Линда иронично подняла брови.
— Подумать только, Кевин Дарнелл в провинциальной кофейне!
Он смотрел на нее в упор, без улыбки, по-видимому, не находя в этой ситуации ничего смешного.
— Я пью кофе, как и любой другой человек, — процедил Кевин. — Встретимся через пятнадцать минут. — Не дожидаясь ответа, он развернулся и зашагал через сад к боковой калитке.
Линда нахмурилась. Хочешь не хочешь, придется с ним встретиться. Если она не сделает этого, Кевин вернется. Видит Бог, за последние три года ее родителям так досталось, что хватит на всю оставшуюся жизнь.
Отца она застала в кухне. Морис пил чай. Это был невысокий светловолосый мужчина, с возрастом у него проявилась склонность к полноте, однако в последние дни его лицо выглядело скорее изможденным.
— Ну что, детка, все цветы выдергала? — Он улыбнулся дочери и потрепал за уши пса, радостно бросившегося навстречу хозяину.
Линда улыбнулась их старой шутке. Она начала помогать отцу по саду, когда была еще совсем маленькой, но в первый раз, когда девочка решила самостоятельно прополоть клумбу — ей тогда исполнилось восемь, — дело кончилось весьма плачевно: она выдернула все тщательно взлелеянные ростки цветов, а сорняки оставила невредимыми. Отец не забыл этот случай.
— Нет, кажется, несколько луковиц осталось до весны. — Она посерьезнела. — Я вас оставлю, ешьте без меня. Мне нужно заскочить по одному делу в город.
Входя в кухню, она заметила, как мать тревожно посмотрела куда-то мимо нее, и догадалась, что Сильвия высматривает Кевина. Линда постаралась дать понять матери, что незваный гость ушел.
— Привезти вам что-нибудь?
— Не надо. А ты не переоденешься?
После утренней работы в саду наряд ее действительно оставлял желать лучшего. Но если она наденет чистое, Кевин еще, чего доброго, вообразит, что она нарядилась специально для него. И Линда отрицательно покачала головой.
— Нет, я скоро вернусь.
Она взяла сумочку и ключи от машины.
— Ты хотя бы отряхни землю с колен и смой грязь с носа! — вмешался Морис.
— Обязательно, папа.
Вот это здорово! Выходит, она разговаривала с Кевином, не заметив, что запачкала нос!
— А ты смотри, не затаскивай маму в постель для послеобеденного сна! — Когда-то, еще в детстве, Линда вернулась из воскресной школы раньше обычного — викарий почувствовал себя плохо и отпустил детей — и застала родителей лежащими в постели в обнимку. Они явно отдыхали после любовных ласк. Неизвестно, кто был больше поражен, Линда или родители, но этот случай не был забыт до сих пор. — Я ненадолго, через часок вернусь, — предупредила она отца, умываясь над кухонной раковиной.
Морис хмыкнул.
— Увы, детка, в моем возрасте часа больше чем достаточно. Линда заметила, что Сильвия покраснела.
— Ты смущаешь маму! Хотя… я так и не поверила тогда, что вы вдруг решили вздремнуть после обеда!
— Я всегда считал тебя сообразительным ребенком. — Отец усмехнулся. — Иногда даже слишком сообразительным, себе во вред.
Все еще улыбаясь, Линда вышла из дома. Однако когда она села в машину и поехала в сторону кофейни, от улыбки не осталось и следа. Было неприятно сознавать, что она вынуждена уступить Кевину.
В этом маленьком городке была одна-единственная кофейня, да и та открылась только потому, что кто-то из старожилов решил внедрить в его провинциальную жизнь элемент столичного шика. Кофейня была обставлена сосновой мебелью, столики застланы скатертями в белую и зеленую клетку, на стенах висело несколько акварелей, и всюду, где только возможно, стояли кашпо и кадки с растениями.
В этот час Кевин был здесь единственным посетителем мужского пола. Его крупная фигура казалась слишком большой для хрупкого соснового стульчика с клетчатой бело-зеленой подушкой.
Он напряженно смотрел на дверь и, увидев Линду, явно испытал облегчение. В кафе было много женщин, большинство из которых зашли перекусить и отдохнуть после утренней пробежки по магазинам. Многие с любопытством поглядывали на единственного затесавшегося среди них мужчину. Наверняка кое-кто из них узнал Кевина, но ни у кого пока не хватало смелости подойти и заговорить с ним. Иначе он бы тут не сидел!
Посетительницы за соседними столиками оживленно перешептывались.
Линду здесь тоже знали. Морис Баффин был популярной личностью в городке, а уж его дочь и подавно. К сожалению, после последних статей в газетах интерес к их семье возрос.
— Я заказал только кофе, — пробурчал Кевин, когда она села за столик, и хмуро добавил: — Я ведь не знаю, что ты теперь предпочитаешь днем.
Кажется, две недели назад у него не возникло проблем с выбором завтрака!
Окинув ее внимательным взглядом, он натянуто произнес:
— Судя по твоему виду, ешь ты не много. Ты слишком худая, Линда.
В этот момент к столику подошла Шейла — одновременно и официантка, и владелица заведения, и Линде пришлось воздержаться от язвительного ответа.
Линда заметила, как расширились глаза Шейлы, когда она обнаружила, кто присоединился к Кевину Дарнеллу. В ближайшие дни по городу поползут слухи, и наверняка кто-нибудь обязательно обмолвится об их встрече отцу. Таким образом, сама затея поговорить с Кевином подальше от дома оказалась бессмысленной!
Кевин заметил, что она нахмурилась, но сделал из этого неправильный вывод.
— Это не критика, Линда, а просто наблюдение.
Можно подумать, что ее интересует его мнение о том, как она выглядит!
— Хорошо, Кевин, считай, что я приняла это к сведению. — Линда медленно размешивала ложечкой сахар. — Но предпочла бы ничего не заказывать, если не возражаешь.
— Хм, не хочешь здесь задерживаться?
Не хватало только устроить милый семейный ланч для двоих! Да она не смогла бы проглотить ни кусочка!
— Я уже дала окончательный ответ компании грамзаписи и тебе скажу то же самое: «Нет!»
— К дьяволу грамзапись! — неожиданно взорвался Кевин. Яростно сверкнув глазами, он перегнулся через стол, и его лицо оказалось в опасной близости от Линды. — Я собирался говорить не об этом чертовом альбоме, и ты сама это прекрасно знаешь!
— Неужели?
Линда старательно избегала встречаться взглядом с любопытными дамами за соседними столиками. Кофейня как-то подозрительно быстро заполнялась посетителями, и девушка догадалась, почему. В маленьком городке вроде Эйлса новости — хорошие или плохие — распространяются со скоростью молнии. Хотя Линда и съязвила по поводу появления великого Кевина Дарнелла в провинциальной кофейне, она прекрасно понимала, почему всем местным жителям вдруг захотелось перекусить.
