Читаем без скачивания Миллион под брачным ложем - Дарья Калинина

И что было делать подругам? Переглянувшись, они во второй раз за это утро на два голоса затянули жалостливый рассказ о своей несчастной доле. Менты слушали их внимательно, не перебивая.

– Другими словами, это уже второй труп, который вы находите за последние двое суток?

– Ну… да, – нерешительно призналась Леся и, решив быть справедливой, добавила: – Первый мы нашли вместе с горничной.

– А второй вместе с подругой?

– С ней и с вами.

Кажется, парням здорово не понравилось, что Леся примазывает и их тоже. Но как говорится, слова из песни не выкинешь. Нашли труп именно они, никуда от этого не денешься.

Менты пожелали узнать как можно подробней про анонимный голос, который вызвал подруг по адресу, где они и нашли труп. Девушки честно рассказали все, что знали. Но знали они, увы, совсем немного. Так что один из ментов досадливо цыкнул зубом и сказал:

– По таким скудным сведениям анонима не поймаешь.

А второй мент еще и недоверчиво прибавил:

– Да и был ли мальчик-то?

– Насчет мальчиков не знаю, а труп у нас имеется. Вызывай бригаду, Серега.

Естественно, подруг никуда не отпустили. Усадили в уголок и велели сидеть тихо и вести себя паиньками. В противном случае менты за себя не отвечали. И даже намекнули, что очень часто так случается, что главный свидетель переходит в разряд подозреваемых, а заканчивается все дело тюрьмой. Поэтому подруги сидели очень тихо. И ловили каждое слово.

Оказалось, что белобрысого звали Никитой Сорокиным. Он в самом деле жил в этой квартире с отцом, матерью и старшим братом. Сорокин нигде не учился, не работал и в прежние времена его образом жизни обязательно заинтересовались бы. Тунеядец! И потом, откуда у молодого человека деньги, если он нигде не работает? Ясно, что он добывает их нечестным путем.

Но сейчас времена изменились. Никому нет дела, откуда берутся у человека деньги. Есть они у него, и ладно. Хотя если убитый жил с родителями, то они должны были бы встревожиться. Впрочем, оказалось, что родителям парень врал, что работает в ночном клубе… поваром. Когда-то он действительно окончил трехмесячные кулинарные курсы, о чем имел хиленькую бумажную корочку даже без обложки. И доверчивые родители искренне считали, что этих знаний и этой корочки достаточно для того, чтобы поступить на работу в дорогой клуб.

– Они же там не едят ничего! – твердил вызванный отец убитого юноши словно заведенный. – Только под музыку дергаются. Да наркотики хавают!

– Вы-то откуда знаете?

– Никита рассказывал.

Оказывается, покойный был врун, каких поискать. Своим родителям он врал так виртуозно, что они даже не заподозрили сыночка ни в чем дурном.

Убийство, по мнению эксперта, произошло между шестью и семью часами утра.

– Пока трудно сказать точнее. Но однозначно не позднее семи часов утра.

Итак, в семь утра Никита был уже мертв, а в четверть восьмого подругам раздался телефонный звонок анонима.

– Значит, это была подстава! – не удержалась и воскликнула Кира из своего угла. – Звонивший знал, что мы приедем сюда и наткнемся на труп!

Менты переглянулись между собой с таким смущенным видом, что Кира закричала снова:

– И вы тоже! Вам тоже позвонили! Вы не просто так сюда приехали!

– Верно. Позвонили.

– Во сколько?

– Звонок поступил в восемь двадцать.

– Как раз, когда мы вошли в этот подъезд!

– Значит, звонивший наблюдал за домом.

– Дождался, пока мы приедем и войдем, и вызвал милицию.

– Чтобы нас застукали у очередного свеженького трупа.

– И Лесю засадили бы за двойное убийство!

Прибывший следователь пробормотал что-то о том, что одного желания мало. Нужно еще иметь доказательства Лесиной вины. А их пока что у следствия нету.

– Потому что обнаружить труп – это еще не преступление.

У трупа Сорокина подруги задержались надолго. Не по своей воле, а по вине не желавших расставаться с ними представителей следствия. Такие приставучие личности эти менты, когда им нужно на кого-нибудь повесить убийство. В конце концов девушкам удалось попрощаться с ними. Но уходили они с тяжелым осадком на сердце. Сначала Алекс. Теперь белобрысый Никита. И каждый раз на подозрении оказывается Леся. Мало ей было горя с первым убийством. Так теперь и еще одно подвалило!

– Меня кто-то хочет подставить, – пожаловалась Леся, пока они с Кирой усаживались в «Гольфик». – Я кому-то сильно насолила, и этот кто-то решил на мне отыграться.

– Но заметь, этот «кто-то» неплохо осведомлен о том, что происходит.

Мама Алекса – Любовь Фадеевна – оказалась приятной женщиной, с шикарной русой косой, статной и высокой. Настоящая русская красавица. К тому же выглядела она очень молодо. Подруги даже удивились, как у такой молодой женщины мог быть такой взрослый сын.

– Я родила его, когда была еще совсем девчонкой, – отмахнулась Любовь Фадеевна. – А когда я познакомилась с отцом Алекса, мне едва ли исполнилось шестнадцать. Конечно, надо было делать аборт. Но моя собственная мама тогда встала на дыбы. Никаких абортов! Она так кричала. Я потом не смогу рожать. Вырастим. Выкормим. На ноги поставим. Человеком сделаем. В люди выведем. И что в результате?

– Что?

– Сама умерла, когда Алексу исполнилось полтора года. И дальше я тянула ребенка одна. Думаете, легко мне было?

– Думаем, тяжело.

– Каторга! – страстно подтвердила Любовь Фадеевна. – Жуткий ужас! Кошмар! Как я тогда не умерла, просто не знаю. Отдала мальчишку на пятидневку, но ведь кому-то надо было с ним сидеть и в выходные дни! А я была одна, совершенно одна!

– А отец?

– Чей?

– Отец Алекса. Разве он вам не помогал?

– Ах, этот… Помогал, конечно. Материально, я имею в виду. Нет, ничего не скажешь, денег на сына он присылал достаточно, наговаривать лишнего не буду. Но не все же можно купить за деньги. Конечно, Алексу не хватало отца. Плюс обида за то, что семья отца так с ним поступила. Плюс досада за потерянные огромные деньги. Вот и получилось то, что получилось.

– О чем это вы? Какие потерянные деньги?

– Это такая драматическая история! – вздохнула Любовь Фадеевна. – Иногда думаю, что это и не со мной произошло. Просто как в книжках!

– Серьезно?

– Прямо Санта-Барбара отдыхает! Хотите, расскажу?

Конечно, подруги хотели. Их крайне интересовало все, что так или иначе касалось Алекса. К тому же они чувствовали, что их желание тут особой роли не играет, Любовь Фадеевна все равно им это расскажет. И удобно устроившись в глубоком кресле, она начала свой рассказ.

Сколько помнила себя маленькая Любочка, у нее всегда была мечта. Она хотела выйти замуж. Но не просто замуж, а обязательно за миллионера. Причем размер состояния будущего жениха постоянно менялся. В детстве будущий муж представлялся Любочке либо продавцом мороженого, либо директором кафе-мороженого. Ведь тогда он смог бы угощать свою жену шариками пломбира хоть целые дни напролет.

Затем Любочка охладела к мороженому. Теперь муж рисовался ей в мечтах директором магазина верхней одежды. А если он по совместительству будет еще и директором обувной фабрики, так это еще лучше. Просто, можно сказать, шикарно!

Шли годы. Любочка взрослела. И уже отчетливо понимала, что частенько сапожник сам сидит без сапог. И что вовсе не обязательно быть директором чего-то там, чтобы иметь все жизненные блага. Достаточно просто иметь деньги. И тогда модные сапоги, машина и красивая одежда придут к тебе сами. Едва осознав эту мысль, Любочка поняла, что стоит на пороге великого открытия. Ее муж должен быть богат! У него должны быть деньги! Много денег! Очень и очень много. Не так, как у ее мамы в день получки. Или у других их родственников и знакомых.

Время шло. И вот уже Любочке выдали серпастый-молоткастый паспорт. И сжимая в руках красную книжечку, Любочка уже точно знала, чего ей нужно от жизни. Не хочет она учиться, а потом неуклонно до самой пенсии приносить пользу обществу. Она хочет, чтобы приносили ей. И не какую-то там эфемерную пользу, а вполне ощутимые материальные блага.

Активные поиски будущего мужа неожиданно привели Любочку к иностранному студенту по имени Али и с такой непроизносимой фамилией, что Любочка так и не сумела не то что выговорить, а даже выучить ее. Несмотря на отвратительную фамилию, Али отвечал всем или почти всем требованиям Любочки. И конечно, самому главному из них. Он был богат.

А раз так, то он не жил подобно всем другим студентам в общежитии, деля комнату с еще двумя или тремя студентами. Родителям даже в голову не приходило подобное: их сын в одной комнате с неграми или индусами. Образование в Советском Союзе, конечно, великолепное. А вот условия жизни… увы, наследнику шейха они никак не подходили. Поэтому родители сняли сыну прекрасную отдельную квартиру из двух комнат, находящуюся неподалеку от его института.

Отдельная двухкомнатная квартира для молодого человека по тем временам была просто неслыханной роскошью. Да и не только для молодого человека. Тысячи и сотни тысяч советских семей ютились по три семьи в одной комнате. И ничего! Жили, работали, да еще плодились и размножались.