но и того достаточно было.
А теперь я стою в «Верности» и смотрю на то, чего просто не мог ожидать. В небе над моей крепостью сейчас висят четыре исполинских боевых дирижаблей, которые ведут огонь по монголам. Неужели Императрица все таки решилась? Это же до какой степени нужно было ее достать? Она всегда мне говорила, что законы написаны не для того, чтобы их нарушать. А тут вроде, как нарушает. Ну, да ладно…
— Красиво! — оскалился Москаленко.
— Забавно! — согласился с ним Ратник.
— Эпично! — добавил Волк.
— А эта хрень не упадет на нас, если ее вдруг собьют? — спросил Крендель, который тоже здесь находился.
Все переглянулись и остановили свои взгляды на мне.
— А что? Думаете, я знаю? — реально нашли крайнего. — Меня больше интересует, что это за уродливая желтая штука? — указал я на желтый дирижабль.
Волк заржал.
— Ты только что обидел одну из самых смертоносных машин для разрушения в Империи, которую назвали в честь принцессы Ольги. Это гордость страны, легендарная «Уточка», — поведал он мне.
Зато, когда эта «Уточка» выпустила разом полный залп с правого борта, мне показалось, что я снова оглох. Таким образом, эта ночь перестала быть темной.
— Ты не прав, Волчара. «Гордость» в Империи лишь одна… И она моя. Собирай тех, кто еще может стоять на ногах. Идем ее отвоевывать!
Погостили немного и хватит, я считаю. Пора возвращать…
Осада еще не закончилась, а я, вместе с отрядом, заходил через портал в другую крепость.
— Ждите меня здесь! — приказал своим людям.
А сам открыл тайную стену и рванул наверх, ведомый Шнырькой. Мелкий показал сразу же всю обстановку. Китайцы тут реально расслабились. Как это понять, что на дежурстве всего двадцать человек, а остальные спокойно спят? Непорядок, блин…
Была идея всех перерезать, но зачем? Это не эффектно и, вообще, мне надо «сломать» и «извратить» их психику. А потому я выбежал на улицу и забрался на самую верхушку пустой башни, где выбрал удобную позицию и стал творить.
В этот раз я постарался и добавил нормально так дополнений. Например, создал десяток танков, которые не едут, а летят на воздушных платформах. Где-то я в кино такое видел. А вот Драконы пусть думают — как, откуда и зачем.
Также перед вратами в метрах ста завис боевой вертолет, который угрожающе смотрел на крепость, как акула на свою добычу. Помимо этого была еще целая армия людей в одежде с символикой моего Рода. Ну, ладно… Не армия, а человек триста… В армию они точно не поверят. Много чего там было, а главное — это дракон, который летал над крепостью. Столько иллюзий… А они еще это даже не заметили.
— Пиш-ш-ш-шюны… — фыркнул Шнырька, сообщая, что он думает о их профессионализме.
Я был с ним согласен. Расслабились Драконы, но это ненадолго. В небе заревел дракон, да только я переборщил с энергией, много ее влил, и рев получился в несколько раз мощнее, чем я планировал. Стоит говорить, что тревога была поднята моментально и зазвучали сирены. Мы, кстати, в прошлом тут всю проводку забрали, как и все, что имело ценность. Видимо, они восстановили. Что ж, опять пригодится.
С разных зданий стали выбегать сонные китайцы, которые своими глазами смогли увидеть, что здесь творится. Заработала система ПВО. Она, кстати, тут была временная и дохленькая, всего дюжина пусковых установок. Другие еще не успели доставить, не так это и просто. Но кое-что успели, и сейчас загрохотали автоматические орудия, работая по моим иллюзорным людям, которые бегали за стеной.
А я все ждал и ждал. И дождался. Они наконец-то сообщили в штаб, что мои люди никуда не ушли, а спрятались. Еще начали нести бред про дракона и летающие танки. Это был последний сигнал, который они послали, ведь Шнырька оборвал им всю связь, подорвав антенну. Тогда я спустился к своим людям и дал команду «фас», а в помощь к ним призвал существ, к которым те уже привыкли.
Для китайской нации это была сильный удар в спину. Еще для них было очень странно, что когда они открыли запасные склады, те тоже оказались пустыми. Это была не бойня. Это снова было большое пополнение обменного фонда.
Генеральный штаб Имперской Армии
Елизавета Петровна сегодня пребывала просто в восторге от всех новостей, которые получала. Особенно ей нравилось отвечать на звонки китайской делегации, когда те требовали объяснений, что ее воздушный флот делает на землях их союзников. А она учтиво отвечала, что не знает, о каком флоте идет речь, и откуда они могут знать точно, что там происходит. Неужели там сейчас есть их люди?
Тонкая политика на грани бреда. Каждый врет в глаза и хочет, чтобы ему поверили.
Она стояла в зале для военных совещаний, куда на большие мониторы сейчас выводилась вся информация.
— Повреждений нет! Все идет по предварительному плану! — сообщил один из военных, который здесь работал. — Противник обескуражен, и не имеет уже в регионе авиации и других систем для уничтожения наших воздушных кораблей.
— Это из-за того, что щиты выдержали, — вмешался другой. — Только наполовину просадили на флагмане. «Уточка» весь удар приняла на себя.
— Стоит преследовать противника. Так мы сможем отогнать его на… — это был доклад главы аналитической бригады.
— Запрещаю! — сразу ответила Императрица.
Она с большим злорадством смотрела на то, сколько всего было уничтожено у монголов. В том числе, ей было приятно наблюдать, как бежит противник. И не просто отступает, а в ужасе бежит, бросая все, что у него есть.
— К нам приближаются дирижабли противника! — вдруг сказал кто-то. — Какие будут приказания?
— Уничтожить! — пожала она плечами.
Хоть и понимала, что это потери и, вообще, можно сказать, предлог для полномасштабной войны, но бежать она уже не хотела. Правда, битва так и не состоялось. Вражеские воздушные корабли зависли на безопасном расстоянии, чего-то выжидая. Имперцы же решили, что они явно не собираются идти в атаку.
Этот день можно назвать днем победы. Она никогда лично не командовала такими битвами. Хотя она стояла на мостике боевого флагмана, когда ее отец вел его в бой, и это было… потрясающе!
— Ваше Императорское Величество, разрешите… — очень тихо подал голос ее помощник, который в прошлом потерял сознание.
В этот раз мужчина уже боялся.
— Не бойся! Говори, я в хорошем настроении.
— Я… По поводу Галактионова… — явно не получал он удовольствия приносить известия о бароне.
Императрица улыбнулась.
— Можешь не переживать, — успокоила она помощника. — Больше ему меня нечем удивить. Я не потеряю над собой контроль.
Мужчина слабо улыбнулся. Но Императрица этого не заметила, и стала с интересом ждать новостей. В то, что он погиб, она не верила, а только этот факт мог ее сейчас огорчить или удивить.
— Мог бы поспорить, — едва слышно пробубнил он себе под нос молодой офицер, понимая, что сейчас будет. — Галактионов… Удержал «Верность», — Императрица улыбнулась, это она и так знала, и даже видела. — И уже вернул себе «Гордость»…
Кружка с ромашковым чаем выпала из ее нежных рук с громким звуком на пол.
— Таки, удивил! — вздохнул помощник и опять потерял сознание от вспыхнувшей ауры Императрицы.
Глава 8
Земли Монголии. Возле Крепости «Верность»
Суперсекретный и тайный отряд «Холодные Головы»
Пятый следовал за Четвертым, а тот за Третьим, а тот, в свою очередь, за Вторым, который шел по следам Первого. Первый был у них самым главным. Сильным и важным. Именно ему сегодня было суждено вести их битву по приказу Старейшины, который наделил их силой и… умом, а также частичкой памяти предков. И все это было сделано, чтобы они смогли выполнить свое задание и показать себя.
— С-с-стаят-т-т-ть! — рявкнул Первый, и весь отряд из тридцати трех супербойцов резко остановился. — Близко… Цель… Недолго…
— Уу-уу—уу—уу… — прокатился по их рядам дружный гул от предвкушения скорой битвы.
Но не только битву ждали они. Каждый из них хотел показать себя и получить достойную цель в этом мире, ведь в последнее время с этим тяжело. Слишком много их стало, конкуренция выросла, а Старейшина-Отец не имеет уже столько сил и времени. Ведь Великое Бездействие требует много этого самого времени.
Старший
