Читаем без скачивания Сокровище forever! - Кирилл Кащеев

Их бою вторил тихий-тихий скрип паркетных половиц под белыми кроссовками. Напряженно прислушиваясь к доносящемуся из презентационного зала гулу голосов, кутающаяся в длинный черный плащ фигура обошла падающий из дверей конус золотистого света и направилась во тьму первого зала.

Настороженно озираясь, человек в черном плаще проскользнул между древней глиняной печью и прямоугольником каменных плит погребальной камеры. За его спиной из погребальной камеры неслышно поднялась фигура – высокая, изящная. И вскинула на вытянутой руке короткий татарский лук! Извлеченная из колчана оперенная стрела бесшумно легла на тетиву. Отточенный наконечник жадно нацелился в обтянутую черным плащом спину. Казалось, он дрожит от мучительного нетерпения, через столько сотен лет готовясь снова сорваться в полет! Сильные пальцы потянули тетиву к уху. Заменившая давно сгнившую от времени воловью жилу капроновая леска тихо заскрипела…

Человек в черном испуганно замер…

Тетива щелкнула.

«Черный призрак» взвился в воздух.

Стрела просвистела под белыми кроссовками и с глухим стуком воткнулась в стену. Вжикнула вторая стрела. Беглец кубарем покатился по полу. Стрела свистнула над ним, зло дрожа, воткнулась в дверной косяк.

Вскочив на ноги, фигура в плаще вихрем ворвалась в зал старинного оружия. Ловко перепрыгивая через стеклянные витрины и экспонаты, понеслась к противоположному выходу и неподвижно замершему рядом с ним доспеху польского гусара – каска, кираса… Уже подбегая к проходу, беглец замешкался. Что-то было не так… В самую последнюю секунду он метнулся в сторону. Неожиданно оживший доспех ухватил только край черного плаща.

Беглец судорожно дернулся, плащ затрещал, застежка на вороте врезалась в горло. Беглец завопил – и с силой рванулся. Плащ слетел, черным крылом накрыв доспехи. Надевший их человек забился под тканью. Пронзив плащ насквозь, в грудь стальной кирасы ударила стрела.

– С ума сошел! Это же я! – взревел Салям, выпутываясь из складок плаща.

– Извините, – из темноты вырвался хрипло дышащий лучник.

– Ты должен был целиться по ногам! – срываясь в погоню, рявкнул Салям.

– Я и целился, – на бегу огрызнулся «эльф» Гена, раздраженно размахивая извлеченным из экспозиции татарским луком. – Но это старье стреляет куда само хочет!

Рыцарь в легком доспехе и вооруженный луком «эльф» ворвались в следующий зал. Напротив широкого окна мелькнул размытый силуэт – невысокая, подтянутая спортивная фигурка. По ее плечам разметались вьющиеся волосы.

– Да это же женщина! – охнул Салям.

– Удивительная наблюдательность! – рявкнул Гена, тормозя и быстро накладывая на тетиву новую стрелу. Натянутая леска снова заскрипела…

Беглец – беглянка оглянулась и подпрыгнула…

– И-й-эх! – Она крутанулась на карнизе, по обезьяньи перехватилась и перелетела на верх старинного буфета с фарфором XVIII века. Оттуда, как заправская макака, перескочила на стоящий рядом высоченный стеллаж.

Из темноты зала вырвалась маленькая, всклокоченная фигурка в коротеньком платье. Сполох рыжих волос был виден даже во тьме. Одним движением Мурка выхватила из стойки у стены длинное копье и, ухватив его обеими руками, с яростным криком ткнула острием прямо в улепетывающую по стеллажу беглянку. Копье воткнулось в стену, отколов кусок штукатурки. Мурка выдернула, ударила снова. Бац! бац! бац! – копье плясало у девчонки в руках, со скоростью отбойного молотка втыкаясь позади беглянки, перед самым ее носом, проскальзывало под животом и над спиной…

– Слезай, а то в попу ткну! – грозно завопила Мурка.

Женщина заверещала в ответ и сорвалась вниз. Оттолкнулась ногами от полки… на лету перехватилась за свисавший на тросе плафон, выдернула его из стены… но не упала, а сгруппировалась и приземлилась уже в следующем зале. Разъяренная Мурка с гортанным криком попыталась метнуть копье ей вслед… Не хватило сил. Копье ляпнулось об пол в проходе. Не теряя ни секунды, Мурка рванула в погоню, за ней бежал Гена. Последним, грохоча кирасой, скакал Салям.

Стоящая в зале старинная карета просела на высоких колесах, когда беглянка приземлилась ей прямо на крышу, перегнулась через край, высматривая преследователей. Золоченая дверца с гербом со скрипом распахнулась. Мелькнули затянутые в золотисто-коричневые колготки ноги. Сомкнутые пятки толкнули беглянку в грудь – с коротким криком женщина плашмя рухнула на крышу кареты. В вихре развевающихся рыжих волос на крышу взлетела еще одна девчонка в коротеньком платье.

– Кисонька, лови! – крикнули снизу, и над каретой что-то взмыло.

Рыжая, не глядя, протянула руку – точно ей в ладонь легла небольшая парадная булава, изящно инкрустированная серебром и мелкой бирюзой. Девчонка точно так же – не глядя – простерла вторую ладонь… Будто сама найдя дорогу, в нее легла вторая! Оружие стремительно завертелось в руках. Булавы перепорхнули вокруг бедер, нырнули под мышки, снова крутанулись, выскочили и замерли, готовые опять начать свой зловещий танец. Держа булавы наготове, девочка угрожающе шагнула к противнице…

– Сейчас я ее… – внизу, под каретой, пробормотал Гена и поднял лук.

– Стой, идиот, там Кисонька! – в офисе у микрофона завизжал Сева. – Салям, врежь ему!

Не привыкший обсуждать приказы начальства Младший Служащий развернулся – и влепил недавнему союзнику боковой в челюсть.

Гену снесло, ушедшая вбок стрела воткнулась в крышу кареты. Та закачалась. Кисонька на секунду отвлеклась, стараясь удержаться на ходящей ходуном крыше…

Ее противница скатилась с кареты.

Кисонька прыгнула за ней. С воздетыми булавами в руках приземлилась на пол. Беглянка проскочила мимо постанывающего и держащегося за голову Гены, рванула вилы из рук валяющейся крестьянки, обеими руками ухватилась за рукоять… Растопыренные лезвия прянули Кисоньке в живот… Легко увернувшись, та пропустила их мимо себя и, лихо вертя булавами, атаковала. Вихрь звенящей стали закрутился перед носом беглянки… Та отмахнулась вилами… Кисонька приняла удар лезвий на скрещенные булавы и тут же заехала противнице ногой по лодыжке.

– А-а! – получив пинок с другой стороны, та рухнула навзничь, ушла перекатом от прыгнувшей на нее Мурки, вскочила, выставляя вилы перед собой…

– Держи! – Кисонька перебросила одну булаву сестре.

Девчонки налетели с двух сторон. То ударяя рукоятью, то грозя остриями, их противница завертела вилами, отмахиваясь в обе стороны. Вилы ударили в сталь, высекая искры из нагрудника кирасы – в драку вступил Салям. Перехватил рукоять вил, рванул на себя… Противница немедленно выпустила сельхозинвентарь… Салям едва не грохнулся на спину. Женщина перекувырнулась через голову, мгновенно оказавшись в стороне от атакующих противников. Еще кувырок – и она уже у выхода… дальше боковой коридор, оттуда во дворик, а уж там, при ее-то подготовке, на ограду взлетела – и на улице! Девчонки рванули в погоню…

Беглянка глянула через плечо, насмешливо присвистнула… и с испуганным криком отпрянула от выхода. Неожиданно вырвавшаяся из-за туч луна серебряным светом очертила выросшую в арочном проеме фигурку. На первый взгляд она была очень похожа на беглянку – такая же невысокая, с разметавшимися по плечам волосами. Темные глаза с мрачной решимостью сверкнули на молодом лице – и девушка вскинула руку. Отлично тренированные мышцы натянулись под свободной рубахой из грубой ткани… Короткий профессиональный бросок – и что-то с силой ударило похитительницу пекторали точно в лоб. Та глухо охнула – и повалилась навзничь, крепко приложившись затылком об паркет. Витрины экспонатов вокруг почти не дрогнули – будто привыкли.

Девушка коротко рассмеялась… и тут же луна снова нырнула за тучи. Коридор мгновенно погрузился во мрак – и девушка растаяла вместе с лунными лучами. В проеме двери уже никто не стоял.

– Вы видели? – охнула Мурка, указывая рукой во тьму.

– Ага, – подходя сзади, кивнул Салям. – Я думал, она ушла давно, а она еще тут…

– Ты тоже ее встречал? – к ним присоединилась Кисонька.

– Ага, – снова кивнул Салям. На губах его играла совершенно дурацкая улыбка. – Симпатичная, – мечтательно протянул он. И Мурке показалось, что в ответ прозвучал слабый-слабый, далекий-далекий отзвук серебристого, как лунный свет, смеха.

– Это кто из вас сейчас сказал? – подозрительно вглядываясь в Салямовы темные очки, а на самом деле в спрятанную в них камеру, напряженно спросила Кисонька.

– Он, гад, кто ж еще? – указал на Саляма подковылявший к ним Гена. – Ты зачем меня ударил?

– Кисонька, он тебя застрелить хотел! – голосом детсадовского ябеды немедленно сообщил Салям.

– Я стрелял в ту, другую! – отперся «эльф».

– Ха! – делано хохотнул Салям-Сева. – А попал бы в кого?

– По крайней мере, он старается, – с достоинством сказала Кисонька, демонстративно беря «эльфа» под руку, – а не отсиживается в безопасном офисе!