его мощной энергией. Она невидима, но осязаема настолько, что даже самые крошечные волоски на моем теле встают дыбом.
Как он это делает? Только что я первая атаковала его вопросами, а Вавилов все обернул так, что мне же и приходится на них отвечать. Мерещится ли мне дурной подтекст? Возможно. Я опасаюсь за свою тайну, это же очевидно. Но по вполне понятным причинам не могу озвучить обуревающие меня тревоги.
– Нет, – отрицательно качаю головой. – Просто хотела знать, по какой причине твой выбор пал именно на меня.
– Потому что Зарецкий отзывался о тебе крайне лестно. А еще потому, что ты недавно вернулась в компанию и наверняка не успела погрязнуть в каком-нибудь долгосрочном проекте.
Вот так просто и логично? Вот черт, а я-то пыталась увидеть в жесте Вавилова потаенный смысл. Думала, что он выбрал меня по особым, известным лишь нам двоим причинам. Ну не дурочка ли? Действиями босса руководили исключительно рациональные мотивы, а я опять заблудилась в собственных фантазиях.
Ну когда до меня наконец дойдет, что Вавилов совершенно не заинтересован во мне как в женщине?! У него красавица-жена, с которой я при всем желании не смогу тягаться. Да и наша единственная ночь уже давно в прошлом. Прошлом, которое настолько далёко, что уже, кажется, мхом поросло.
– Да, теперь понимаю. Это очень разумно, – с трудом выговариваю я.
– Ты так напряжена, Ангелина, – вдруг замечает Александр, окатывая меня прохладным взглядом. – Расслабься, все же в порядке.
Он мягко и явно формально похлопывает меня по плечу, а в моей груди будто вулкан извергается. Его прикосновения – это высоковольтный разряд. Дрожь аж до самых костей пробирает.
Господи… Ну почему я так остро реагирую? Ведь ничего особенного не происходит! Подумаешь, босс коснулся моей руки! Что в этом такого? Надо усмирить внутренний урагана и успокоиться. А то так никакого здоровья не хватит!
– Извини, – отступаю на безопасное расстояние и рассеянно одергиваю блузку. – Я немного нервничаю. День выдался непростым…
Что я несу? Что за детский лепет? Ведь дело совсем не в непростом дне! Дело в нем, в Александре! В мужчине, который вот уже который раз катком проходится по моей истерзанной нервной системе!
– Что-то с сыном? – встрепенувшись, Вавилов резко становится серьезным.
Ох… Кажется он воспринял мои слова чересчур буквально.
– Нет-нет, с Даней все в порядке, – отвечаю я и тут же поправляюсь. – В относительном, разумеется.
Вавилов кивает. Несколько заторможено, будто задумался о чем-то. А потом наконец выдает:
– Ну а теперь, Ангелина, если ты не возражаешь, перейдем к делам, – он снова возвращается к столу. – Подойди, пожалуйста. Я покажу фронт работ.
Глава 21
Ничего сверхсложного Вавилов мне не поручает, но над бумагами все равно приходится покорпеть. А еще как следует помучить профессиональный переводчик. Благо в «Омега групп» есть платная версия этого приложения, которая позволяет понимать смысл даже весьма замудренных договоров на английском.
Под вечер я, выжатая как лимон, снова плетусь в кабинет к Александру, чтобы представить отчет о проделанной работе. От меня требовалось внимательно ознакомиться с предложенными документами и дать боссу краткую выжимку по их содержанию. На основании тех пунктов, которые он счел принципиальными.
Поднимаюсь на нужный этаж и бреду по опустевшему коридору. Высшее руководство никогда не засиживается в офисе дольше положенного. Это удел простых роботяг вроде меня.
Миную пустующий пост секретарши и подхожу к кабинету Александра. С удивлением обнаруживаю, что дверь открыта. Не настежь, а лишь слегка, будто ее просто не успели захлопнуть. Замираю в нерешительности, и слуха тотчас касается недовольный голос Вавилова. Не злой, а скорее утомленный.
– Ну что ты в самом деле, Юль? Ты же должна понимать, как можно действовать в нашей ситуации, а как нельзя.
Дыхание обрывается, потому что до меня наконец доходит, что босс общается с женой. А я стою здесь и, словно шпион, подслушиваю их разговор. Стыдно, черт подери! Очень стыдно! Но сдвинуться с места не могу. Будто приросла к полу.
– Я на тебя не давлю, – после короткого молчанья, вздыхает Александр. – Просто хочу, чтобы ты соблюдала условия нашего договора. Это ведь в наших общих интересах, верно?
Любопытно, о каком договоре идет речь? О брачном или об ином?
– Юль, делай, что хочешь. Только будь осмотрительней, ладно? На кону не только деньги, но и репутация. Моя и твоего отца.
Если честно, разговор Вавилова с Юлией вовсе не похож на общение любящих жены и мужа. Его тон слишком сухой и холодный, а произнесенные слова больше подходят для бизнес-переговоров, чем для диалога с супругой.
Хотя… Что я в этом понимаю? У меня-то у самой мужа никогда не было. Возможно, в высших кругах люди именно так и общаются со своими вторыми половинками. А нежность и мягкость приберегают для закрытых дверей спальни.
Вавилов продолжает о чем-то спорить с Юлией, и я принимаю волевое решение отступить назад. Кажется, для моего отчета сейчас не самое подходящее время. Думаю, не будет ничего страшного, если сдам его завтра.
Осторожно, стараясь не цокать каблуками я отшагиваю назад. Пячусь медленно и без резких движений, чтобы ненароком не выдать своего присутствия. Я хоть и понимаю, что случайно подслушала разговор Александра, но все равно чувствую себя какой-то домушницей, которая без разрешения вторгалась на чужую территорию.
Я отхожу от кабинета на пару метров, когда внезапно дверь распахивается шире и на пороге показывается Вавилов.
– А, Ангелина, – как-то рассеянно выдает он. – Ты отчет принесла? Проходи.
Мне не остается ничего иного, кроме как дергано кивнуть и, напустив на себя невозмутимый вид, устремиться вглубь его кабинета.
Александр садится на диван, а я становлюсь напротив. Конечно, мне было бы удобней, если бы он расположился за столом, а я разложила бы перед ним все необходимые документы… Но кто я такая, чтобы диктовать боссу, где и в каком положении ему принимать мой отчет?
– Я просмотрела все бумаги, которые вы мне передали, и пришла к выводу, что…
– Садись, – перебивает Вавилов и пару раз хлопает по дивану, как бы призывая меня занять место рядом с ним.
Я зависаю. Как-то не привыкла говорить с начальством о работе, сидя на диване.
– Ну садись же, Ангелин, садись, – слегка раздраженно бросает Александр, проводя ладонью по волосам. – Мне тебя что, с задранной головой
