связаны, и в попытке вырваться он лишь дополнительно поранил щиколотки и запястья.
Ледяной голос зазвучал снова:
– В каком направлении находится север? Три… два…
В панике, мужчина нажал верхнюю кнопку.
– Неправильно. – Теперь в голосе появилось нескрываемое удовольствие – как у ребенка, придумавшего веселую игру.
Тело мужчины еще не оправилось от предыдущей волны судорог, когда новая накрыла его, заставив безвольно корчиться на стуле.
Так повторилось еще несколько раз.
Вопросы были те же самые – в каком направлении находится север, юг, запад и восток. Но какую бы кнопку он ни нажимал, ответ оказывался неверным. Сознание мужчины начало мутиться, из уголка рта на грудь побежала нить слюны. Каждый раз при звуках устрашающего голоса он поспешно нажимал одну из кнопок, но тут же тело сотрясал электрический разряд, и он испускал отчаянные крики.
– В каком направлении находится юг? Три… два…
– Умоляю… отпустите меня… – Мужчина уже не кричал, а тихонько всхлипывал. – Я дам вам все, что захотите…
Прошло еще три секунды, но удара тока не было.
После долгой паузы голос нарушил тишину. Он снова стал холодным и равнодушным.
– Ты ничего не можешь мне дать. Но я хотел, чтобы ты знал… Как важно правильное направление.
Судорожное дыхание мужчины внезапно замерло. Он поднял голову. Тьма вокруг так и оставалась непроницаемой, но ему показалось, что он видит перед собой едва различимый силуэт.
– Я знаю, кто ты! Ты…
Внезапные конвульсии заставили последнее слово застрять у него в горле. Удивительно, но на этот раз ощущение, пронзившее тело, было не болью, а невероятным наслаждением. Извиваясь, мужчина увидел перед собой вспышку искр. Если б он продержался еще чуть дольше, то понял бы, что находится в полностью герметичном помещении со стенами, закрытыми звуконепроницаемыми панелями. К сожалению, он не успел. Искры были последним, что он увидел, и они кое-что напомнили ему. Но уже в следующий миг остатки сознания утонули в непроглядном мраке.
Спустя некоторое время динамики на стенах начали издавать необычный звук. Он был похож немного на плач, немного на долгий, глубокий вздох.
Глава 7
Суд
Глаза Фан Му были устремлены на чашку, стоявшую перед ним. Темно-зеленые листья чая медленно кружились в воде, разворачиваясь и отдавая свой аромат. Их танец был беззаботным и веселым, но каждый танцевал сам по себе. Им не на кого было опереться.
Фан Му размышлял о человеческой судьбе.
Часом раньше Чжан Десянь позвонил ему и попросил о встрече. Немного подумав, юноша дал согласие.
Они решили встретиться в чайном доме. Для беседы это место подходило как нельзя лучше: там всегда было тихо, и никто не мог помешать.
Фан Му бросил взгляд на часы. До условленного времени оставалось еще пять минут. Однако, подняв голову, он увидел Чжан Десяня, шагающего по проходу к его столику.
– Надеюсь, я не заставил вас ждать слишком долго. – Чжан Десянь протянул ему в приветствии руку. Фан Му поднялся и пожал ее.
Адвокат опустился на стул и, даже не заглянув в чайную карту, протянутую официанткой, бросил:
– Лунцзинь.
Он запыхался от быстрой ходьбы, и на лбу у него выступили капельки пота.
– Меня зовут Чжан Десянь, я юрист из фирмы «Хенгда». У меня с собой удостоверение… – Чжан Десянь полез к себе в портфель и принялся ожесточенно копаться внутри.
– Не нужно, мы уже встречались.
– В таком случае перейду сразу к делу. – Чжан Десянь поправил очки, которые сразу же сползли обратно по мокрой от пота переносице. – Я – адвокат Люо Цзяхая. Я попросил вас встретиться со мной, поскольку хочу уточнить несколько деталей. Вы не против, если я буду записывать наш разговор?
Фан Му секунду подумал и кивнул:
– Не против.
– Замечательно. – Юрист достал диктофон, включил его и осторожно положил на стол.
Все вопросы вращались вокруг убийства первой степени, совершенного десятого сентября. Из них Фан Му понял, что адвокат пытается доказать – Люо Цзяхай сдался добровольно и испытывает угрызения совести за свое преступление. О некоторых фактах он расспрашивал особенно подробно, например: «Вам не показалось, что в тот момент Люо Цзяхай больше не собирался никому причинять вреда?» Или: «Можно ли утверждать, что Люо Цзяхай по собственной инициативе отложил орудие убийства?», и так далее. Отвечая на вопросы, Фан Му внимательно наблюдал за Чжан Десянем. Тот был гораздо худей и бледнее, чем в прошлую их встречу, а на лице адвоката читалась усталость, которую он никак не мог скрыть.
Когда беседа уже подходила к концу, Чжан Десянь внезапно спросил:
– Офицер Фан, если это не будет для вас слишком обременительно, я хотел бы просить вас свидетельствовать в суде. Может быть, вы не откажетесь подтвердить с профессиональной точки зрения, что вероятность совершения Люо Цзяхаем повторного правонарушения крайне мала?
Фан Му, немного подумав, кивнул.
– Великолепно. – Лицо Чжан Десяня осветилось. – Я очень ценю вашу помощь.
Он встал, поклонился и пожал ему руку, задержав ее в своей чуть дольше обычного.
Фан Му ощутил в этом рукопожатии неожиданную силу и, подчинившись внезапному импульсу, произнес:
– Послушайте, я уверен, что вы, как адвокат, понимаете – эти свидетельства, которые вы собираете… – Он сделал паузу, пытаясь подобрать правильные слова: – Не будут иметь большого веса.
– Да, понимаю. – Улыбка Чжан Десяня слегка потускнела. – Но я должен собрать максимум доказательств, чтобы смягчить обвинения, выдвинутые против моего клиента.
Несколько секунд Фан Му смотрел ему прямо в глаза.
– Могу я спросить вас – почему вы восприняли дело Люо Цзяхая так близко к сердцу?
Чжан Десянь слегка напрягся.
– Долг адвоката – сделать все, что в его силах.
Еще пару мгновений они не сводили друг с друга глаз. Оба понимали, что сказали не всю правду.
* * *
Первое заседание по делу Люо Цзяхая было назначено на девять часов утра в четверг, в Народном суде Чанхона. Фан Му приехал туда незадолго до начала. Зал был набит битком. Репортеры слетелись заранее, чтобы занять удобные места для съемки, и теперь их камеры на штативах, напоминающие пушки, все как одна были нацелены на скамью подсудимых. Представив себе, каково Люо Цзяхаю будет предстать перед их объективами, Фан Му ухмыльнулся и вышел из зала, направляясь в комнату для свидетелей.
Проходя мимо лестницы, он заметил изможденную женщину средних лет, которая стояла, прислонившись к перилам. Немигающими глазами она смотрела наверх; под руки ее поддерживали несколько случайных человек, опасавшихся, казалось, что она вот-вот рухнет в обморок. Однако в их помощи не было нужды, поскольку ярость, читавшаяся в ее взгляде, заставляла женщину твердо стоять и держаться наготове.
Посидев в свидетельской
