— Просто тень.
Он наклонился вперед, всмотрелся.
— Расстояние до земли приличное. А сверху не за что зацепиться. Но в последнее время это ничего не значит, — он фыркнул, вдыхая так глубоко, как обычно люди в необычных ресторанах нюхают вино. И бросил мне странный, косой взгляд зеленых глаз. — Хм.
— Что? — в горле застряло не только сердце.
— Я не знаю, — он потянул окно вниз. — Думаю, мы должны запереть ставни.
Я думаю, что это был Кристоф. Слова готовы были сорваться с моих губ. Я покачала головой. Когда вы закрываете окно, создается такое ощущение, что воздух становится затхлым. Как будто вы в осаде. Или похоронены.
— Я не знаю.
— Хорошо, — он не сдвинулся с места, солнечный свет обрамлял его изношенную футболку и касался джинсов, выделяя синеву ткани. Он наклонился вперед, будто хотел стать немного ближе. — С тобой всё хорошо? Ты выглядишь немного...
По-дурацки? Глупо? Сонно?
— Прекрасно, — я отшатнулась, врезалась в кровать, бросила складной нож на тумбочку. Лампа не побилась. Я подняла её, отходя назад, и поставила на свое место. Тогда я опустилась в мягкую кровать и опять пожалела о том, что не переоделась в боксеры. — Прости, что разбудила тебя.
Я также поняла, что жалею о том поцелуе. Что, черт возьми, он имел в виду? Но было бесполезно думать об этом.
Он стоял в нерешительности. Мне стало комфортнее, когда я положила под подушку руку и удобно устроилась. Мое запястье пульсировало, как больной зуб.
Если бы я знала, что произойдет, когда Кристоф укусил меня, я бы все равно позволила ему сделать это? Ему требовалась моя кровь, чтобы спасти нас. Даже Спиннинг согласился с этим.
Тем не менее, было кое-что еще, что я бы хотела знать.
Например, то, что он сказал в комнате оборотня, когда мы остались наедине, в темноте, охватывающей все, а жажда крови горела в моем горле. «Ради тебя, Дрю, я готов биться на стороне света».
Так как положение не изменилось, думать о властном дампире было довольно высокой отметкой по шкале, в то время как лупгару, которого вы только что поцеловали, отверг вас тем, что просто стоял там и пристально смотрел. Господи. У меня никогда раньше не было таких проблем.
Грейвс, стоя возле окна, сгорбился. Его лицо находилось в тени; я не видела его выражения.
— Ты можешь лечь на кровать и отдохнуть, — я старалась казаться доброй. — То есть, Боже, если ты, конечно, не хочешь спать на полу.
— Возможно, мне следует пойти и найти Спиннинга.
Горячее смущение затопило меня. Неужели надо было быть настолько очевидным, что он не хотел зависать со мной? Тем не менее, я не сдавалась без боя.
— Хорошо. Если ты, конечно, хочешь. Правда, я больше не буду спать, поэтому пойду с тобой.
Он немного выпрямился, перестав сутулиться.
— Ты не должна.
— Ты думаешь, я хочу остаться одна? — я казалась безумной даже себе. — Единственное время, когда я чувствую себя в безопасности, это когда ты рядом.
Что было, конечно, почти правдой. Потому что я также чувствовала себя в безопасности, когда Кристоф обнимал меня и говорил, что не позволит чему-либо случиться со мной. Это как снова быть с папой и знать, что я принадлежу чему-то в этом мире.
Но Грейвс казался расслабленным, и это стоило любой лжи.
— О, — его носки скрутились, когда он прошелся по ковру. — Тогда хорошо, — он остановился у подножия кровати. — Ты как, Дрю?
Я закрыла глаза. Подняла другую руку и обняла подушку.
— Замечательно, — полагаю, пока ты здесь. Ты единственный человек, в котором я уверена. Я только не так уверена в том, что делать с тобой.
— Хорошо, — он осторожно устроился на своей стороне, чтобы не тронуть меня. Пламя на моих щеках превратилось в горячие струйки воды между век. — Дрю?
— Что? — я очень не хотела огрызаться на него, но в горле застрял ком, а глаза начинали слезиться.
Между нами повисло долгое молчание. Тогда он стал перемещаться на кровати так, как кошка ходит вокруг, прежде чем расслабится.
— Это правда?
Ты о чём? О том, что ты мне нравишься, или о чувстве безопасности?
— Конечно правда! — я фыркнула, с трудом сдерживая все в носу. — Ты единственное хорошее, что произошло со мной, с тех пор как папу превратили в зомби, Грейвс. Ты хочешь, чтобы я поместила это на рекламный щит?
— Я просто спросил! Боже! — но он осторожно придвинулся немного поближе. И когда он обнял меня, я не двигалась и не протестовала. Я просто лежала там как одеревенелая, пока не почувствовала расслабленность. Он дышал в мои запутанные волосы, и неожиданно я была довольна тем, что находилась здесь.
Это был не совсем обмен слюной. В принципе, все было неплохо. Хотя я запуталась еще больше.
Через некоторое время он снова уснул. Я могла сказать это по его дыханию.
Вскоре наступили сумерки, и Школа снова проснулась. Больше ничего не царапалось в мое окно, и я не могла сказать, что чувствовала: облегчение или недовольство.
Глава 8
Я снова почистила зубы, завязала сзади волосы, затем ещё раз включила компьютер и провела немного времени, тыкая по клавиатуре. Это был мой основной интранет
[8]
со входом в интернет, но безопасная фигня была больше усилена, чем в другой Школе. Я должна была трижды свериться с информацией на листе рядом с клавиатурой, прежде чем он позволил мне зайти в сеть.
Держу пари, что каждое моё нажатие клавиши было зарегистрировано, поэтому я не посещала ничего забавного или информационного. Но я чувствовала себя мошенницей, поэтому нажала на кнопку, чтобы заказать еще одежды. Для себя на сей раз. Я была так измождена: я только что заказала Грейвсу всякую фигню и, в принципе, она была хорошей. Теперь я взглянула на то, что заказала и хлопнула себя по лбу.
Шопинг во время бессонницы — Плохая Идея.
Я сидела, сравнивала цены, ленива покручивая по столу складной нож и думая о том, что я делала, и задалась вопросом, откуда Братству поступали деньги.
Я привыкла покупать вещи в магазинах, где были скидки, или в сэкондхэнде, или ещё где-нибудь. Когда я была с папой, он не разрешал заказывать вещи по интернету. Вся это фигня оставляет след — и вам приходится заметать его; даже для почтового ящика требовались документы. Вам надо возвращаться и забирать то, что вы заказали, а потом бац! Нет лучшего времени, чтобы нанести удар.
Нет, интернет хорош только в нескольких случаях. Во-первых, чтобы проводить расследование, хотя вам придется пройти тестовую ерунду и перепроверить все. Во-вторых, это аферы, «нельзя» же наплевать на остальных пользователей в сети. И в-третьих, это развлечение. Только люди строят из себя идиотов и выкладывают это в сеть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
