снег, и он всегда укрывал ее от непогоды: зонтом, своей курткой, просто прижимал к себе. Он всегда о ней заботился. А она? Почему раньше она никогда не задумывалась о том, что дает Саше. Секс? Так на одной страсти отношения не построишь.
Лена зябко поежилась, потуже закрутив шарф, и спрятала руки в карманы.
Если хорошо подумать, что она дарила своему партнеру? Редкие счастливые вечера, когда они вдвоем ели пиццу, дурачились, смеялись, прогуливались по городу, ходили в кинотеатры. Но Лена могла по пальцам пересчитать, сколько таких вечеров у них было.
Чаще всего Саша засыпал без нее, пока она работала над очередной статьей. Или они разговаривали по телефону, находясь в разных городах. Да о чем можно говорить, когда она и ужины своему мужчине готовила время от времени. А ему, наверняка, хотелось приходить домой и вдыхать аппетитный запах запеченного в духовке мяса.
Надо было поплакать, выплеснуть эмоции, не держать их внутри. Но Вольской стыдно было идти по городу и реветь. Для этого нужно находиться, к примеру, дома, чтобы иметь возможность в полном одиночестве делать то, что заблагорассудится.
— Получила свободу. Вот теперь наслаждайся… — сказала это вслух, шмыгнула носом и решила все же вызвать такси: начиналась самая настоящая метель, с резкими порывами ветра и Лена ужасно промерзла.
Глава 18
Тренировки «Ястребов» проходили по запланированному графику, через несколько дней команде предстоял выездной матч, а затем парней распускали на новогодние праздники. В общем-то, настроение в коллективе уже было нерабочее, несмотря на то, что главный тренер всеми силами пытался приструнить игроков, напоминая им о необходимости побеждать. Тем не менее, большинство хоккеистов мыслями находились уже не здесь.
После того, как спортсмены ушли со льда и разбрелись по раздевалкам, Саша убрал конусы, шайбы, занес их в подсобку и вернулся в тренерскую.
Присев на край стола, задумался: у всех какие-то дела, заботы, предновогодние хлопоты, встречи. В команде то и дело разговоры о том, что дарить своим девушкам и женам, где и с кем праздновать.
Саша морально уже был готов к одиночеству в предстоящие праздники, вроде бы смирился с тем, что все будет так же, как и в прошлые годы, но все равно назойливые мысли о Лене не давали ему возможности жить и чувствовать себя, как раньше. А ведь у него было столько планов. Он всерьез намеревался в новогоднюю ночь сделать Лене предложение. Да, возможно немного опрометчиво, непродуманно, но ему этого больше всего хотелось.
Саша даже пару раз заходил в ювелирный магазин, консультировался с продавцом, смотрел различные варианты колец с драгоценными камнями, размышлял о том, какое может понравиться Лене, пытался представить ее реакцию на фразу «ты выйдешь за меня?». Интересно, она бы обрадовалась или такое развитие событий ее бы шокировало? Впрочем, сейчас это не имело уже никакого значения. Беркутов понял, что ему надо привыкать снова быть одному.
К тишине в квартире Саша уже почти привык. По вечерам не слышал щелканье клавиш ноутбука, по утрам с кухни не доносился аромат кофе, в шкафу теперь пустовало большинство полок, из ванной комнаты исчезли крема, вкусно пахнущие гели для душа. И если днем Беркутов еще отвлекался, спасался работой, то по ночам долго не мог заснуть.
Несколько раз возникали мысли об алкоголе, но он упорно старался справиться самостоятельно, без спиртного.
Нет, Саша не изводил себя раздумьями, не впадал в депрессию. Скорее пытался понять, когда все пошло не так. Тот факт, что, по его мнению, Лена изменила ему со Градовым, стал, скорее, катализатором расставания, но вряд ли являлся первостепенной причиной. Судя по тому, сколько всего они высказали друг другу на эмоциях, рано или поздно их пара все равно бы распалась. У обоих были какие-то претензии, которые они по непонятным причинам давили в себе. Может, стоило сразу поговорить обо всем, а не отмахиваться от проблем?
Саша знал, что слишком вспыльчив, что своей ревностью действительно в некоторой степени оскорблял Лену, ведь если посудить, она не делала ничего предосудительного. На фото с коллегами стояла в обнимку, но это не выглядело провокационно; флиртующие нотки в ее голосе всегда появлялись, когда она с улыбкой вела беседу и была расположена к собеседнику. Правда вот с Русланом, судя по всему, ревность была более чем обоснована.
Из раздумий Беркутова вырвал телефонный звонок. Главный тренер не так часто звонил своему коллеге, поэтому Саша ответил, не медля, вдруг что-то важное.
— Саня, привет. У тебя рядом расписание тренировок?
Саша осмотрелся и взял со стола лист бумаги, на котором вручную был записан график.
— Да, а что такое?
— Субботнюю тренировку нам в десять поставили?
— Ну да.
— Ясно, значит, придется Градову и Абросимову пропускать.
— Не понял. Это с чего вдруг? Ты же всегда против пропусков…
В трубке послышался вздох:
— Сань, ты знаешь, что я не сторонник таки разрешений. Но руководство просило парней быть на вокзале ко времени. Они в Питер едут, на благотворительное мероприятие, там от ведущих клубов по два лучших игрока. В субботу туда, в воскресенье вечером обратно.
— Лучших? Градов у нас уже лучшим стал? — Саша понимал, что ни о каком его спокойствии и рассудительности пока невозможно говорить, когда речь заходит о Руслане.
— Я думал, вы уже все выяснили, ты чего опять заводишься? Да, по показателям он один из лучших, ну и не забывай, что у него родня в Федерации.
— Я понял.
— В общем, подумаем потом, как нам перестановку состава лучше сделать на субботу. Давай, до связи.
Саша упорно пытался вспомнить, откуда он слышал про это питерское мероприятие. Может, кто-то из парней говорил, или сотрудников спорткомплекса. И вдруг его осенило.
Интервью с Аней — коллегой Вольской — последующая за ним непринужденная беседа. Анна рассказала, что вскоре в Петербурге состоится мероприятие, на которое бы она очень хотела попасть, поскольку там соберутся лучшие спортсмены, представители Федерации, пресса… Но от их редакции скорее всего поедет Вольская, как лучшая журналистка.
— Черт… — выругался Саша, потирая лицо ладонями.
Лена снова будет с Градовым. Рядом. Вместе.
И пусть Саша был уверен, что они часто пересекаются, и вполне возможно, спят друг с другом (в этом у него, почему-то, ни с того ни с сего начали появляться сомнения), тот факт, что в Питер они поедут вместе, вызвал новый приступ ревности.
«Что за хрень творится, почему именно ОН?» — раз за разом задавал себе Саша бессмысленный вопрос, хоть и знал, что ответа на него не будет.
