сдерживающие её, и она обмякает в моих руках.
— Диань… Я не видела брата уже много лет… И теперь не увижу никогда! Если бы ты только мог меня понять.
Отстранившись, Каору понуро смотрит в землю.
— Я тебя прекрасно понимаю, — искренно отзываюсь я. — И в знак своего доверия открою тебе правду, которую не знает никто в этой секте. Взгляни на меня, — я снимаю иллюзорный покров со своего лица.
Девушка вскидывает на меня глаза и столбенеет.
— Ты!.. Ты… — слова застревают в её горле. — Я уже видела это лицо. Ты же Рен из Лесных Холмов. Тебя ищет вся империя! Что здесь забыл⁈
— У меня есть свои причины, также, как и у тебя. Теперь веришь мне? — с усилием я возвращаю себе облик Кая.
Поддержание техники в таком состоянии требует слишком много энергии.
Каору садится рядом прямо на землю и упирает локти в колени. Её глаза покраснели, но в них уже нет прежнего безумия. Девичий голос, тихий, наполненный грустью, которая никогда не уйдёт полностью, звучит в тишине:
— Ты прав. Прости. Я не могла сдержаться. Мысль о том, что я никогда больше не обниму брата… Я просто умру, если сейчас отправлюсь к патриарху, — хрипло признаёт она. — Тогда скажи, что нам делать дальше.
Я делюсь с ней кое-какими намётками. Безрассудные поступки ни к чему не приведут. Чтобы добраться до истины, нам надо быть хитрее и терпеливее врагов. Вдвоём, да даже заручившись поддержкой кого-то из секты, нам вряд ли удастся справиться с патриархом и старшими мастерами. Ситуация здесь совершенно иная, нежели в секте Водного Дракона.
Взяв с неё слово, что она не будет глупить, я отвожу её в казармы.
Утром следующего дня ограничения наконец снимают. Тренировки вновь продолжаются. Однако меня, Каору и ещё нескольких внешних учеников Таяр просит задержаться. Когда он собирает всех вместе, мы отправляемся в одну из пагод на основной территории секты.
В просторном церемониальном зале на полу, скрестив ноги, сидит Аширан. Он жестом предлагает всем сесть.
— Для вас сегодня особенный день. Все находящиеся здесь показали себя достойными адептами и членами секты. Каждый получит своё новое назначение, — его голос, наполненный силой, заполняет всё вокруг.
Ученики с трепетом смотрят на него. Мы с Каору переглядываемся.
— И чтобы остальные увидели, что даже возраст не помеха в нашей секте, — он устремляет руку в мою сторону, — встань, Кай! И покажись всем.
Я поворачиваюсь и делаю поклон.
— Берите пример с лучшего. После достойного выступления на арене им заинтересовался мастер Асан, правая рука нашего патриарха. Ты станешь его личным учеником!
Глава 10
Наше с Каору переселение не занимает много времени. Собрав немногочисленные вещи, мы вместе с остальными отобранными новичками отправляемся на территорию, где проживают основные ученики. Таяр сопровождает нас, всю дорогу разглагольствуя о том, какая великая честь выпала «неразумным адептам». Среди счастливчиков, заслуживших повышение, есть и тот знатный парень, первым возмутившийся во время происшествия на арене.
Наверняка это сделано не просто так. Смутьян в рядах новоприбывших — большая проблема. Посмотрим, что с ним станет дальше.
Мы проходим через обширный парк, украшенный статуями и небольшими огороженными площадками, где прямо сейчас проходят индивидуальные занятия адептов с мастерами.
Центральная пагода секты расположена поблизости от главного храма. На её территории имеется ещё несколько дворцов поменьше. В одном из них нам и предстоит проживать.
Таяр останавливается возле входа и, выполнив символический поклон, глубокомысленно произносит:
— Служите достойно великому предназначению секты, и вы сможете познать многие секреты Пути.
Если бы это было физически возможно, мои глаза закатились бы так сильно, что совершили бы полный оборот.
Как только проводник покидает нас, на улицу выходят мастера.
— Приветствую всех практиков в самом сердце нашей прославленной секты, — берёт слово один из них. — Здесь вы сможете познать сокровенные секреты Восходящего Солнца. Однако не забывайте, что всех, дерзнувших раскрыть тайны за пределами этого места, ждёт строгое наказание, — по его лицу пробегает едва заметная тень хищной усмешки.
Он уступает место другим мастерам, которые по очереди выходят в центр и начинают называть наши имена.
— Странник Кай! — грохочет высокий крепкий мужчина.
Его лицо словно высечено из камня. Короткая белая борода клинышком прикрывает шею, а длинные волосы собраны на затылке. В отличие от большинства учеников и несмотря на седину, в физической стати он способен дать фору многим мастерам из Долины.
Наставник пробегается по мне суровым оценивающим взглядом и медленно кивает, мол, пойдёт, с этим можно работать.
— Я — Кай, мастер, — выхожу из строя и совершаю глубокий поклон.
— Отлично, за мной! — бесстрастно приказывает он и двигается прочь. — Можешь называть меня мастер Асан. Теперь ты мой личный ученик.
Спустя несколько минут мы заходим внутрь пагоды. Центральный холл встречает нас роскошным убранством. На пьедесталах возле стен представлены различные предметы — от оружия до причудливых алхимических приборов. Я узнаю их лишь потому, что видел нечто подобное в лаборатории Феррона.
— Всё это со временем будет доступно тебе, — небрежным жестом Асан указывает на артефакты.
Минуя холл, мы поднимаемся вверх по широкой лестнице. Стены украшены картинами масштабных сражений и лучших адептов секты. Давно мёртвые люди горделиво позируют, будто заранее уверенные, что даже спустя века их будут почитать.
— Тебе выпала честь разделить со мной покои, — на ходу замечает Асан.
Что-то слишком много чести выпало на мою долю в последнее время. Нужно быть настороже.
— Это гостевой дворец, — поясняет он, — я нахожусь здесь не постоянно. Однако большую часть времени мы будем проживать вместе, чтобы твоё обучение было максимально продуктивным. Будь как дома, но не забывай, что ты у меня в гостях, — довершает он с ухмылкой, не тронувшей, впрочем, его глаза.
Поднявшись на самый верх, мы оказываемся в его жилище. Оно занимают весь седьмой этаж. Здесь есть всё необходимое практику, но меня смущает чрезмерная роскошь — много позолоты и серебра повсюду. Однако помимо этой вычурности покои имеют чёткую структуру. Асан сразу обозначает свою личную зону, куда мне вход строго воспрещён.
Я не могу не заметить его личные ростовые статуи, расположенные в каждом помещении. Похоже, если бы раздутое самолюбие как-то усиливало практика, Асан мог бы посоперничать в мощи с Императором.
— Еду тебе будут доставлять прямо сюда, чтобы не тратить лишнее время на беготню, — Асан указывает на обеденный зал, рассчитанный минимум на два десятка персон.
Углубляясь внутрь помещений, мы прогуливаемся по этажу, пока мой спутник продолжает перечислять доступные мне
