Дерьмо, а ведь это как раз на этаж выше. Неужели баллон с газом взорвался? В три прыжка я преодолел первый пролёт, мне навстречу несётся вниз тот парень в униформе. Он врезался в меня, и мы покатились вниз.
Чёрт, хана торту, я всем весом шлёпнулся на него. Лепёшка, обезображенная разноцветным кремом.
Прихрамывая, я поднялся на второй этаж. Нужная мне дверь почти оторвана, висит на одной петле. В воздухе резкий кисловатый запах сгоревшего пороха. Я привёл к бою пистолет и заглянул внутрь, — есть кто живой? Эй, есть кто? — мне показалось уместным предупредить о себе. А то вдруг пальнут с перепугу.
В гостиной пусто, а вот на кухне лежит девушка. Голова в крови, ноги неестественно подвёрнуты.
Пробежавшись по квартире, больше никого не обнаружил.
Пострадавшую я отнёс в гостиную и уложил на диван, потом приложил полотенце к ране на затылке. Больше я не вижу ничего опасного. Но я не врач, могу и ошибаться.
Ну слава богу, Света застонала и открыла глаза. В них страх и недоумение, поэтому я заторопился объясниться, — Свет, я к вам в гости собрался. Только зашёл в подъезд, а тут как жахнет. Влетаю в квартиру, а тут ты на кухне лежишь, вся голова в крови.
Девушка подняла руку и отняла полотенце. Прикоснувшись к ране, зашипела от боли, — тихо, не трогай. Надо к врачу. Как твоему отцу сообщить?
— Вон телефон на тумбочке, набери 3141, это папин рабочий.
Борис Игнатьевич был на работе, он торопливо задал мне пару вопросов и сказал ждать помощи. Минут через семь в подъезде раздались торопливые шаги. Вбежали два парня, быстро осмотрели квартиру, на меня даже не отреагировали. Один сразу начал звонить, второй попытался оказать первую помощь.
— Извините, там похоже шить надо. Давайте отвезем Светлану в больницу.
Через час я уже слонялся по местной больничке. Девушку сразу увезли на каталке, минут через пятнадцать нарисовался товарищ полковник, а меня перехватил оперативник.
Пришлось спускаться с ним на первый этаж и давать показания. Я споткнулся сразу, когда у меня поинтересовались, зачем я припёрся. Пришлось выкручиваться, типа работаю вместе с девушкой. Зато на счёт всего остального я не подкачал. Обрисовал всё, что видел. Даже с моих слов решили сделать фоторобот. Для этого повезли в полицейский участок. Короче домой я вернулся поздно, мне даже не разрешили вернуться в больницу.
День ничего не происходило, я отработал как положено. А вот днём следующего дня за мной приехал знакомый парень. Он у Соломенцева кто-то типа офицера по особым поручениям.
Борис Игнатьевич выглядит усталым. Он предложил мне чайку с печеньками, а сам закурил и подошёл к окну.
— Света? Нормально, она сейчас в отдельной палате. Наложили пять швов, доктор сказал, что у неё лёгкое сотрясение мозга. Так что отделались ещё удачно.
— А что это было? Нападение?
— Типа того, мы не знаем точно пока. Реально хотели что-то сделать или только припугнуть. Если первое, то как-то непрофессионально. Могли и по дороге с работы перехватить. А если припугнуть, то ты им все карты спутал. Хорошо, что сам не пострадал. Рванули слабенький заряд смеси тротила и гексогена, железную дверь снесли, а дальше тормознули. Видимо тот, что остался внизу дал отбой операции. Ну ладно, я вот о чём с тобой хотел поговорить. Понимаешь, Светку надо бы спрятать на время. Туда, куда им сложно будет попасть. Если я не ошибаюсь, ты купил там дом в глуши?
— Да, купил на острове Щучий. Только там сейчас бардак, ребята ремонт делают, развалили все стены. Вы хотите, чтобы я Свету увёз? В принципе жильё есть.
— Да, сделаешь? Век должен буду, ты развяжешь мне этим руки. Видишь ли, наши друзья из Ордена пошли ва-банк, они давят на нас по всем фронтам. А мы в свою очередь стараемся их дискредитировать перед всем миром. Вот они и перешли на открытый террор.
При мысли, что я смогу помочь этой девушке, настроение поднялось к небесам.
— И что важно, про твою новую покупку никто не знает. Тебя связывают только с производственными делами, чистый командировочный. А мы ещё запустим слух, что тебя перебросили на другой объект.
Через пять минут я уже собрался уходить, — да, Серёжа. А я так и не понял, как ты оказался у подъезда?
Ну вот, придётся колоться, — ну, чисто случайно. Пришёл отговаривать Светлану от поспешного замужества.
А потом мы вместе смеялись, только Борис Игнатьевич аж до слёз, а я из вежливости. Оказывается, того парнишку зовут Константином, он бывший подчинённый Светиного отца, а заодно жених некой девицы по имени Кристина. А их совместные со Светланой походы по ресторанам объясняются исключительно брутальной внешностью парня и нежеланием Светы реагировать на мужское навязчивое внимание.
— Кристинка дочь моей сестры, и они в самом деле с Костиком собираются пожениться, — товарищ полковник наконец успокоился, — а ты значит пришёл с тортиком с целью попросить у меня руки моей дочери?
— Ну, для начала, меня устроило бы разрешение отпустить дочь со мной прогуляться под окнами вашей квартиры.
— Ну, считай, что ты его получил.
В тот же вечер я начал готовиться к отлёту. Договорился и мне провели очередное ТО, прикупил одежду для зимы. Наконец-то пригодилась моя куртка «Аляска» с меховым подкладом, она несколько лет валялась в сумке. Прикупил продукты долговременного хранения на первое время. Для Паулины нашёл несколько видов пасты, она думаю оценит. У нас там это не особо входу.
Глава 8
Девушку привезли тайком, прямо на аэродром. Я сразу усадил её в кабину, а сам принялся пытаться уторкать её багаж. Блин, он не такой и тяжёлый, но весьма объёмный. Увязав сумки, которые полностью заняли маленький багажный отсек, дальше пришла очередь кабины, в результате втиснул всё, но даже затруднил себе немного видимость.
Света сухо со мной поздоровалась и сидела одетая в ярко-красную куртку, на голове легкомысленная шапочка. Погружена в себя и смотрит в окно на мокрую грунтовку.
Слава богу дождь прошёл ночью, а сейчас даже ветерок разогнал немного облака. Я получил метеосводку, мне стоит подняться на 2500, пройдя незначительную облачность сверху.
— Так, мать. Если есть желание сбегать в туалет, то делай это сейчас. Следующая возможность будет часа через четыре, — девушка мотанула отрицательно головой.
— Тогда держи сумку, поставь в ногах. Там термос с чаем и бутерброды, — я не хочу.
Блин, да что с ней такой. Голос тихий и сухой, такое ощущение, что её увозят насильно.
— Свет, зато я хочу. Дорога длинная, а автопилота у меня нет. Поэтому будешь по моей просьбе готовить мне перекус. Ну, поехали, с богом.
Зря я переживал, облачный фронт прошёл удачно, только немного потрясло. Зато потом над океаном небо очистилось и стали видны редкие суда.
— Ой, смотри, парусник.
А ведь точно, двухмачтовый парусник, видно, как он забирает круче к ветру, накреняясь при этом. С высоты кажется совсем игрушечным.
А когда мы пошли на посадку, Света ожила, — у нас всё в порядке?
— В полном, садимся на дозаправку, можем прогуляться и перекусить.
А когда мы нашли местечко в местном буфете и взяли по булке с сосиской и стаканчику кофе, девушка первая заговорила, — расскажи мне пожалуйста о том месте, куда мы летим.
Очнулся я только минут через двадцать, моё кофе остыл, булочка тоже, а Светлана смотрит на меня широко открытыми глазами.
— Что? Я не то что-то сказал?
Девушка улыбнулась, — нет, наоборот. Ты так красиво и с любовью говорил об этом самом острове, что я тоже захотела его увидеть. А там сейчас настоящий снег?
— Когда улетал был, думаю и сейчас есть. А ты не видела снег?
— Откуда, я же маленькая была, когда сюда приехали. У нас бывает падает снег, но он сразу тает. А чтобы вот так, покрыл всю землю — такого никогда.
Вторая часть полёта пролетела как пять минут. Мы увлечённо перескакивали с темы на тему, я только старался не увлечься, следить за приборами кто будет?
