Читаем без скачивания Как стать пиратом - Крессида Коуэлл

— Для этого плана, — произнес наконец Рыбьеног, — требовалось еще и ДЬЯВОЛЬСКОЕ ВЕЗЕНИЕ.

— Да, дело было несколько РИСКОВАННОЕ, — признал Иккинг. — Но мы ведь ОСТАЛИСЬ В ЖИВЫХ, правда?

В ответ Рыбьеног радостно улыбнулся, а Беззубик сделал в воздухе тройной кульбит и победно прокукарекал.

— А твое фехтование? Где ты ТАК научился?

— Руки перепутал, — пробормотал Иккинг, радостный, но немного смущенный.

— Ты, можно сказать, одной левой победил Элвина Вероломного И Зверского Удушителя, — восторгался Рыбьеног. — Ну и расскажем же мы всем, когда вернемся домой! То-то они рты поразевают! НЕ ТЕРПИТСЯ посмотреть, какую рожу скорчит Сопляк, когда увидит это сокровище. Его жалкий сундучок с Острова Черепушиков покажется девчачьей шкатулкой для секретиков.

— М-да-а-а, — протянул Иккинг. — Но мы ведь до сих пор торчим в этой пещере. Сначала надо отсюда ВЫБРАТЬСЯ.

У Рыбьенога вытянулось лицо,

— Верно, — согласился он, — Но ведь эта тварь каким-то образом пробиралась из этой дыры наверх, в пещеры Обрыва Дикого Дракона… Глянь только, как его живот набит драконами. Он, наверно, из года в год кормился в Драконьих Яслях. Надо только проникнуть в Калибановы Пещеры, и оттуда…

— Н'н-нет, — заявил Беззубик твердо. — Д'да-даже не думайте. Б'бе-беззубик знает. Б'бе-беззубик там вырос. H'на-наверху полно других тварей, крупнее и з'злее этого…

— Ладно, — сказал Иккинг, — Придется выбираться тем же путем, которым мы сюда попали. Надеюсь, дверь еще открыта.

Дверь и вправду была еще открыта.

Взявшись за ручку, Иккинг заметил приколотый к двери листок бумаги.

Это было письмо.

Написано оно было тем же корявым почерком, что и Чернобородова загадка из сундука, и адресовалось «ИСТИННОМУ НАСЛЕДНИКУ ЧЕРНОБОРОДА ОГОЛТЕЛОГО».

Иккинг снял письмо с гвоздика и прочитал.

Я прожил славную жизнь, достойную настоящего Викинга. Но теперь, став глубоким стариком, я понял, что не так уж радуюсь, вспоминая пятьдесят лет, проведенных в бурном веселье и грабежах, странствиях и драках на свежем воздухе. Я размышляю о том, мог ли я провести свою жизнь по-другому. Взять, например, это сокровище, В сагах меня чествуют за него, как будто я совершил САМЫЙ ВЕЛИКИЙ ПОДВИГ. Но с тех пор, как я его нашел, моя некогда счастливая банда грабителей стала раздираема АЛЧНОСТЬЮ и ЖАЖДОЙ ВЛАСТИ.

Мы не готовы обладать таким сокровищем. Поэтому я решил избавиться от него. Я знаю, что на свете найдутся люди, которые услышат Легенду о Сокровище и отправятся его искать. Специально для них я закопал на Острове Чере-пушиков небольшой сундучок. Это отвлекающий маневр. Найдя его, они решат, что поиски закончены. Но НАСТОЯЩЕЕ СОКРОВИЩЕ я спрятал глубоко-преглубоко, в этой подземной пещере.

Мои драконы много месяцев ныряли под воду и перетаскивали его сюда. С одной стороны его охраняет вода, с другой — Калибановы Пещеры.

Я посадил в пещеру детеныша Удушителя, чтобы он, когда вырастет, стал грозным Стражем. Я мечтаю, что в далеком будущем наступит время, когда люди научатся владеть такими прекрасными и опасными сокровищами и найдут им разумное применение. Я мечтаю, что один из моих наследников станет Заклинателем Драконов, Лучшим Бойцом На Мечах, Человеком, Который Умеет Говорить С Чудовищами, и что он сумеет обуздать силу самого Громовержца Тора. Этот Наследник придет сюда и найдет мое сокровище. Я с радостью отдаю в его руки всё до последней монетки, и он сумеет правильно распорядиться этими богатствами. Желаю вам счастья и крепкого попутного ветра.

ЧЕРНОБОРОД ОГОЛТЕЛЫЙ.

P.S. Надеюсь, у вас есть с собой дракон, он поможет выбраться на поверхность. Иначе, боюсь, вы пропали.

— Может, Чернобород Оголтелый всё-таки был не таким уж плохим человеком… — задумчиво проговорил Иккинг.

— Сам решай, — отозвался Рыбьеног, читавший письмо через плечо Иккинга. — Он говорит, что сокровище ТВОЕ, так что делай с ним, что хочешь.

Иккинг вздохнул. Ему вспомнилось, какой алчный блеск вспыхнул в глазах Стоика Обширного, когда он взял в руки Штормосаблю. Вспомнилась ссора Толстопуза со Стоиком над сундуком с сокровищами…

— Да, — сказал Иккинг. — И я, кажется, ЗНАЮ, что с ним делать.

Он поднял с пола пещеры уголек, написал под письмом несколько слов и повесил его обратно на гвоздь.

— «ЕЩЕ… НЕ… ГОТОВЫ», — прочитал Рыбьеног и бросился за Иккингом. Тот уже подошел к выходу из пещеры и задумчиво смотрел в воду.

— Что значит — еще не готовы? — потребовал ответа Рыбьеног.

— Это значит, — ответил Иккинг, — что сокровище останется здесь. Что оно станет нашей ТАЙНОЙ, и мы о нём НИКОМУ не расскажем. Если выберемся отсюда живыми, просто скажем, что нас выбросило на берег в паре миль отсюда, а об этой пещере даже не заикнемся.

— Ты что, СЕРЬЕЗНО? — вскричал Рыбьеног. — Мы же можем стать ГЕРОЯМИ! Кроме того, если мы никому не расскажем о том, что произошло, все по-прежнему будут думать, что Истинный Наследный Принц Лохматых Хулиганов — Сопляк.

Иккинг горестно вздохнул.

— Боюсь, что ты прав, — признался он. — Но если я и есть Настоящий Наследный Принц, я должен думать, что хорошо для Племени, а что плохо. А если сокровище останется здесь, это пойдет для Племени только на пользу. Нам оно не принесет ничего, кроме Больших Неприятностей.

Короче, Иккинг не собирался передумывать.

— Давай лучше подумаем, как отсюда выбраться, — предложил он.

Иккинг провел в напряженных раздумьях часа два или три, и так-таки придумал, каким образом один маленький дракончик может поднять на поверхность двух юных викингов (его и Рыбьенога) так, чтобы те (викинги) не захлебнулись в стометровой толще морской воды.

Решение было очень простым, и вы это поймете, если когда-нибудь окажетесь в столь же сложном положении.

Воздух, выдыхаемый драконами, состоит практически из чистого кислорода. Вот почему их дыхание так огнеопасно. Когда они будут подниматься (медленно, чтобы не началась кессонная болезнь), Беззубик должен плыть рядом и время от времени дуть им в носы.

А сам дракон никогда не задохнется, потому что чуть пониже рогов у него имеется полный комплект жабр. Нырнув, он просто-напросто перекроет свои легкие, и будет поглощать кислород из морской воды.

Минут через десять Иккинг и Рыбьеног вынырнули на поверхность. Вокруг плавало множество корабельных обломков, потому что вынырнули они недалеко от места крушения «Тринадцати счастливчиков». Мальчишки поймали весло, ухватились за два конца и медленно поплыли к мысу, за которым находился пляж, пригодный для высадки на берег.

Рыбьеног всю дорогу уговаривал Иккинга передумать.

Наконец он раздраженно воскликнул:

— Так тебе НИКОГДА не стать Героем. Не понимаю, как ты терпишь, что никто тебе не аплодирует, никто не восторгается?

— Ну и пусть, — вздохнул Иккинг. — Пусть мне никогда не стать Героем. Но я твердо знаю, что когда-нибудь стану Вождем этого Племени, и хочу, чтобы само Племя до тех пор сохранилось в живых. А это мне кажется важнее, чем стать Героем.

Шатаясь, они побрели через вересковые заросли к Хулиганской Деревне. Там стояла странная тишина и запустение. Не клубился дымок над крышами, не бегали по улицам дети, не ссорились на кровлях драконы.

— Боже мой, ради Одина, — взмолился Иккинг, — Только бы они все были ЖИВЫ!

Все и вправду были живы.

Каким-то чудом при крушении «Тринадцати счастливчиков» никто не утонул.

Хулиганы взяли в плен всех Отбросов Общества, связали их крепко-накрепко и на сильно перегруженном «Громобое» достигли наконец живописных берегов острова Олух.

Там, со свойственным им великодушием, они выпустили Отбросов на свободу.

Боюсь, что Отбросы не проявили должной благодарности и Хулиганы не в последний раз встречают на своем пути этих гнусных людишек. Но на этот раз незваные пришельцы вернулись в свои Отбросовские Земли униженными, разоруженными и горящими жаждой мести.

Хулиганы и сами были не в лучшей форме. Они были народом закаленным и привычным к купаниям в морской воде, однако потеря Единственного Сына Вождя оказалась для них жестоким ударом, пусть даже он и не был Истинным Наследником.

Стоик целый час просидел на берегу моря. Как только сокровище Сопляка скрылось под волнами, оно потеряло свою власть над Великим Вождем. Перед мысленным взором Стоика вставал его сын Иккинг. Иккинг стоял на палубе «Тринадцати счастливчиков» и говорил: «Я — НАСЛЕДНИК СТОИКА ОБШИРНОГО».

Стоик сорвал с себя золотые браслеты и зашвырнул их далеко в море. Потом он пошел домой и уселся перед входом в часовню Одина.

Вот почему измочаленные Рыбьеног, Иккинг и Беззубик, войдя в Хулиганскую Деревню, обнаружили, что все Хулиганы разошлись по домам, заперли двери, затворили окна и погасили камины.