пару секунд. Для прицельного выстрела очень далеко. Думаю, меня даже из того самого раритетного супер штуцера не достать. Но пока хочу понять, что дальше будет. Или плюнут и домой пойдут, несолоно хлебавши. Или попытаются меня все же нагнать. Они же не знают, что я уже на месте. Ведь большая часть ходоков в горах возвращается обратно с заснеженных просторов, туда еще километров десять ковылять. Кому-то приходится из пещер, которых во льду здесь полным-полно. Это я вся на голову ушибленная, навострилась порталы обратные в нетипичных местах получать.
Незваные гости решили ситуацию обострить и спустили пса. Идиоты. Да, у меня дробовик и пистолеты спрятаны. И вряд ли они про оружие знают — я в местном Городе ничем подобным не закупалась. Тупо день отсыпалась и отъедалась у рыбаков. Арендовала баркас здоровенный, они на небольшом озере встали рядом с сетями и так до следующего утра с рыбой и возились.
Жалко носатого. Мчится, старается. Но у меня с ним в рукопашной никаких шансов. Это точно. Поэтому подождала, когда совсем рядом окажется и шарахнула из револьвера последней «драконьей слезой». На открытом пространстве не так сильно по ушам приложило, в отбитой голове не зазвенело напоследок. Ну и от барбоса только хвост с задними лапами остался. Остальное — бурым облаком по травке рассыпало вместо удобрений. Страшная штука эти специальные боеприпасы. Понятно теперь, почему местных за такое вешают сразу и без исключений.
Все. Прости-прощай сказала, можно и отчаливать. Дженни что-то там орет в мою сторону расстроенно. Наверняка кары небесные обещает. Продемонстрировала ей из вежливости средний палец и шагнула в чернильно-черное пятно. Домой.
* * *
Умные люди держат для подстраховки специалиста, кто за «коматозником» присматривает. Ведь какими бы продвинутыми не были софт и железо, оборудование может просбоить. Семь дней в автоматическом режиме — это для экстремалов. Сколько гикнулось от забившейся трубки или заглючившей микросхемы — не сосчитать. Точнее говоря — это раньше таких было много. Даже пытались статистку вести подобных случаев. Потом решили не выпендриваться и стали «сиделку» нанимать. Из проверенных. Кто не сдаст сразу.
Но я — не просто ходок. Я спятивший параноик. Поэтому у меня во второй комнате стоит капсула ручной сборки с безномерными платами. На полках банки с нужной химией. И металлическая дверь под фальшивой пластиковой облицовкой с замком. Гости ко мне обычно не ходят, после смерти мужа я вообще почти все прошлые контакты оборвала. Но все равно страхуюсь от любой случайности. Никто не знает, чем я занимаюсь. Графический дизайнер и точка. Вон, в зале удобное кресло, стол и два шикарных безразмерных дисплея. Я даже раз в полгода какие-то сайты левые для студентов бесплатно выкладываю. Исключительно, чтобы лишний раз глаза не мозолить. Контракты через «самозанятую» идут, счет в банке официальный, с него и живу. Налоги уплачены вовремя, нафиг никому не сдалась. И переводы от посредников тоже на «Дизайн-Магию» капают. Все честно, прозрачно и без дурацких схем.
После «прогулки» всегда пару дней ощущаешь себя жеванной курицей. Ползаешь с трудом, сквозь зубы матерясь на боль в мышцах, головокружение и постоянное желание на горшок взобраться. Лежишь-то в памперсе после многочисленных клизм и с уретральным катетером. Пока его научилась устанавливать — прокляла все на свете. Но — освоилась. Уже больше года все «сама-сама». До этого Петр подобными деталями занимался, я только через границу миров прыгала. Договаривался с нужными людьми, сбывал «эллочки». Позже цепочку посредников выстроил, чтобы вообще никак на рынке не светиться. Петя у меня был серьезным человеком, твердо на ногах стоял. Как любил шутить — это по малолетке весело в первую ходку зону топтать. Потом хочется домашнего комфорта. Деловым у меня он был. Со звериным чутьем на возможные неприятности и возможность заработать. Я только до конца не поняла, зачем он именно на мне женился. Может — домохозяйку хотел, чтобы дома его с очередных разборок дожидалась? Не знаю. Это тайна, которую с собой в могилу забрал. Как и мечту о детях. Не сложилось у нас с этим. Зато когда я в первый раз из любопытства попыталась портал открыть — тут же сообразил, как дальше жить. И закрутилось у нас совместное предприятие. Единственное — никогда не хотел на Конфу со мной прогуляться. Ни разу даже не заикнулся об этом. Мне кажется — боялся в глубине души. Но признаться в этом не хотел.
Сижу на подоконнике, завернувшись в теплое одеяло. Дома батареи чуть прикрутила, не люблю жару. Но и мерзнуть тоже не нравится. Поэтому так, закутавшись и выставив наружу нос.
Смотрю на город за стеклом. Серый, мрачный. Одинокий. Прохожих не видно. Машины тоже по дворам-колодцам попрятались. Снег с утра выпал, поэтому горожане предпочитают лишний раз не болтаться на улице без дела. И настроение соответствующее у меня. Не люблю я домой возвращаться. Здесь для меня ничего нет. Вообще. Похоже, я медленно схожу с ума. Потому что в трехкомнатной квартире только капсула для путешествий. Крохотный диван и стол с дисплеями во второй. И кровать в спальне. Во встроенных шкафах постельное белье и немного вещей. Еще кухня, оформленная под современный индустриальный стиль: ударопрочное стекло и сталь. Как в операционной.
Идти куда-то мне не хочется. На душе пусто. Сериалы я не смотрю. Придуманные в них драмы не цепляют. Как и книги — даже не открывала ничего за последние полгода.
Я просто сижу на подоконнике, растворившись в пустоте. Ни мыслей. Ни желаний. Ничего.
Я — дома.
* * *
Каждый раз, когда я оказываюсь на Конфе, у меня возникает ощущение хрустального звона в ушах. Высокий чистый тон, будто где-то на полированный гранитный пол уронили фужер. Именно — на полированный. Не знаю почему, мне так кажется.
И в этот раз — в ушах стих эфемерный звук, я же, присев на левое колено, внимательно осматривалась по сторонам. Мне выпало в этот раз десантироваться в пустыне. Паршивое место, на самом деле. Здесь барханные львы встречаются. Маскируются отлично, пока в яму с мелкодисперсной пылью не влетишь — и не заметишь. Еще кочующие скорпионы размером с собаку. В одиночку они не очень опасны, можешь отбиться. Проблема в том, что бродят зачастую стаей и как только один из них обнаруживает добычу, начинает клешнями трещать, подзывая остальных. Еще Седая Паутина. Кровосос, в самом деле похожий на посеребренную лунным светом паутину. Летит по ветру, умудряясь менять направление в сторону любого животного, попавшегося по дороге. Если
