решение НАТО», нем.
NATO-Doppelbeschluss, принятое лидерами США, Великобритании, Франции и ФРГ 12 декабря 1979 года в Брюсселе). Начавшийся с приходом команды Горбачёва — так же как и Хрущёв, троцкиста, — демонтаж советской системы сопровождался разнузданной кампанией по дискредитации и фальсификации выдающихся деятелей советской эпохи, так что нынешнему поколению уже сложно под завалами лжи отделить зёрна от плевел и воздать каждому то, чего он заслуживает.
Взять хотя бы известный миф о том, что в 1936 году 22‑летнего Юрия Андропова «заметил видный деятель ВКП(б) Отто Куусинен, благодаря которому началось продвижение молодого человека по карьерной лестнице». Эта несложная мысль спекулирует на том, что в июне 1940 года Андропов был направлен на комсомольскую работу в образованную 31 марта того же года Карело-Финскую ССР, председателем Президиума Верховного Совета которой был избран Куусинен. Но в 1936 году Андропов был всего лишь освобождённым секретарём комсомольской организации техникума водного транспорта города Рыбинска, тогда как Куусинен — членом Президиума Исполкома Коминтерна, лично знавшим Ленина. Так что карьерный взлёт Андропова, видимо, обусловлен совсем другими причинами.
На самом деле тем человеком, которому Андропов обязан своим выдвижением, является Николай Семёнович Патоличев, в последующем дважды Герой Социалистического Труда, кавалер одиннадцати (!) орденов Ленина (только у Д.Ф. Устинова было столько же), с 1958 по 1985 год министр внешней торговли СССР. В интересующий нас период молодой Патоличев (а он был старше Андропова всего на шесть лет) уже пользовался покровительством самого Сталина и уверенно двигался по ступеням партийной иерархии. Дело в том, что его отец, Семён Михайлович Патоличев, который родился в семье кузнеца, прошел Первую мировую войну от первого до последнего дня, став полным георгиевским кавалером, затем воевал в составе Особой ударной группы Василия Ивановича Чапаева, участвовал в освобождении Казани, Симбирска, Самары и Уфы, с осени 1919 года командовал 2‑й кавалерийской бригадой 11‑й кавалерийской дивизии 1‑й Конной Армии и стал героем Гражданской войны — 27 мая 1920 года по представлению Будённого и Ворошилова он был награжден орденом Красного Знамени, который ему прямо на фронте вручил Председатель ВЦИК Михаил Иванович Калинин. К сожалению, отважный комбриг погиб 19 июля 1920 года в бою против белополяков на Украине в районе города Дубно.
Начальником политотдела той самой 11‑й кавалерийской дивизии 1‑й Конной Армии, в которой сражался комбриг Патоличев, с 1919 по 1921 год был Андрей Васильевич Хрулёв. В 1939 году Хрулёв был уже начальником Управления снабжения Красной армии, а с 1 августа 1941 года — заместителем наркома обороны СССР Иосифа Виссарионовича Сталина. Конечно же Хрулёв хорошо знал сына Патоличева и способствовал его росту. Николай Патоличев, окончивший Военную академию химзащиты, становится ответственным организатором отдела ЦК ВКП(б). В августе 1938 года его назначают парторгом на Ярославский резино-асбестовый комбинат — крупнейший объект первой пятилетки, в состав которого входил и шинный завод, выпускавший автопокрышки для всей автомобильной и тракторной промышленности СССР. В 1940 году генерал-лейтенант Хрулёв представил Патоличева Сталину. Эта встреча сыграла важнейшую роль в стремительной карьере не только самого Патоличева, но и Андропова, который на тот момент был первым секретарём Ярославского обкома ВЛКСМ и жил в Ярославле в одном доме с Патоличевым на улице Советской. Сталин предложил Патоличеву возглавить ЦК ВЛКСМ. И хотя тот отказался, но прочно вошел в круг общения со Сталиным. Именно по рекомендации Патоличева молодой Андропов стал первым секретарём ЦК ЛКСМ вновь образованной Карело-Финской ССР, а сам Патоличев был назначен первым секретарём Ярославского обкома и горкома партии. Под его руководством с началом Великой Отечественной войны хозяйство области перестраивалось на военный лад, велось строительство оборонительных сооружений, эвакуация важнейших предприятий, подготовка населения к противовоздушной и противохимической защите.
Еще большая нагрузка легла на плечи Андропова. В своей книге «Андропов. Карелия, 1940–1951: биографическая хроника» (Петрозаводск: Острова, 2014) петрозаводский исследователь Юрий Викторович Шлейкин приводит уникальные документы, неопровержимо свидетельствующие об активном участии Андропова в организации подпольной, разведывательно-диверсионной и партизанской борьбы против финских захватчиков. Особую ценность представляют воспоминания людей, работавших с Андроповым.
«…В июле на ухтинском направлении сложилась напряженная обстановка, — вспоминает Пелагея Нежельская (Потапова). — В упорных боях враг был остановлен в 10 км западнее Ухты (карел. Uhtuo, ныне посёлок Калевала. — А.В.). Шла эвакуация. В это тревожное время к нам приехал Андропов. <…> Андропов потребовал от нас — работников райкома комсомола — точно учесть, кто из комсомольцев не успел эвакуироваться и оказался в занятых врагом селах, возможно ли связаться с ними. Он дал также задание отобрать группу комсомольцев, владеющих финским языком, грамотных, морально и физически крепких. И все это по его строжайшему указанию нам надо было держать только в голове — никаких списков, протоколов… Мы подобрали таких комсомольцев. Как потом стало известно, они прошли специальную подготовку для службы в армии, партизанских отрядах и в подполье. Все они проявили себя как настоящие патриоты Родины. И среди них героически погибшие Оля Филиппова и Таня Богданова…»
Нина Лебедева вспоминает: «3 июля я только зашла в орготдел ЦК, как меня сразу направили на беседу к первому секретарю Ю.В. Андропову. В декабре того же 1941 года Юрий Владимирович вызвал меня к себе, познакомил с Марией Мелентьевой и дал мне задание начать готовить Марийку для подпольной работы». Отметим, что в 1943 году Мария Мелентьева станет Героем Советского Союза.
В июле 1941 года Андропов в районе боев под городом Суоярви формирует стрелковый полк. Недавно в Ярославском областном архиве было обнаружено его письмо второму секретарю Ярославского обкома партии Алексею Николаевичу Ларионову: «На днях был на самых передовых (район Суоярви). Роем, строим, укрепляем. Словом, и финны, и немцы сломят себе шею, об этом мы всячески постараемся. Видал теперь, впервые в жизни, настоящую боевую жизнь. Довелось даже пострелять врага. Как я себя чувствовал? В основном неплохо, но, честно говоря, в себя пришел не сразу. Ну, теперь — “мы солдаты стреляные”. Привет Николаю Семеновичу (Патоличеву. — А.В.)».
Екатерина Ванидовская вспоминает: «…Шел сентябрь 1941 года. Я была секретарем Октябрьского райкома комсомола. Аппарату ЦК комсомола дали необычное задание — провести эвакуацию спирта с предприятий города… Юрий Владимирович приезжал проверять дела каждые два часа. В последний день он приехал утром, дал мне свой наган и сказал: “Дай бог, чтобы тебе не пришлось его применять”. Враг уже вплотную подходил к городу. Вечером по указанию Юрия Владимировича я отпустила рабочих. Вылили небольшие остатки спирта… Когда мы уезжали с завода, Андропов рассказал, что финны обстреляли с берега нашу последнюю баржу, идущую на Пудож. На нее было погружено 9 тонн спирта,
