Через какое-то время он уходит. Лейла пару раз приходит проверить меня. Затем утром, я возвращаюсь в камеру. Единственная, кто рад меня видеть, это Саншайн. Как только у нас выдается пара минут наедине в тюремном дворе, я рассказываю ей все.
― Ублюдки, ― говорит она, сжимая и разжимая кулаки. ― Я сделаю все, чтобы помочь тебе отплатить им. Просто скажи, что мне делать.
― Скажу, ― отвечаю я. ― Я жду кое-какую информацию.
― Какую информацию?
Она оглядывается.
― Адрес, ― отвечаю я.
― Ясно.
Саншайн подмигивает. Мне не нужно объяснять. Она читает все между строк.
― Ну, ты знаешь, где меня найти.
Я дарю ей слабую улыбку.
― Да, знаю. Спасибо тебе.
Мой план заключается в том, что как только я узнаю адрес Трэвиса, я пошлю туда брата Саншайн в надежде, что он найдет какое-нибудь инкриминирующее доказательство против Трэвиса, что-то, что поможет доказать его вину и мою невиновность.
Глава 18
Трэвис
В полночь, моя голова разрывается от ярости, я рывком открываю холодильник и хватаю за горлышко бутылку дорогого шампанского. Мои пальцы плотно сжимаются вокруг него, но шампанское задерживается в моих руках ненадолго.
Я швыряю бутылку в кухонную стену, стекло разбивается на осколки. Один острый осколок задевает меня над глазом. Я даже не вздрагиваю. Я слишком зол, чтобы чувствовать боль.
Потратил на чертово шампанское пару сотен долларов, чтобы отпраздновать.
Я все так хорошо спланировал. Думал, что все сработает. Глупый охранник пообещал мне, что так и будет.
Но вместо этого, мои планы полетели коту под хвост. Все разваливается на части, и я не знаю, как остановить это. Я должен был трахнуть ее, заявить на нее права, но ее смерть стала бы конечным итогом.
У меня звенит телефон, но я не беру трубку. Я знаю, кто это.
Я уже много дней избегаю Уолтера. Его выводит из себя, когда не отвечают на его звонки и не перезванивают. По тону его голоса в последнем голосовом сообщении, в котором он требовал, чтобы я перезвонил, я заподозрил, что он знает, что я делаю за его спиной.
Меня омывает волна облегчения, когда телефон перестает звонить, но как только я бросаю его в карман и выхожу из кухни, раздается звонок в дверь.
От моего лица отливает кровь, когда я подхожу к входной двери и смотрю в глазок.
Это он.
― Я знаю, что ты там, Трэвис. Открой бл*дскую дверь.
― Бл*ть.
Я запускаю руки в волосы и пячусь назад, не зная, что делать. Тот факт, что он пришел увидеться со мной лично, означает, что я в глубоком дерьме.
Уолтер не тот человек, которого можно проигнорировать и от которого можно уйти.
Я собираюсь с мыслями и рывком распахиваю дверь, готовый принять на себя его ярость.
Уолтер быстро заходит внутрь и захлопывает дверь. Он одет в смокинг. Его шрам от ожога блестит так, словно его отполировали до блеска. Должно быть он куда-то собирается.
― Что, бл*ть, ты затеял?
По его глазам, я понимаю, что он уже знает ответ.
Нет смысла отрицать, но я решаю закинуть удочку, посмотреть, как много он знает.
― Не знаю, о чем ты.
Я скрещиваю руки на груди.
― Не морочь мне голову, Трэвис Слейд. Я знаю, что ты устроил в той тюрьме, хоть я специально сказал тебе залечь на дно.
― Кто... кто тебе это рассказал?
― Ты уже должен был понять, что у меня есть глаза и уши повсюду, даже за решеткой.
― Отлично.
Я вскидываю руки, а затем позволяю им упасть по бокам.
― Прости, что не рассказал тебе. Я не хотел вовлекать тебя, потому что это личное. Просто я с ней не закончил.
― Проклятье, Трэвис. Что, бл*ть, с тобой не так? Мы посадили ее за решетку. А теперь ты все портишь.
Я потираю лицо.
― Я ничего не порчу. Я был... осторожен.
― Недостаточно осторожен, придурок, ― говорит Уолтер ледяным тоном.
― Ладно.
Я взмахиваю руками.
― Обещаю быть более осторожным. Это ты хочешь услышать?
― Не совсем. Я хочу знать, каковы твои планы. Что ты намереваешься с ней делать? ― он делает паузу. ― Почему ты так одержим ей? Я попросил тебя на какое-то время залечь на дно. После того, как все уляжется, ты можешь играть в свои больные фантазии с любой девушкой по твоему выбору. Но вместо этого, ты не повинуешься мне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
― Дело не просто в женщине. А в Дженне.
Я сжимаю зубы.
― Она была невестой моего брата. Моего брата, которого с рождения предпочли мне. Уинстон забрал у меня все. Он украл мою жизнь.
― И теперь ты хочешь забрать все, что когда-то принадлежало ему?
Уолтер усмехается.
― Послушай меня. Позволять своим эмоциям управлять тобой опасно. Мы не попадаемся по той причине, что чертовски осторожны. Мы не руководствуемся эмоциями. А теперь ты ставишь весь мой проклятый бизнес под удар.
Я падаю на диван.
― О чем ты? Ты хочешь, чтобы я отошел от дел? Ты пришел сюда, чтобы сказать мне это?
― Я даю тебе последний шанс покончить со всем этим безумием.
Уолтер показывает на меня дрожащим пальцем.
― Я предупреждаю тебя, Трэвис. Если ты продолжишь косячить за моей спиной, ты не только отойдешь от дел, но и отойдешь в мир иной.
― Не говори так.
Я запускаю руку в волосы.
― Мы как братья, Уолт. Мы прошли долгий путь. Весь путь с того проклятого приюта.
― Не смей говорить мне о братстве. Ты убил своего родного брата.
Я качаю головой.
― Ты попросил меня это сделать.
― Только потому, что я знал, что ты так поступишь. Я по твоим глазам видел, что ты ненавидишь его.
Он прочищает горло и поправляет свой галстук-бабочку.
― Если ты не уберешь за собой беспорядок, я вернусь и всажу пулю тебе в голову.
У меня стынет кровь, когда он достает пистолет и наставляет на меня.
― Не заставляй меня избавляться от тебя.
С этими словами, он покидает мою квартиру, и я медленно выдыхаю. Затем встаю на ноги и достаю телефон. Какое-то время просто держу его в руке, гадая, что предпринять. Затем делаю звонок.
Стор берет трубку с пятого гудка. К тому времени, как раздается его голос, я уже закипаю. Пока я избегал Уолтера, охранник избегал меня.
― Я пытался дозвониться весь день. Почему ты не брал трубку и не перезванивал?
― Я должен быть осторожным. Вчера мы почти попались. Нам повезло, что начальница тюрьмы не посчитала необходимым показывать новым охранникам яму.
― Стор, мне нужно забыть о том, что произошло вчера, и закончить чертову работу.
― Закончить работу? О чем ты?
― Ты меня слышал, ― говорю я. ― Я хочу покончить со всем. Закончить работу, которую я начал.
― Нет, я не могу этого сделать. Я...
― Хватит еб*ть мне мозг, Стор. Мне нужно, чтобы ты сделал, как я скажу. Я хорошо заплачу тебе за это.
Я знаю, что Уолтер хочет, чтобы я оставил Дженну в покое, но после всего, что произошло, я сомневаюсь, что она будет держать рот на замке. Рано или поздно, она разоблачит меня, и мы поменяемся местами.
― Ни за что, ― отвечает Стор, нервно смеясь. ― Почему бы тебе не вернуться и не закончить все самому? Такой была сделка. Ты платишь мне лишь за то, чтобы я прикрывал тебя.
Он прав. Я ничего так не хочу, как закончить работу самому, наблюдать за тем, как жизнь Дженны покидает ее тело. Меня злит, что я не почувствую прилив адреналина, растекающегося по моим венам. Но, если я вернусь туда, высоки шансы, что меня арестуют. Насколько я знаю, Дженна уже рассказала кому-то о том, что происходит.
― Послушай, все не так, как я планировал. Теперь нам придется поменять стратегию. Я удвою сумму, которую плачу тебе.
― Мне не понадобятся деньги, если меня поймают, ― Стор делает паузу. ― Нет, я не могу этого сделать. У меня есть семья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
― Да, уверен, что твоя жена будет рада услышать, что ты не смог удержать свой член в штанах. И что у тебя есть ребенок от другой женщины. Если она узнает, у тебя больше не будет семьи.
Я перемещаю телефон к другому уху.
