Блейд отполз в глубь леса, надеясь, что занятая высадкой и обустройством лагеря команда «Коршуна» не примется сразу же обшаривать джунгли. Он предпочитал, чтобы инициатива встречи целиком и полностью исходила от него. И он не сомневался, что ховестары, завидев чужака, сначала будут стрелять, а только потом разбираться, в кого всажены их стрелы и пули. В любом случае, для начала переговоров требовалось дождаться вожаков, лучше всего — Аталира.
С другой стороны, медлить тоже не стоило; переговоры надо начать раньше, чем джентльмены удачи с «Коршуна» займутся изучением окрестностей. Грань между парламентером и шпионом так тонка… Порой Блейду казалось, что различий между ними и вовсе не существует. Сейчас, сидя за кустами, он был никем, персоной инкогнита; но стоит ему появиться на пляже, как он превращался в полномочного посланника. А если на секунду промедлить — в шпиона, которого ждут рея и веревка…
Увидев, как из приставшей к берегу шлюпки выпрыгнул невысокий коренастый мужчина в бронзовом шлеме с серебряной цепью на шее, разведчик понял, что пришла пора действовать. Ему хотелось эффектно выйти на сцену, а потому он осмотрелся, выбрал высокую пальму, оплетенную прочными на вид лианами, и ловко вскарабкался по ней ярдов на десять. Отсюда открывался неплохой обзор прибрежной полосы — с лодками и толпившимися у кромки прибоя головорезами; их было уже человек пятьдесят. Коренастый в шлеме повелительно махнул рукой, и вся компания с мушкетами наизготовку двинулась к лесной опушке.
Выбрав лиану попрочнее, Блейд взмахом ножа перерубил гибкий стебель, вцепился в него мертвой хваткой; затем, резко оттолкнувшись от ствола, одним прыжком перелетел полосу зарослей и мягко приземлился перед ошеломленными ховестарами.
— Приветствую славный турм непобедимого «Коршуна», — его поклон был исполнен вежливого достоинства — в лучших традициях английского двора середины восемнадцатого века. — Я — Блейд, прозванный Черным, — продолжал он, не обращая внимания на окруживших его пиратов и их обнаженные клинки, — советник турма «Жаворонка» и командир абордажного отряда.
При виде высокой мощной фигуры незнакомца, вооруженного лишь коротким ножом и ятаганом и явно не собиравшегося сбежать, одни пираты застыли в немом изумлении, другие же угрожающе зарычали, еще теснее обступая чужака. Несомненно, банда с «Жаворонка» не пользовалась популярностью у шайки с «Коршуна». Аталир чуть заметным движением руки приказал успокоиться своим головорезам. Его лицо, подвижное, живое, украшали густые пшеничные усы, в глазах — серых, как у всех уроженцев Ховестара, — зажглось любопытство. В отличие от своих людей, капитан намеревался сначала выяснить, чего хочет этот странный визитер, а уже потом прирезать его.
— Советник? — Аталир удивленно приподнял бровь. — Не очень то ты похож на советника… да и на ховестара тоже. С чего ты решил, черная образина, что мне требуются твои советы?
Блейд оставался безукоризненно вежлив.
— Я много слышал о тебе, неустрашимый Аталир, на том корабле, который доставил меня на этот остров. На «Жаворонке».
Казалось, ничто не остановит ховестаров, сообразивших, что турм соперников тоже высадился на Шардисе. Грозный окрик капитана настиг их, когда первые шеренги уже успели углубиться в заросли:
— Назад, трупоеды! Если эта ведьма со своими слизняками еще здесь, они от нас никуда не денутся! — Он дернул себя за ус и повернулся в Блейду: — Так ты, Черный, служишь черноволосой девчонке?
— Айоле, Черной Сестре, — уточнил разведчик. — И она высоко ценит мои услуги.
Кто-то за спиной Аталира проворчал:
— Мы оценим их еще выше! Вздернем на нок-рее!
Турм «Коршуна» взорвался воплями:
— Отдай его нам, Аталир!
— Мы выпустим ему кишки!
— Мы ему покажем, как на «Коршуне» расправляются со шпионами! На рею его!
— Много чести! Вон тот сук отлично послужит вместо нока!
— Сейчас ты спляшешь в воздухе, слизняк!
Аталир сверкнул глазами в сторону крикунов; на время воцарилась тишина.
— И чего хочет от нас, — капитан иронически хмыкнул, — твоя Черная Сестричка?
— Я слыхал о давних и прискорбных разногласиях между двумя вашими славными турмами, — Блейд оставался невозмутим и гнул свою линию. — Думаю, если бы вы не тратили силы на это нелепое соперничество, а объединились друг с другом, равных вам не было бы во всем Акроде.
— Что ты хочешь сказать? — насторожился Аталир. — Вроде бы Черная Сестра предлагает мне союз? Псы, однако, не дружат со свиньями, приятель.
— Я полагаю, твой галион, как и другие корабли ховестаров, направляется к Кархайму? — Блейд никак не отреагировал на последнее замечание. После молчаливого кивка Аталира он продолжал: — Каждый такой поход требует изрядного времени и больших затрат, но прибыль заранее не известна.
— Это верно, — неохотно подтвердил капитан. — Но в случае удачи добыча будет сказочно богатой…
— И часто ли у «Коршуна» бывали такие удачи? — с иронией поинтересовался разведчик.
— Это ведь не твое дело, не так ли? — в тоне Аталира звучала скрытая угроза.
— Ваши прошлые промахи меня, конечно, не касаются, — Блейд пожал плечами. — Но вы оба, ты и Айола, можете пользоваться моими советами и, возможно, кое-чего достичь в предстоящей кампании.
— Советами бродяги без рода и племени? — Аталир сгреб в широкую ладонь оба уса. — Так ли они хороши, как тебе кажется?
Разведчик задумчиво потер висок. Из бесед с Айолой и Паллоном он неплохо представлял тактику искателей удачи с Ховестара, весьма примитивную и редко приводящую к успеху. Тут можно было предложить кое-что другое.
— Я слышал, — задумчиво произнес он, — что Кархайм — длинный извилистый пролив, соединяющий Акрод с внешним океаном.
— Это всем известно, — Аталир усмехнулся, — кроме сухопутных крыс, которые там не бывали.
— Слышал я еще, — невозмутимо продолжал Блейд, — что вход в пролив узок и на обоих берегах стоят форты с дальнобойными орудиями, пристрелянными как раз по середине фарватера. Так что к самим жемчужным отмелям никому не проникнуть.
— И это верно. Да ты просто кладезь знаний, советник! — Аталир явно развлекался.
— И потому вы, будто жалкие сухопутные крысы, сидите у пролива и ждете, пока какое-нибудь судно с ценным грузом не высунется из Кархайма в Акрод… — разведчик поднял руку, предупреждая возражения пиратского главаря. — Затем славные ховестары пускаются в погоню, которая чаще всего кончается ничем. Корабли герцога невелики, но быстроходны, а суда из Ритолы или, скажем, из Фассата, посланные за жемчугом, идут целым флотом, под надежной охраной… Я верно говорю? — он уставился на озадаченную физиономию капитана «Коршуна»,
