вас.
— Думаете, я видел недостаточно страданий на своем веку? Я уже сказал вам, что с меня хватит.
Кого он обманывал? Изабель внимательно посмотрела в выразительные глаза графа.
— Ваши соседи устраивают сегодня вечером бал, — как бы невзначай заметила она.
— Знаю, — сухо ответил он, — Хотите верьте, хотите нет, но я до сих пор получаю немало приглашений.
— Вы герой войны, Эшби. Каждому хочется пожать вам руку. Вам стоит принять приглашение. Ваше появление произведет фурор, а леди Баррингтон будет польщена.
— Я не Веллингтон, — проворчал граф. — Я не расхаживаю в окружении свиты по балам и званым вечерам в ожидании бурных оваций. И мне вовсе не хочется обмениваться рукопожатиями с теми, кто так и не смог расстаться со своими клубами ради того, чтобы хоть как-то изменить положение дел на этой проклятой войне. Я предпочитаю одиночество, хотя в моем отшельничестве много отрицательных сторон.
— О какой вы говорите на этот раз? — спросила Изабель, ощутив, как недовольство собой заглушает возникшее было чувство разочарования.
— О невозможности танцевать с вами.
Вихрь эмоций породил сумятицу в душе Изабель. Она готова была запеть в качестве аккомпанемента, если бы Эшби вздумалось пригласить ее на танец.
— Какое имя вам дали при рождении?
Эшби откинулся назад.
— Оно давно кануло в Лету.
— Кануло в Лету? — Изабель увидела, как Эшби поднял с земли прутик и сломал его.
— Никто не называет меня этим именем более тридцати лет. Так что оно действительно кануло в Лету.
— Тридцать лет?! Но как такое возможно?
— Тридцать один год, если быть точным. — Эшби безразлично пожал плечами. — Когда мне исполнилось четыре года, я стал «милордом», или «лордом Эшби», а когда поступил в Итон, превратился в Эшби. Французы тоже придумали для меня не слишком лестные прозвища. — Граф мрачно усмехнулся. — Так что в какой-то момент имя, данное мне при рождении, утратило свое прежнее значение. Теперь мое имя можно воспринимать разве что с иронией.
Его созданные для поцелуев губы изогнулись в сардонической усмешке.
Чтобы оторвать взгляд от манящих к себе губ Эшби и прогнать прочь греховные мысли, она посадила Даниэлли на колени и дала ей еще одно печенье.
— Может быть, — Изабель улыбнулась, — мне стоит догадаться, что это за имя?
— Я же только что объяснил… — Голос Эшби сорвался.
