— Сдохни, урод! — заорал Хандскио во всю глотку. — Мелкий тролль болотный ты, а не демон!
Однако монстр одной лапой сжал грудь Хандскио, другой легко сломал меч, оставив кусок его длиною вершка в три-четыре в своем черепе. Хандскио успел плюнуть в физиономию монстра, но ребра его с громким хрустом сломались, Грендель сунул голову тана себе в рот и откусил ее.
— Четыре добрых бойца! — воскликнул Беовульф, двигаясь к монстру. — Все, клянусь Хеймдаллем, больше ни одного не получишь.
Грендель увлекся трупом Хандскио, он впился зубами в шею, не замечая подошедшего Беовульфа. Тот показал Виглафу на промежность чудовища, сделал рукой резкое движение, обозначая укол. Виглаф кивнул.
— Хватит! — крикнул Беовульф, и Грендель повернул к нему голову, измазанную кровью Хандскио. Он удивленно замигал, увидев вблизи голого мягкотелого.
— Положи тело и займись мной, — прика зал Беовульф.
Грендель взревел, отбросил останки Хандскио и ударил сверху по Беовульфу. Гаут отскочил, но от удара стол дернулся и подбрссил Беовульфа на стропила. Разозленный промахом Грендель зарычал и швырнул стол в дымящийся, полупогасший костер.
— Мой черед, — сказал себе Виглаф, подобрался сзади и, размахнувшись, ударил мечом между ног чудовища. Меч, однако, не нанес вреда чудищу. — Беовульф, у этого гада нет яиц! Он кастрат!
Грендель зарычал и обернулся, замахнувшись на Виглафа. Но тан успел выставить вперед щит, которым и встретил удар. Виглаф кувырком вылетел за дверь Хеорота, а Грендель, потирая оскорбленную промежность, бросился за Виглафом.
— Так вот почему ты такая скотина, — заорал Беовульф, и Грендель задрал голову, всматриваясь во тьму под потолком.
Беовульф спрыгнул ему на затылок, обхватил рукой горло монстра. Лишившись притока воздуха, тот резко замотал головой, стремясь избавиться от помехи, но Беовульф, пустив в ход ноги и зубы, удержался.
— Не выйдет! — крикнул он прямо в одно из громадных уродливых ушей Гренделя. — Я докончу то, что начал Хандскио, ты, грязная сука драная!
Грендель вскрикнул и вонзил когти в свою голову, но в крике его слышалась не ярость, а мука.
Беовульф тут же сообразил, что нашел слабое место врага. И не удивился этому. Конечно же, именно поэтому веселье данов вызывало его гнев.
— А-а-а, слишком громко?! — заорал он в ухо Гренделя что было силы. — Может, шепотом попробовать?!
Грендель стонал и тряс головой, в тщетной попытке стряхнуть гаута. Он как будто ослеп и потерял способность ориентироваться. Вот он покачнулся и врезался в подпорный столб. Беовульф, не прекращая вопить, нанес ему свободной рукой жестокий удар в ухо. Он почувствовал, что шея соперника ускользает от его хватки, перехватил попрочнее.
— Он сжимается! — донесся от порога крик Виглафа. — Беовульф, он уменьшается, уменьшается, гад!
— У тебя для нас сюрприз! — надрывался Беовульф. Он снова и снова бил кулаком в ухо Гренделя. Теперь он и сам ощущал, как уменьшается его противник. — Фокусник! — кричал Беовульф. — Отличный фокус! По канату ходишь? Тыквами жонглируешь? Кролика родишь, крольчиха облезлая, жаба подколодная?
— Беовульф, делай что делаешь, продолжай, что бы ты ни делал! — крикнул Виглаф.
— Слушай меня, Грендель! — орал Беовульф. — Кончена твоя игра, кончена вражда с Хродгаром! Сегодня, сейчас, здесь!
В отчаянной попытке освободиться от Беовульфа Грендель рванулся к дымящейся дыре костра. Но Беовульф в последний момент прыгнул на одну из свисающих с потолка цепей. Грендель плюхнулся в горящие угли и катался в них, поднимая столбы горячего пепла. От его шкуры исходили облака желто-зеленого дыма
— Держите дверь! — громко скомандовал Беовульф. — Не выпускайте его!
— Чем его удержишь? — крикнул в ответ Виглаф. — Не сдюжить нам, прорвется!
— Придумайте что-нибудь! — заорал Беовульф, лихорадочно соображая, как удержать испускающего столбы дыма и вопящего от боли Гренделя. Понятно, что существу этому сейчас несладко, но понятно также, что оно может удрать из Хеорота, ускользнуть от преследования, залечить свои раны и вернуться, горя ненавистью и жаждой мщения.
Беовульф подтянулся и полез по цепи к стропилам. Грендель тем временем зацепился за обожженные края костровой ямы, выкарабкался, выбрался на пол зала. Размером он теперь ненамного превосходил большого медведя. Монстр отряхнулся, разбрасывая угли и рассыпая искры, качаясь, протер глаза, повернулся к Виглафу, одиноко стоящему перед распахнутой дверью.
— Извини великодушно за неудобства, государь мой Грендель, — сыпал скороговоркой Виглаф, оглядываясь в поисках Беовульфа и не видя его. — Прошу тебя воспользоваться нашим гостеприимством еще некоторое время, грязная скотина.
Грендель закашлял, зафыркал, оскаливая острые желтые зубы.
— Взаимно, — заверил его Виглаф. — Совершенно те же теплые чувства все мы испытываем к твоей милости.
Беовульф разглядел еще одну цепь, на расстоянии примерно в два человеческих роста от него, покачивающуюся, как маятник. Нижний конец цепи был обмотан вокруг здоровенного обломка дверного засова.
К Виглафу успели подтянуться остальные таны, но Грендель уже двинулся, прихрамывая, к выходу. Даже вдвое уменьшенный против первоначальных своих габаритов, он все еще оставался грозным противником.
— Тебе, дорогой друг, придется побеседовать с моим государем Беовульфом, — увещевал монстра Виглаф, жестом приказав тану Оддвару подать копье взамен утраченного меча. — Он тебе расскажет много интересного, уверяю.
— Так-так, — бормотал Беовульф, подползая к цепи с обломком. — Не дать этой дряни выскользнуть. — Он ухватился за цепь и быстро спустился до бревна. Упершись в него ногами, Беовульф прицелился и начал раскачиваться, придавая бревну необходимую скорость. Удар должен был прийтись в голову Гренделя.
— Эй, внизу! — крикнул Беовульф. Монстр обернулся скорее, чем ожидал Беовульф. Ловкости он не утратил, меньшие размеры позволяли ему реагировать быстрее, чем раньше. Он успел поднять сжатую в кулак когтистую руку-лапу, чтобы отразить удар бревна. Расщепленный обломок засова от удара Гренделя рассыпался под ногами Беовульфа в щепки, сам Беовульф спрыгнул и откатился в сторону. Но лапа Гренделя по инерции проскочила в петлю, оставшуюся от бревна, и, когда монстр снова повернулся к двери, к Виглафу с его командой, цепь натянулась, дернула его и остановила.
— Как раз вовремя, — облегченно вздохнул Виглаф. — Теперь у нас будет свой цепной песик.
Обожженный и испуганный Грендель, стремящийся теперь не к уничтожению ненавистных мягкотелых, а к спасению собственной изрядно попорченной шкуры, издал оглушительный рев и хлестал цепью, как кнутом, дергая ее в разные стороны. Несколько мощных рывков расшатали и вырвали крюк, на котором висела цепь. Грендель устремился, к двери, волоча цепь за собою. Беовульф схватился за конец цепи, но Грендель даже не заметил помехи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
