но всё же встаёт. Его аура становится действительно враждебной, а глаза начинает заволакивать тьма. Зрачки пропадают. Пошатываясь, он кидается в атаку, но былой скорости уже нет.
Сделав несколько шагов, Ценкан падает и начинает кататься по арене. Изо рта вырываются клубы чёрного дыма. Тело неестественно изгибается, а кости трещат, будто вот-вот сломаются.
Глава 9
— Всем сохранять спокойствие! — первым реагирует Аширан и бросается к Ценкану.
Ещё десяток мастеров покидают трибуны и устремляются на арену.
— Всем ученикам не двигаться! Оставайтесь на своих местах! Ничего страшного не произошло! — замерев у края площадки, гулко провозглашает один из мастеров.
Тем временем остальные наставники во главе с Ашираном окружают парня. Я ощущаю пугающее течение энергии, которое быстро прекращается, как только мастера образуют кольцо. Злая энергия словно старается вырваться наружу.
Все выглядят растерянными, даже наставники. На лицах некоторых читается тревога и смятение. Оставшиеся на трибуне мастера посматривают на нас и негромко переговариваются между собой.
Несколько личных учеников поспешно притаскивают носилки, но ещё больше меня удивляет то, что мастера сами поднимают Ценкана и уносят его прочь. Они продолжают закрывать его собственными телами, чтобы остальные не увидели лишнего. Мне лишь мельком удаётся заметить, как юноша продолжает в спазмах дёргаться всем телом. Вокруг него вибрирует сразу несколько слоев защиты, поглощающих дым, который валит изо рта. Голова парня завалилась на бок, изо рта течёт вязкая тёмная пена. Вся эта процессия стремительно удаляется в сторону главного храма.
Пропустив их, Аширан остаётся на арене в одиночестве.
— Не переживайте! Всё в порядке, просто Ценкан не рассчитал свои силы во время глубокой медитации. Мы быстро со всем разберёмся.
Основные ученики молчат. Они, как послушные марионетки, кивают, не издав ни звука. Возможно, некоторые понимают, что эта отговорка звучит совершенно нелепо, но предпочитают держать язык за зубами. Мне тоже хочется задать вопросы, но я усмиряю себя. И так знаю больше многих, не стоит привлекать к себе лишнего внимания. Правдивый ответ всё равно не получу.
Однако в рядах новичков всё же находится смельчак. Вперёд выступает адепт из благородного рода — высокий широкоплечий парень. Он с надменным видом обводить взглядом остальных учеников, словно спрашивая: «вы что, трусы?», а потом обращается к наставнику:
— Мастер Аширан, объясните, что это было? Я хорошо обучен премудростям обращения с Ки, но никогда не слышал о подобном.
— Вы ещё слишком юны, мой мальчик, и какое бы хорошее образование ни получили, невозможно постичь все аспекты Пути, — кривится старик. — Мы сами ещё не знаем до конца, что произошло, но поверьте, всё под контролем. Вам ничего не угрожает!
Первый вопрос провоцирует ещё несколько, но Аширан умело парирует, отвечая уклончивыми фразами. И все вопросы звучат со стороны новых членов секты.
— Не переживайте, мы обязательно разберёмся во всем произошедшем. Случившееся с Ценканом может быть не просто следствием глубокой медитации. Высока вероятность, что это редкое заболевание или нарушившийся ток Ки вследствие закупорки меридианов. Поэтому, пока мы не разберёмся во всей ситуации, официально свободное передвижение по секте под запретом.
С нашей стороны раздаются недовольные голоса, но всем ничего не остаётся, как подчиниться. Чтобы убедиться в исполнении наказа Аширана, до казарм нас сопровождают основные ученики.
Мы с Каору обмениваемся лишь парой фраз, договорившись увидеться позже. Проводники не доставят проблем, но шум поднимать не стоит.
Когда волнение спадает, под покровом ночи я подкрадываюсь в покои Каору. Девушка не спит и встречает меня взволнованно.
— Кай, что происходит? Неужели им овладел демон? — она не может усидеть на месте и потом ходит из угла в угол. — Такое же могло произойти и с моим братом, — с тревогой замечает она.
— Давай рассуждать здраво. Я находился ближе всего к Ценкану и не почувствовал присутствия сторонней сущности. Допустим даже, что демон настолько силён, что обгоняет меня на этап или два, а потому я не мог ничего ощутить. Неужели он бы не бросился в атаку, стремясь порвать меня на куски? Говорят, эти кровожадные твари ведут себя именно так. Неужели он бы не дал бой мастерам, которые обступили его? Нет, там что-то другое, — я качаю головой. — Да и не похоже это на одержимость.
В библиотеках Академии и Феррона я изучал влияние демонов на людей.
— Больше всего это напоминает воздействие демонической силы. Если бы он действительно был одержим столь мощным демоном, вряд ли бы на арене обошлось без крови.
— Воздействие? Поясни, — внимательно смотрит на меня девушка.
— Думаю, они для чего-то используют учеников. Возможно, для подпитки самого демона или для каких-то запретных техник. Однако это всего лишь догадки, нам надо собрать больше информации. Стоит получше расспросить адептов, которые уже давно находятся в секте.
— В текущих обстоятельствах сделать это будет непросто, — вздыхает Каору. — Да и они не шибко разговорчивы, сам видел.
— Всё так, — хмурюсь я. — В любом случае нам надо быть крайне осторожными. Не знаю, какое влияние на них оказывают демон и мастера.
Несколько дней нас не выпускают из казарм, заставляя заниматься самообучением в наших покоях. Даже на прилегающую территорию выход закрыт. В обеденный зал нас сопровождают мастера. Так что пока это единственное место, где можно разузнать хоть что-то. Правда, приходится действовать максимально осторожно. Моё последнее сражение и совместные тренировки позволили завоевать небольшую лояльность у некоторых основных учеников. Так что даже во время приёма пищи мне удаётся немного пообщаться с ними.
Я действую осторожно, задавая вопросы максимально размыто и обтекаемо. Однако их ответы лишь подтверждают, что им либо промыли мозги, либо окончательно вытащили. В словах звучит один фанатизм и преданность секте. Любые мои предположения отвергаются. С Каору, как с девушкой, охотнее идут на контакт, но результаты примерно те же. Нулевые.
Никто не слышал про демонов кроме тех слухов, что и так ходят в народе. Имперская гвардия воюет с ними на западе. «Да и вообще», — отвечает мне один ученик, — «как можно подумать такое! Секта Восходящего Солнца предана Императору и ни за что не стала бы хранить подобные секреты».
Однако мы не теряем надежды и продолжаем расспросы. В обеденном зале слишком мало возможностей. Постоянный пристальный надзор мастеров мешает нормальному диалогу.
Через несколько дней ограничительные меры ослабляют, и мы уже можем свободнее передвигаться по территории секты. Для нас становится доступной вся наша пагода. К остальной территории доступ до сих пор закрыт. В рядах новичков растёт недовольство. Больше всего бунтуют знатные отпрыски, отправившиеся в секту не для того, чтобы просиживать штаны.
Основным местом для сбора
