Он застыл, открыв рот, и долго смотрел на меня в поисках чего-нибудь, что могло бы развеять его сомнения.
— Нет, это ты уже перегнул, — неуверенно сказал он.
— Серьезно. Поэтому мне не больно, когда меня бьют. Думаешь, я так охотно лезу под кулаки, потому что мне это нравится? — Я мысленно усмехнулся.
— Оуэн… — Он засопел, не знаю почему, может быть, просто обнаружил что-то у себя в носу. — И как Пима с тобой выдерживает?
— Видишь ли, у нее есть одна особенность, неизмеримо редкая и необычайно мною ценимая, — она не задает глупых вопросов, на которые я не могу ответить иначе, как по крайней мере столь же глупо.
Безапелляционность моего ответа и содержавшийся в нем намек, похоже, потрясли Будду. Он начал его анализировать, уставившись на поглощаемую «баста-адом» ленту шоссе. Я ощутил давление на мочевой пузырь и некоторое время размышлял над альтернативой — выпить еще пива и облегчиться уже сразу после двух банок или сначала… Что-то мелькнуло в мониторе заднего вида, сбив меня с мысли. Я ударил по двум клавишам на панели управления, камера быстро развернулась назад, но попала как раз в плавный поворот, и на увеличенной картинке не удалось увидеть ничего интересного. Шоссе вонзилось в высокий густой лес, который по непонятным причинам пощадила ультразвуковая пила, слегка потемнело — густые кроны сосен заслоняли небо. Я снова посмотрел назад. Там что-то появилось, и в то же мгновение Будда, все еще смотревший на шоссе перед нами, прошипел, словно обжегся зажигалкой:
— Эй! Осторожнее, врежешься…
Я вдавил педаль тормоза и, увидев впереди движущуюся баррикаду, быстро оглянулся. То же самое. Пока что позади нас оставалось еще много места, но пространство для маневра быстро сокращалось, пока не стало практически нулевым. Я не успел никак среагировать. С обеих сторон нас блокировали по три больших «таргана». У тех, что впереди, были приварены сзади тяжелые рельсы, и судя по тому, как были оборудованы ехавшие сзади — такими же рельсами, только на передних бамперах, — назначение этих машин было универсальным. Они могли использоваться в качестве преграды как спереди, так и сзади. Предусмотрительность сидевших в движущихся ловушках бандитов, может быть, и не впечатляла, но заставляла относиться к ним серьезно. Так я и поступил — сбавил скорость, чтобы не врезаться в баррикаду, и сразу же снова поехал быстрее, желая избежать подталкивания сзади. Будда дважды оглянулся, поискал на моем лице объяснения происходящему, но волноваться стал лишь тогда, когда на крыльях «тарганов» появились неприятного вида фигуры с мрачными черными автоматами в волосатых лапах. Может, они были и не столь волосатыми, но великолепно подходили к злобно оскалившимся физиономиям, уставившимся, в нашу сторону. Взгляд в монитор убедил меня, что сзади происходит примерно то же самое. Лишь тогда у меня возникло желание использовать при их описании слово «морды».
— У тебя есть оружие? — спросил Будда. Губы его были сжаты, кулаки стиснуты, а взгляд пылал жаждой убийства. — Есть?
— Успокойся. У них бронированные машины. Чем ты хочешь их продырявить? — Я то нажимал, то отпускал педаль газа, пытаясь не дать уменьшиться еще имевшемуся вокруг нас свободному пространству. Бандиты вели себя как ковбои — гнали скот в загон. Я посмотрел на барьер, разделявший автостраду на две половины, — слишком прочный. Естественным казалось бы искать спасения, съехав вправо, но и эта мысль была неудачной — глубокий кювет, ну и этот чертов лес. — Пока придется ехать так, как нам велят, — подытожил я.
— Пока? — Он ударил кулаком по дверце, явно начиная терять самообладание. — Мать твою…
— Брат не должен говорить такое брату, — процедил я. Я был зол на Будду — его бессильная ярость вызывала взрывы радостного смеха у сидевших на крыльях бандитов. — И вообще — побольше достоинства. В конце концов, нас еще не раздели до трусов.
— Послушай, ты сам где-то писал, что если нападающий не прячет лицо, то жертва должна как можно быстрее помолиться. А где ты видишь у них маски?
Передняя баррикада неумолимо замедляла ход, заставляя и нас снижать скорость. Плавность и согласованность действий выглядели вполне профессионально. Я медленно опустил руку под сиденье. Прикосновение к холодной рукоятке «элефанта» слегка меня приободрило. Будда заметил мое движение.
— Ну наконец-то. Доставай свою летающую подводную лодку. Пригодится…
— Если ты сейчас же не закроешь пасть, я тебя на дорогу вышвырну! — заорал я. Морды на крыльях начали хлопать себя по коленям, показывая на нас руками. — Обращаюсь к тебе в последний раз — если не умеешь вести себя достойно, то катись вон, или я дам тебе пушку, и пусти себе сам пулю в лоб. И лучше помолчи, ладно?
Я выключил автоматику и вдавил газ почти до упора. Шины тонко взвизгнули, нас рвануло вперед. Я целил в среднюю машину, удар оказался достаточно сильным, но именно на это я и рассчитывал. «Тарган» вздрогнул. Сидевший на крыле бандит комично поднял брови и закричал якобы от страха. Его приятели захохотали. Кто-то небрежно наклонил ствол автомата, но тот, что был на левом фланге, громко свистнул, призывая остальных к порядку.
— Похоже, шеф хочет покататься на твоей тачке. Мой нагоняй подействовал на Будду безупречно — голос его снова был спокоен, а когда я посмотрел на него, он слегка пошевелился на сиденье, но не отрывал взгляда от происходившего впереди. Видно было, как напряглись у него мышцы на скулах. Я открыл рот, чтобы его похвалить, но тут же закрыл, не издав ни звука. Обстоятельства не способствовали раздаче медалей за самообладание. Мы миновали еще один правый поворот, и неожиданно лес кончился. У меня сильнее забилось сердце. Я резко затормозил. Ехавшие сзади почти одновременно ответили ревом сигналов, но тоже затормозили — отчасти машинально, отчасти помня, что должны заполучить нашу машину неповрежденной. Я рванулся вперед, Будда что-то прошептал. Кто-то из конвоиров слегка приподнял автомат и послал пулю, едва не зацепившую крышу «бастаада». Я быстро кивнул, мол, больше не буду, и одновременно, стараясь замаскировать движения правой руки, сунул Будде под зад «биффакс» и прошептал:
— Когда я скажу, начинай стрелять, не высовываясь из машины. Выстави только руку… — Я осторожно перенес руку с руля на панель управления и закодировал несколько команд для компа. — У самого края леса… — шепнул я.
Мы приближались к следующему участку придорожного леса. Его отделял от шоссе все тот же несчастный кювет, который «бастаад» мог преодолеть без проблем, но это требовало времени, что позволило бы противникам обрушить на нас град пуль. Их калибр мог пробить не слишком прочную броню, и я не хотел строить предположений, как среагирует на них мое собственное тело. Я подождал еще мгновение, откинулся на спинку сиденья и сказал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
