Читаем без скачивания Беглецы-Х - Виктория Гетто

… — Впустите её.

Зван сделал знак рукой и встал со своего кресла. Двери распахнулись и грянул марш Империи. В чётком строю застыли штурмовики–десантники, на фоне белой брони которых чёрный, цвета космоса парадный мундир герцога выглядел ещё темнее. В зал вступила делегация Содружества. Впереди шла сама посол, следом за ней семенила свита. На фоне суровой простоты доспехов и убранства зала, матовые металлические стены которого нарушал лишь алый стяг Руси, посланцы человечества выглядели кучкой папуасов, дорвавшихся до зеркалец и бус. К тому же от них исходил страх. Удушливой, ощущаемой всеми, кто находился в зале шлюза, в котором и проходил приём. Тем не менее, госпожа Шосс изо всех сил пыталась держаться спокойно. Хотя бы внешне. Но это ей не очень удавалось. Ну а свита воняла. Потом, страхом, сероводородом. Им внешний вид рослых, широкоплечих людей, лица которых скрывались за глухими шлемами, внушал патологический ужас. Впрочем, ещё больше страшно членам Содружества было от выстроившихся в чёткий неподвижный строй робомедведей, следивших за каждым шагом делегации алыми глазками оптических сенсоров. Под грохот барабанов и серебряные звуки фанфар посланцы приблизились почти вплотную и замерли, когда музыка гимна внезапно оборвалась. В наступившей тишине было чётко слышно, усиленное специальными микрофонами дыхание Звана, голова которого была так же, как и остальных солдат почётного караула, полностью скрыта чёрным блестящим шлемом.

— Я — герцог Империи Русь Дан Зван, командующий Вторжением в миры Человеческого Содружества.

…Влад усмехнулся под металлопластом шлема, благо выражение его лица невозможно было увидеть при всём желании. А как все эмпаты, он чётко ощущал испуг посланцев…

— Кто вы, и зачем прибыли к нам?

Продолжил он спектакль. Из кучки жавшихся за спиной молодой женщины клерков выскользнул один, протягивая русичу свёрнутую в трубку и украшенную свисающими печатями свиток. Затем загнусавил:

— Специальный и полномочный посол Человеческого Содружества госпожа Дана Шосс вручает вам свои верительные грамоты.

…Со стороны, наверное, это выглядело жутко, когда облитая чёрным металлом рука в такой же чёрной перчатке вдруг метнулась в неуловимо быстром движении, ухватила мелкого, почти на три головы ниже Звана чиновника за горло и вздёрнула в воздух. Спокойно, без всякого напряжения удерживая тушку на уровне своих глаз скрытых за глухими чёрными, непрозрачными, стёклами сенсоров. Затем прозвучал усиленный динамиками голос стоящего за спиной отца Влада:

— Обращаясь к герцогу Империи низшему положено ползти на брюхе, и только после его милостливого соизволения. Точно так же положено обращаться к любому подданному Империи тем, кто не является её гражданином. На колени!

Клерки посольства испуганно исполнили приказ. На ногах осталась одна Шосс. Чётко печатая шаг виконт двинулся ней. Перчатка сомкнулась на шее молодой женщины, а потом посол ощутила неимоверную силу русича. Тем временем отец, которому надоело держать уже попахивающую дерьмом тушку клерка, отшвырнул его в кучу посольских служащих.

— Убрать дерьмо.

…Это был настоящий кошмар. Никогда раньше госпожа Шосс не встречалась в своей практике с подобным ужасом: нечеловеческая сила, пренебрежительное отношение к ней и её статусу. Одним словом, это было страшно до самых костей. По спине бежали ледяные струйки пота, колени дрожали и подгибались, но она изо всех сил старалась держаться с достоинством, приличествующим послу самого сильного объединения свободных граждан известного ей человечества. Между тем, отшвырнув прочь воняющего клерка, глыба в чёрных доспехах обратила своё внимание на неё:

— Зачем вы прибыли к нам?

Он обратился к ней на 'вы', значит, не всё потеряно! Эта мысль придала ей сил, и Дана открыла рот:

— Мы хотим знать причины вашего появления в наших мирах, а так же, по какому праву вы творите беззаконие…

— По праву сильного.

Ответ был короток и страшен своей безапелляционностью.

— По праву сильного?

Переспросила она. Затем обрадованно выпалила:

— Вы так уверены в своей силе? Против вас поднимется всё человечество!

Ей показалось, или из под страшной маски послышался смешок? Затем глубокий бас произнёс:

— Тем лучше. Нам не придётся бегать за каждым из вас, и мы закончим дело одним днём.

— Излишняя самоуверенность никому не помогала!

— Девочка, передай своим хозяевам, что русские пришли. Они желают получить долги от своих кредиторов. И счёт к ним накопился немаленький. Так и скажи.

— Счёт? Долги? Содружеству ничего об этом не известно!

— Зато известно нам. И на этом разговор окончен. Будете воевать? Мы готовы. Нет? Платите.

…От неё явно что‑то скрыли, подставив так явно. Эти… Русские точно добиваются компенсаций. Значит… Да нет. Не может того быть. Финансовые вопросы на особом учёте, и пройти мимо неё столь важный вопрос никак не мог! Блефуют или обманывают? Осторожно попыталась выяснить сумму претензий?

— Сколько вы хотите?

На этот раз короткий смех донёсся до неё очень чётко:

— Двести миллионов. Вы должны нам за двести миллионов наших соплеменников уничтоженных пятьсот лет назад. Сейчас нас было бы больше пяти миллиардов. Так что с вас — пять миллиардов жизней.

— Пять миллиардов… Простите, вы сказали — жизней?!

Кивок закованной в жуткий шлем головы был ей ответом. Шосс всполошилась:

— Вы лжёте! Мне ничего неизвестно о том, что случилось пятьсот лет назад! И откуда вы вообще явились к нам?!

— Слово сказано. Условия озвучены. Переговоры окончены.

Гигант развернулся и спокойно двинулся к выходу, оставив послов одних. Кто‑то из русских солдат печатая шаг подошёл к сгрудившимся в кучу растерянным посланцам Содружества и показал на вспыхнувший вверху светильник, затем сообщил:

— У вас пять минут на то, чтобы погрузиться в ваш корабль. Включены системы откачки воздуха.

С криками ужаса делегация рванулась к стоящему неподалёку челноку, благо их было не так много. Когда Шосс едва ли не последней вбежала в шлюз и массивный люк начал закрываться, уши уже болели от разреженной атмосферы. Обеспокоенный пилот связался с ней по внутренней связи:

— Госпожа посол, что мне делать?

Адвокат спохватилась — похоже, её миссия провалилась не начавшись… Вскочила с кресла, поспешила в кабину пилотов. Оптические сенсоры транслировали изображение снаружи — громадное помещение было залито багровым светом изменивших свой цвет потолочных светильников, массивные створки ворот медленно ползли к стенам. Молодая женщина вздохнула:

— Возвращаемся. Ничего не получилось. Они несли какую то ерунду.

Острый взгляд пилота она проигнорировала, разворачиваясь, чтобы вернуться в салон. Корпус крохотного кораблика задрожал — оранжевый луч упёрся в него, подтаскивая челнок к стартовым воротам. Ещё мгновение, и ещё не успевший запустить свои двигатели кораблик оказался снаружи. Она не видела, как мимо проплывала массивная стена корпуса русского дредноута. А жаль — зрелище было внушающим почтение. Если издали корабль выглядел просто огромным, то вблизи становилось ясно, что ему довелось немало сражаться. Следы прошлых битв можно было легко угадать под слоем покрытия. Зато их хорошо рассмотрел пилот челнока, и ему стало не по себе. Эти русские явно умели воевать. Их корабли были не просто огромны и брутально красивы, но и функционально продуманы. И эти люди воевали. Очень много. В отличие от гражданских клерков, пилот челнока был бывшим военным асом, прошедшим не одну кампанию, и кое‑что понимал в этой жизни. Но даже ему, не раз горевшему, задыхавшемуся от нехватки воздуха в пробитом скафандре, имеющему несколько имплантов, заменивших потерянные органы, стало ясно — если будет война, то флот Содружества этим монстрам на один зуб. А значит, по возвращении надо собирать своих родных и близких, садиться в принадлежащий ему транспортник и уносить ноги куда подальше в неизведанные сектора. Ну а дальше — как решит Судьба. Потому что эти люди пришли сюда наводить свои порядки. И теперь в Галактике их слово — Закон…

— И вообще, ваша честь, они несли какую‑то околесицу! Мы им, якобы должны, пять миллиардов жизней за то, что, по их словам, уничтожили их народ в нашей Галактике!

Выпалив эти слова, Дана Шосс с облегчением сделал глоток воды, ожидая реакции Главы Совета. К её удивлению, тот изменился в лице, затем начал бледнеть. Спустя томительную минуту мужчина произнёс:

— Повторите слова их Главнокомандующего, госпожа посол.

Шосс вздохнула — ей ужасно не хотелось выглядеть глупо, произнося околесицу, которую ей наплёл якобы герцог каких‑то русских. Но деваться некуда, пришлось разжать рот:

— Мы должны им пять миллиардов жизней. Именно жизней, за то, что когда‑то, в незапамятные времена уничтожили их предков. Русских.