– Детей нашли! – не понимая, что я делаю, повторил керчанин. – Восемь человек: пятеро сербских детишек и трое армянских. Четыре девочки и четыре мальчика. С ними были еще двое турецких охранников. Петрович их сейчас палкой бьет, а детей из шланга моют.
– Из шланга?
– Ага, из шланга. Они в какой-то выгребной яме сидели, по шею в дерьме. Лейла сказала, что так Барак обычно воспитывал строптивых детей – ну, тех, которые не понимали язык розог и палок. Прикинь, какая скотина?
– Что нашли, молодцы! Ладно, беги обратно, не отвлекай, у нас разговор серьезный!
Напоследок я сильно ткнул пальцем в написанные на куртке Ивана слова, чтобы он понял, что я не просто так испортил ему одежду.
– Ну, что решил? – спросил Винт. Ствол его пистолета снова был направлен мне в грудь.
– Сербов надо будет снотворным напоить, чтобы их тут бросить, – хмуро буркнул я. – Не смогу я им вот так сказать, что мы им помогать не будем. Как им в глаза после всего смотреть? Брат их, Баян, меня от гранаты своим телом закрыл, а я вот так за его храбрость и самопожертвование заплатил. Ладно, может ты и прав, и своя рубаха ближе к телу. Но у меня будет пара условий!
– Каких еще условий?
– Хочу должность зампотыла при Корнилове и с тобой сойтись на ринге.
– Дурак, что ли? – с явным облегчением усмехнулся Винт. – Ну ладно еще стать главным по тылу, это еще объяснимо и понятно, но драться со мной врукопашную – это же явный перебор. Ты уж извини, Иваныч, но на ринге у тебя против меня никаких шансов, уделаю как бог черепаху.
– Ты согласен или нет?! – раздраженно рявкнул я.
– Согласен. Будут тебе и ринг, и должность зампотыла. Все будет! Главное – генерала вызволить и домой вернуться, а там все решим как надо. А с сербами твоими давай по-другому решим. Думаю, лучше их всех отправить на сейнере под каким-нибудь предлогом подальше отсюда. Загрузить всех пришлых – сербов, греков, армян, – заправить их горючкой, дать оружие и припасы, благо с этим проблем нет, и отправить их куда подальше. Пусть сами о себе беспокоятся.
– Согласен, – кивнул я.
На том и порешили! Я, обдумывая свои мысли, направился к вилле, а Винт, спрятав пистолет в кобуру, двинул следом за мной. Контрразведчик не сводил с меня бдительного взгляда. Он понимал, что за ним сейчас всего три ствола, а за мной – девять, так что какими бы они ни были крутыми спецназовцами и вояками, а против законов математики не попрешь: девять всегда больше трех! Тем более когда речь идет о головорезах, которым терять и бояться уже нечего!
– Я к сербам! – коротко бросил я, меняя направление движения. – Отправлю их на берег, пусть туда отвезут найденных детей, надо их убрать с глаз долой!
– Леха, надеюсь, ты не наделаешь глупостей! – глядя мне прямо в глаза, жестко произнес Винт, крепко держась за рукав моей куртки. – Никому не нужна твоя смерть!
– Понял я тебя, понял! – рыкнул я, высвобождаясь из захвата. – Сообразил уже, не дурак!
Винт ничего не ответил, лишь как-то странно посмотрел на меня. Сам контрразведчик направился к своим подчиненным, которые сейчас о чем-то оживленно болтали с татуированной девицей.
Михаил и Мислав стояли в окружении мокрых голых детей и раздавали им одежду. У ног Михаила лежал целый ворох разноцветного тряпья, он вытаскивал из кучи очередную одежку и протягивал ее кому-то из детей. Здоровяк Мислав что-то бормотал на ухо пареньку лет семи, стоящему рядом, при этом щеки у Мислава были мокрые от слез.
Увидев меня, старший серб приветливо махнул мне рукой и что-то изрек скороговоркой.
– Это Алексий, младший сын Баяна. Мислав благодарит тебя за то, что удалось спасти детей, – перевел Михаил речь старшего брата. – А еще он спрашивает: когда мы отправимся освобождать остальных пленников?
Я посмотрел в зареванные глаза избитого пацана, он глядел на меня с такой надеждой, что казалось, от моего слова зависит вся его дальнейшая жизнь. Вот как можно сейчас сказать Миславу и Михаилу, что их соплеменники не будут освобождены? Как?!
– Об этом и речь, – шепотом произнес я. – Сейчас идите за мной, оружие снять с предохранителей и быть готовыми открыть огонь. Идем арестовывать Винта и его людей. Учтите, они все парни тертые, прошли спецподготовку, поэтому не зевать. И не подпускайте их слишком близко к себе, чтобы они вас руками не достали. Ясно?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ясно, – нахмурившись, ответил Михаил. – А что произошло? Нет, мы на твоей стороне при любых раскладах, просто хотелось бы знать, из-за чего между вами произошла размолвка. Они ведь нам помогли взять штурмом виллу.
– Винт не хочет освобождать ваших соплеменников, ему важнее освободить генерала Корнилова и сохранить жизнь жирному хозяину виллы, – ответил я.
– Кретина, дркач! – эмоционально высказался Мислав, после того как Михаил перевел ему мою речь.
– Не знаю, что означают твои слова, но полностью согласен, – кивнул я, снимая автоматическую винтовку с предохранителя. – Только без лишней суеты. Думаю, что мне удастся переубедить Винта и его людей. Надо только дать им понять, что мы серьезно настроены!
Все-таки Винт оказался умным противником. То ли по моему решительному взгляду, то ли потому, что сербы шли с автоматами наизготовку, но он догадался, что я так и не принял его сторону, решив сыграть собственную партию. Автоматы мы вскинули почти одновременно. Винт опередил меня всего на пару мгновений. Зато сербы у меня за спиной подняли оружие быстрее, чем помощники Степана.
– Мы вроде договорились?! – насупился Степан. – Что за дела?
– Иди в жопу! – огрызнулся я. – Винт, положи оружие на землю и прикажи своим людям сделать то же самое!
– Седов, ты все-таки редкий тупица! – оскалился Степан. – Парни, если у кого-то из этих придурков дернется хотя бы один мускул, валите их на хер!
– Вот, я же говорил, что Иваныч не просто так мне это на куртке накарябал, – раздался встревоженный окрик керчанина. – Гляньте, чего они тут устроили!
Из главного входа виллы вывалились Керчь, Хохол, Серега, Женева и ковыляющий за ними Василий.
– Немедленно арестовать Винта и его людей! – строго приказал я вновь прибывшим.
Ванек, Женева и Хохол тут же вскинули свои автоматы, Василий обошел стороной и встал рядом с братьями. Серега так и не поднял свой пулемет.
Ага, значит, расклад следующий: за меня шестеро, за Винта трое, один воздержался. Точно, еще Косого не хватает, он в «секрете» на дороге.
– Может, кто-то объяснит мне, что здесь за херня происходит и какого фига мы сейчас пушками друг в друга тычем? – сплюнув себе под ноги, раздраженно спросил Петрович. – Зовсим з глузду зъихалы?!
– А происходит здесь следующее: ваш любимый хрен Седов решил не освобождать генерала Корнилова, а угробить всех вас в бессмысленной бойне! – выдал свою версию Винт.
– Это он о чем? – обратился ко мне Хохол.
– Если Винт сейчас меня застрелит, не дав договорить, значит, он просто не хочет слышать правду, – начал я. – И кстати, если я вдруг в ближайшем будущем сам застрелюсь или погибну вследствие неосторожного обращения с оружием, то в этом будет виноват тоже Степан. Так что делайте выводы. Короче, Винт договорился с хозяином виллы о бескровном освобождении генерала Корнилова. Барак сделает так, что генерала и всех, кто с ним был задержан, привезут сюда, а потом этот толстяк отдаст нам свою подводную лодку, которая без проблем доставит нас в Крым. Правда, посудина небольшая, и сербы туда не влезут. Соответственно, и об освобождении рабов из плена Барака речи быть не может. Ну и как вишенка на торте, этого извращенца Барака, который насилует и убивает детей, трогать нельзя. Винту он нужен живым! Вот так!
– Я предложил немного другое, – спокойно ответил Винт. – Нам не надо будет самим лезть на штурм хорошо укрепленной тюрьмы, не надо будет рисковать своими жизнями, за нас все сделают другие! Нам всего лишь надо будет взорвать пару домов в этом городке, чтобы отвлечь турок и иметь возможность свалить отсюда. Уже завтра к вечеру мы спокойно высадимся на крымский берег в целости и сохранности. Сербам дадим оружие, снаряжение и провизию, они могут забрать любую посудину и уйти на ней, куда захотят. Опять же, никто не мешает им в одиночку освободить своих соплеменников. Единственно, пусть подождут сутки, пока мы доберемся с Корниловым до родных берегов. В чем проблема? По-моему, такой вариант всех должен устроить! Кто против?
