– Да-да, – продолжил Вик, – их специально натовцы вывели, чтобы выжить истинных арийцев с исконной территории.
Патриот сказал совершенно спокойно:
– Вот смотрю на вас, вроде бы взрослые люди, должны быть сознательными, а вы… Из-за таких, как вы, с рабской психологией, мы и живем паршиво.
Вик вскинул руки и сделал вид, что пристыжен. Дальше провоцировать фанатика он не стал, скучно ему это – что ребенка дразнить. Зато Пригоршня завелся:
– И что ты хочешь, чтоб мы делали?
– Если каждый член общества скажет «нет» какому-то явлению, то его, явления, не будет, все просто. Каждый украинец сказал бы «нет» натовцам, и у самих проблем было бы меньше.
– Так мы что? – возмутился Пригоршня. – Нам что, идти и громить их базу?
– Примерно так рассуждает каждый. Зачем же громить? Просто выставить врага за дверь. Или будешь утверждать, что американцы – добрые дяди, раздающие печеньки за просто так? Это чтоб привыкали с руки есть. Вот. А если бы все… – он вздохнул и задумался. – Хотя чего я… Зона близко, и многие ваши мутировали. Жаль братский народ. И все из-за них, сволочей.
– Евреи виноваты? – спросила Энджи с напускным сочувствием.
К чести Патриота, он не стал спорить, замолчал. Привык, наверное, что мало желающих обратиться в его веру. Мне пришлось повидать много разных чудиков – и с паранойяльным синдромом, и безобидных ипохондриков, и религиозных фанатиков. Все они очень последовательны в своем бреде, но ни один из них не был способен свернуть спор, где попиралась его сверхценная идея. Это наводило на мысль, что дурашливость Патриота напускная, но что она скрывает? Еще один вопрос.
Уничтожив последний бутерброд, я растянулся на траве, глядя в небо, где, меняя форму, неслись облака. Подумать только, пару часов назад Зона была смертельной для всего живого – и вот, пожалуйста, идиллия… Стоп! Это что же, скопления аномалий и мутантов, обозначенные на карте, больше не актуальны?
– Так мы идем, или как? – пророкотал рвущийся в бой Пригоршня.
До него не доходило, что не все так выносливы, и людям надо восстановить силы. Объяснять ему я не стал. Поднялся и проговорил:
– Энджи, похоже, у нас прибавилось забот. Обозначенные на карте опасные места устарели. Дай-ка взглянуть на карту.
Девушка вынула из-за пазухи сложенный трубочкой листок, я разровнял его на коленке. Слева навис Пригоршня, справа – Шнобель. Присмотревшись, я не поверил своим глазам: карта изменилась! Точки, обозначающие верлиок, посерели и блекли буквально на глазах.
– Обалдеть! – не сдержался Шнобель. – Я один это вижу?
– Теперь понятна заинтересованность натовцев. Хорошо, что они узнали, у кого карта, позже, чем мы.
– А я о чем говорил! – подал голос Патриот.
Обеспокоенная Энджи молча поднялась и зашагала к нам. Уселась рядом со мной, нечаянно коснулась щекой плеча, отпрянула:
– Что там?
– Карта меняется, – объяснил я. – Появляются новые метки. Уникальная вещь. Бесценная.
– Это невозможно, – девушка покачала головой.
– А ты думала! – сказал Пригоршня. – Работа Картографа. Не, что-то покруче. Зеркало Зоны. Прикиньте, а? Малая, ты нам, точно, ее подаришь? Химик, мы ж озолотимся!
Девушка криво усмехнулась:
– Пообещала уже. Обещания я держу.
– Вот, а вы все говорите, что Зона – просто Зона, и нет у нее души! Есть!
– Да уж, с ее частицей в прошлый раз познакомились, – проворчал Шнобель, повел плечами и прикусил язык.
Все интересней и интересней. Картинка понемногу сложилась в голове. Имеется бесценная карта, за которую Бельмастый наверняка душу продал. Об этом прознали натовцы и решили ее отобрать. Какова вероятность того, что неискушенная девушка-сталкер окажется в нужном месте в нужное время? Очень маленькая. Однако карта внезапно попала к ней. Опять же, Энджи внезапно понадобился некий артефакт. Подозрительно все это и попахивает многоходовой комбинацией. Какую силу представляют Энджи и Вик? Военсталов? Но почему они сами не пошли за артефактом, зачем «светить» настолько ценную находку?
Однозначно, сила эта внешняя, связи внутри Зоны у нее минимальные. Однако они смогли выследить Бельмастого, как-то разузнали о карте, что требует ресурсов. А денег у них нет, что тоже странно. Нет, в картинке не хватает крупных очень важных фрагментов. Возможно, все именно так, как говорит девушка – ее версия наиболее убедительна. Но все же расслабляться и слепо доверять заказчикам не стоит.
– Сколько нам идти? – поинтересовался Вик, вставая и складывая «скатерть».
– Трудно сказать, – ответил Пригоршня. – Это Зона, тут прямых путей нет. Три дня.
– В худшем случае – пять, – дополнил я. – Неизвестно, какие нас ждут сюрпризы.
– Буду верить, что четыре, – решила для себя Энджи, поднесла руку к губам и закашлялась.
Отвернувшись, я открыл карту на ПДА и по памяти нанес все изменения.
Глава 5
После выброса изменилась погода. Сперва были легкие облака, но ближе к середине дня они собрались в сплошную серую завесу, и начал накрапывать мелкий дождь. Идти сразу стало скользко, но не жарко, и пропали доставучие комары. Ковбойская шляпа Пригоршни блестела от влаги, Шнобель натянул на голову баф (модный, в черепушку), подчеркнувший самую выдающуюся часть его лица. Пропали тени, и мерный шепот капель в листве заглушал звуки.
Шли, можно сказать, вслепую, руководствуясь гайками и ПДА.
Хорошо хоть, мутанты еще пришиблены выбросом. Ну, то есть можно на это надеяться. И хорошо, что есть карта Энджи. Правда, масштаб не все опасности позволяет видеть, только самые крупные аномалии или их скопления…
Мы двигались сосновым лесом, вполне прозрачным, если бы не завеса дождя, становившегося все сильнее.
В очередной раз глянув на экран ПДА, я заметил появившееся скопление зеленых точек – не так далеко от нас, а главное, в той стороне, куда мы идем.
Засада?
Вполне возможно. Особенно если в группе стукач.
– Оружие к бою. – Никита тоже заметил чужих. – Стрелять по команде.
По-прежнему гуськом, не меняя маршрута, мы приближались к неизвестным сталкерам. Паранойя, не отпускавшая с утра, разгулялась: я был практически на сто процентов уверен, что впереди – именно засада, и что нас положат, не спрашивая имени.
– Группа, стой. Никита, Патриот, Шнобель, что думаете по поводу?
– Нам все равно туда идти, – пожал плечами Шнобель.
– Может, и не по наши души, – прогудел Патриот.
– Глупо всем соваться. Надо отправить разведку, – резюмировал Пригоршня.
Ага, значит, мысли у нас сходятся.
– И кто пойдет? – вмешалась Энджи. – Как всегда, ты и Химик? Что-то это подозрительно: возникают проблемы, и вы их тут же решаете.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
