фронта, создана в Европе и Соединённых Штатах или в Израиле, откуда работали вовсю и работают тамошние электронные средства массовой информации, заморочила головы очень-очень многим.
Наш собственный бардак и балаган, который, разумеется, был, есть и будет, – составная часть нашей жизни… Мы на коронавирусе особенно здорово увидели, как мы умудряемся изгадить любой «орднунг» и превратить его в сумасшедший дом. Но вот с турецкого берега-то как это смотрится? Вот на них свалилась чёртова туча народу. И очень многие из этих людей живут, до сих пор в Турции. Правда? Правда. А некоторые из них ещё и ведут активную политическую деятельность, причём жёстко антироссийскую.
Я не уверен, что это сильно нравится турецким властям. Я даже не говорю об антироссийской деятельности, которую ведут в Турции выходцы с Украины. Мы же видели некоторые инциденты в отелях вплоть до попытки организовывать драки, когда люди слышали русский язык, просто русский язык в лифте… Ну вот, между собой говорят на своём языке. А вот, ах вы такие-сякие! И что-то мне не кажется, что турецкая полиция и турецкие власти, вообще говоря, будут этому попустительствовать. Как это всё смотрится с турецкого берега?
Иван Стародубцев: Евгений Янович, как человеку, много перемещающемуся между Россией и Турцией на протяжении последних двадцати лет, как человеку живущему такой жизнью, мне повезло или не повезло, но в очередной раз я стал свидетелем поворотного события. Я говорю об этой частичной мобилизации, которая «частично случилась» в направлении Турецкой Республики. Такое вот «частично» в квадрате.
Дело в том, что, так уж получилось, по совпадению, а никак не по злому умыслу, но я тоже попал в один самолёт с людьми, крайне напоминающими тех самых релокантов. И было это в двадцатых числах сентября 2022 года.
Напомню, частичная мобилизация у нас была объявлена 21 сентября 2022 года. Ну прежде всего, без преувеличения, взлёт цен на авиабилеты был безумным. Я летел чартерным рейсом. Билет обошёлся, вы не поверите, в одну сторону в сто тысяч рублей.
Евгений Сатановский: Чего-то это многовато!
Иван Стародубцев: Вот до такой степени взмыли вверх цены. Такое чувство, что людей не из страны, которая ведёт нормальную жизнь, перемещают из точки А в точку Б… Выглядит так, что речь идёт о спасении людей из полыхающего дома. И эти люди готовы всё бросить и заплатить сколько угодно. Поскольку «сейчас всё рухнет» и «надо бежать».
На этой волне немедленно возникло оппортунистическое предложение со стороны авиаперевозчиков, которые цены взвинтили просто до каких-то заоблачных высот. И при этом самолёты были битком набиты.
Вот я в сентябре 2022 года летел в битком набитом самолёте. Там что-то мало было семейных пар. Обычно ведь летишь в Турцию и видишь семейные пары с детьми. А вот нет, в этот раз ничего такого не было. В большинстве своём были группы мужчин очень даже призывного возраста. Какие-то очень странные доносились от них перешёптывания. Кто-то утирал пот даже, когда трап отъезжал от самолёта со словами: «Ой, вырвался. Ничего не случилось со мной».
Вот я опять же делюсь личными воспоминаниями и впечатлениями: да не было там, на паспортном контроле, с российской стороны ничего особенного. Никого не отводили в сторону, не требовали военных билетов, не ссаживали с рейсов. Ну за крайне редкими исключениями, которые могли и вовсе не быть никак связанными с частичной мобилизацией.
Все было рутинно в двадцатых числах сентября 2022 года. Обычная стандартная проверка документов и не менее стандартные вопросы, да и то не ко всем.
Может быть один вопрос: «С какой целью едете? Туризм или работа?» И всё на этом. Ответил – прошёл.
Евгений Сатановский: Да его всегда задают. Я же помню истерику в интернете: «А военный билет в аэропорт брать?», «А если я военный билет не возьму, меня выпустят?», «Я же должен показать, что я там в категории, не знаю, „годен – негоден“». «По возрасту не прохожу, рядовой необученный!».
Мне в своё время задавали такие вопросы. Я говорю: «Ваш военный билет является документом внутреннего пользования. Какого хрена вы потащите его за границу?» Ну у меня бывали чудеса, когда я за границу не успевал с рейса на рейс. У меня в кармане было два паспорта. Один – заграничный, второй – российский. Ну ладно, я не успевал там с Шереметьево – в Домодедово.
Военный билет-то здесь при чём? «Как?! Не выпустят, будут проверять!» Был действительно сумасшедший дом. Это истерика, и ты ничего не объяснишь людям.
Иван Стародубцев: Ну я скажу так, что ровно таким образом и рассудил, что военный билет – это очень специальный документ, который используется исключительно на территории Российской Федерации. Более того, при поездках за границу его увозить не только не имеет смысла, но догадываюсь, что это не вполне законно. В том смысле: а что, если твой военный билет попадёт к вероятному противнику?
Это ж всё-таки документ, удостоверяющий личность военнослужащего. Документ крайне серьёзный, поэтому брать его я с собой не стал. Только на всякий случай запасся командировочным удостоверением.
«Куда, с какой целью?» – если спросят. «Ну вот, смотрите – командировочное удостоверение. Еду по служебным делам. Вот билет туда, вот билет обратно».
Но это, повторюсь, не понадобилось. А самолёт был набит битком взрослыми дядьками. Извините уж, так скажу, которые утирали пот и тряслись, как натуральные юнцы. Очень возможно, что они вспомнили при этом 1990-е годы, когда были чеченские войны, когда массово «косили» от военкомата.
Может быть, что-то такое они вспомнили или что-то ещё. Я не знаю, я не психиатр. Но это какой-то очень крутой гештальт у них оказался зашит внутри, который они не разрешили в отношении своей страны. Вообще говоря – не те времена. Никто за вами особо бегать не будет.
Евгений Сатановский: Ну кому это надо? Вот только объяснить это было невозможно. Как? «Поголовная мобилизация, будут ловить на улицах! Вручают повестки! Уже вручают повестки на улицах!»
Какие улицы? Ну в Одессе – да, в Киеве, Харькове – да. А в России-то откуда? Причём это была такая волна по интернету, что я действительно могу ну только похвалить украинский ЦИПСО. И что этим ребятам удалось создать, так это им удалось создать панику.
Иван Стародубцев: Евгений Янович, справедливости ради надо сказать, что не только украинский ЦИПСО здесь поработал, но и, вообще-то говоря, наше руководство.
Евгений Сатановский: Нет, а наш идиотизм никто не отменял, так же как и ляпанье чиновниками и
