– Бросьте нож на пол и медленно поднимите руки вверх! – раздался в этот момент знакомый голос Мохаммеда аль-Фарузина.
* * *
Эллисон почувствовала, что хватка на ее шее стала только крепче. Но державший ее незнакомец определенно испугался. Как Мохаммед сюда попал? Эллисон бросила косой взгляд на Джона и поняла, что он сам удивлен таким развитием событий. Вместе с тем на его лице читалось огромное облегчение. Однако опасность еще не миновала.
– Отбросьте кинжал в сторону! – повторил свой приказ египетский полицейский.
– И не подумаю! – воскликнул незнакомец, продолжая удерживать девушку. – Сделаете хоть один шаг, и я зарежу ее!
– В вашей ситуации это больше ничего не изменит, – последовал ледяной ответ Мохаммеда. – Вы сможете спасти себя, только если не будете делать глупости. Если вы что-нибудь сделаете женщине, я вас тут же пристрелю.
Флетчер стоял рядом с поднятыми руками, понимая, что его песенка спета. Теперь и у него не оставалось никаких иллюзий по поводу своего поражения. Он повернулся к своему подельнику:
– Сдавайтесь, – спокойно сказал он. – В этом нет смысла. Не ухудшайте наше положение. Мне очень жаль, что так все закончилось, но, кажется, наш бог нас покинул.
Хватка незнакомца ослабела. Эллисон почувствовала, как он убрал лезвие кинжала от ее шеи; колени девушки подкосились, и она, обмякнув, стала оседать на мраморный пол. Ее тут же подхватил Джон, в два шага оказавшийся рядом с ней. В этот момент в зал вбежали примерно двадцать египетских полицейских, которые быстро скрутили двух сектантов.
Мохаммед подошел к англичанам и шутливо погрозил им пальцем:
– Жаль, что вы такой недоверчивый, Джон. Если бы я с самого начала не велел двум полицейским в штатском не спускать с вас глаз, то финал у этой истории мог оказаться прямо противоположным.
– Вы не представляете, как я благодарен вам за то, что вы мне не доверяли, – радостно констатировал его коллега.
– Это было лишь предчувствие, и оно меня не подвело, – заметил Мохаммед. – Хотя мое руководство не всегда разделяет мое мнение.
– Если хотите, я встану на колени и публично попрошу прощения, – с благодарностью и большим облегчением произнес Джон.
– У меня есть предложение получше, – сказала Эллисон, которая уже оправилась от шока и поднялась на ноги. Она подошла к Мохаммеду и расцеловала его в обе щеки. Тот вдруг смутился.
– Хорошо, что моей жены нет рядом, – пробормотал он. – Но я прошу вас, Джон, не устраивать больше подобного. Я из-за вас постарел лет на десять, не меньше. Когда я увидел, какая опасность угрожает мисс Клинтон, я не был уверен в благополучном исходе.
– Вы действовали правильно, – заверила его Эллисон. – И я надеюсь, что ваше руководство это отметит и повысит вас в должности.
Египтянин хитро улыбнулся:
– У нас это происходит немного по-другому. Но в любом случае, спасибо на добром слове.
* * *
Через два дня счастливая пара возвращалась в Лондон. Молодые люди пообещали вернуться в Каир во время своего свадебного путешествия и устроить праздник для профессора бен Хассана и знакомых египетских полицейских.
Разумеется, Элизар бен Хассан потребовал от пары еще одну малость. Как и обещала Эллисон, они отправились в гости в дом профессора, который был ужасно рад, что его наводка помогла остановить деятельность преступной секты – хотя бы на некоторое время. Все понимали, что последователи Сета будут появляться снова и снова, но на этот раз бой был выигран.
Профессор и его жена сердечно попрощались с молодыми людьми, ощутившими после всех этих волнующих событий непередаваемые чувства друг к другу. Им уже не требовалось много слов, чтобы выразить, насколько они близки. Достаточно было одного прикосновения или взгляда. Эта любовь не могла быть ошибкой!
С подачи Интерпола Харви Флетчера депортировали из Египта в Лондон в вооруженном сопровождении, чтобы тот смог предстать перед судом в родной стране. Хотя вполне могло так случиться, что какой-нибудь хитрый адвокат добьется для него более мягкого приговора.
Джона сейчас это заботило меньше всего. Он свою работу выполнил. Но инспектор был бы потрясен, может, даже больше, чем Эллисон, если бы они на несколько дней задержались в Каире и еще раз наведались в храм Сета.
Когда на египетский мегаполис опустилась новая ночь, в тайном храме злобного древнего божества собралось несколько человек. Они с успехом провели торжественный ритуал, и, судя по всему, божество осталось довольно. Затем большинство участников церемонии снова исчезли. А когда верховный жрец остался один, он откинул капюшон своего плаща назад. Его довольное, улыбающееся лицо с восторгом смотрело на статую бога. Ведь это он сделал так, чтобы ловко убрать с дороги недостойного соперника. В конце концов, в храме может быть только один верховный жрец!
С большим усердием Элизар бен Хассан благодарил и благодарил своего бога за оказанную им великую милость…
Читайте в следующем номере
Барбара Бёртон
Внучка палача
Перед Сарой были кусты дрока, она опустилась на колени и поползла на четвереньках под прикрытием ветвей. Где-то здесь должен был прятаться этот тип. Пару мгновений спустя она в этом убедилась. Ее голова ударилась обо что-то твердое, что на ощупь было похоже на человеческую голову. Она отпрянула, вскочила на ноги и зажгла фонарь. Луч упал на фигуру человека, он нагнулся и в следующее мгновенье бросился на нее. Она вскрикнула. Что-то ударило ее по руке, она выронила фонарь, он упал на землю и погас. Одна рука неизвестного зажала ей рот. Вторая обхватила за горло.
– Ни звука! – прошипел мужской голос прямо ей в ухо. – Если вы закричите, я перережу вам горло.
Она послушалась, и незнакомец потащил ее к задней стене участка. Сара пыталась сопротивляться. Он тихо выругался и ударил ее ребром ладони по затылку. – Без глупостей! – предупредил он. – Или вам конец!
...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
