— Он не обнимает меня во время приступов, просто разговаривает со мной. Кажется, само его присутствие помогает. Иногда он даже кричит на меня. Твердит, что бояться нечего и что я веду себя нелепо.
— Значит, он на тебя кричит, чтобы ты успокоилась? — спрашиваю я, поднимая бровь.
Джина ухмыляется.
— Типо того.
Я морщу нос.
— Вы с Ларсом…?
Джина беззаботно хихикает.
— Ну не может же все веселье достаться тебе одной?
— А он не против, что ты… — замолкаю, не желая поднимать вопрос о том, чем она занимается
— Я над этим работаю. — Вот и весь ответ.
Интересно.
Краем глаза замечаю входящего в зал Дэйна и улыбаюсь.
Но улыбка исчезает, когда я вижу выражение его лица.
Нервно встаю и иду к нему.
— Что случилось?
В его взгляде нежность, сочувствие и глубокая печаль.
— Твой отец.
Он умер.
Я полностью опустошена.
Доктор Джеймс сказал, что у папы случился сердечный приступ.
Сердечный приступ, который отнял его у меня, у всех нас.
Доктор даже не смог посмотреть мне в глаза, когда говорил об этом.
А я словно впала в ступор.
Папа был нашим лидером, но для меня он значил гораздо больше.
Он был моей единственной семьей.
Он оберегал меня, заботился о том, чтобы у меня было все необходимое. Да, он временем слишком беспокоился обо мне, защищал сверх меры, но был моей несокрушимой опорой. А теперь его не стало.
Дэйн успокаивающе гладит меня по спине. А я рыдаю навзрыд, обняв подушку. Я приняла ванну, легла в постель, не понимая, что делать дальше. У меня в душе словно образовалась огромная кровоточащая рана. Знаю, что не могу позволить себе долго предаваться жалости, но собираюсь потратить то немногое время, которое у меня есть, чтобы оплакать дорогого человека. Человека, который всех нас спас. Я гордилась папой. Безумно по нему скучаю. И буду скучать каждый чертов день до конца жизни.
Знаю, что Дэйн тоже скорбит. Он уважал моего отца. Теперь настала очередь Дэйна возглавить нашу общину. Времена меняются. Я знаю, как управлять замком, а Дэйн знает, как руководить людьми. Вместе мы справимся.
У нас просто нет выбора.
— Оливия, тебе нужно поесть, — в третий раз говорит мне муж. — Уже неделя прошла. Тебе нужно встать с постели.
Переворачиваюсь на спину и смотрю на него, стоящего у подножия кровати с подносом в руках. Вижу на тарелке толстый кусок хлеба с яичницей — и мой желудок как по сигналу начинает урчать. Заставляю себя сесть и откидываюсь назад, прислонившись спиной к стене.
— Спасибо, — хрипло говорю я.
Дэйн садится рядом и протягивает мне тарелку.
— Я даже представить себе не мог, сколько всего твоему отцу приходилось делать каждый день. Все приходят ко мне со своими проблемами в поисках решения, — расстроено говорит он. Муж задумчиво ерошит волосы.
— Прости меня. Я должна была тебе помочь.
Он качает головой.
— Тебе больно. Я все понимаю.
— Скажи, чем помочь.
Я обычно стараюсь не позволять эмоциям брать верх, но это же мой отец.
Дэйн вздыхает.
— Нужно решить, какие фрукты и овощи выращивать, чтобы хватило на весь сезон. Женщины на кухне спрашивают о меню на неделю. Я послал людей патрулировать стены, так, на всякий случай.
— Монстры начали подходить ближе к стенам? — спрашиваю я срывающимся голосом.
— Иногда, — отвечает он. — Не волнуйся, мои люди знают, что делать. Достаточно выстрелить в голову или отрубить ее, и дело сделано.
Знаю. Сэм научил меня убивать зомби. Они не могут перелезть через стены, так что в замке мы в безопасности. Ничто не в силах проникнуть сквозь каменные стены. Единственное наше слабое место — это ворота, но они всегда тщательно охраняются.
— Я займусь посевами и кухней. Всем желающим скажи, что я назначу два дня в неделю для разбора возникающих вопросов. Так мы сможем оперативно и без особых для нас затруднений уладить любые мелкие споры или проблемы.
— Ты уверена? — спрашивает Дэйн. — Дела подождут, если тебе нужно больше времени.
— Абсолютно, — отвечаю я, откусывая огромный кусок хлеба. — Оставаясь в постели и жалея себя, я ничем не помогу нашей общине.
— Понимаю, — тихо говорит муж. И вдруг ухмыляясь: — Оливия.
— Что, Дэйн?
— Хорошо, что ты вернулась, милая.
И в первый раз за все это время, я искренне улыбаюсь.
— Хорошо, что я вернулась.
Какая-то часть моей души умерла вместе с отцом навсегда. Я пронесу эту боль потери через всю жизнь и никогда не забуду.
Но есть люди, которые зависят от меня, нуждаются во мне. Я не могу их подвести.
Нет больше принцессы Оливии.
Теперь я королева.
Глава 11
Месяц спустя
Дэйн медленно входит в меня сзади. Он не торопится, смакует каждое движение, каждый мой стон. Даже не знаю, что мне нравится больше: вот такое неспешное занятие любовью или жесткий, грубый секс.
Я люблю Дэйна, мне кажется, что и он любит меня, но он молчит. А я мучаюсь в сомнениях.
Неторопливые движения сменяются резкими толчками. Похоже, сегодня я получу все и сразу. Дэйн заводит мне руки за спину, оставляя абсолютно беспомощной, в полной его власти. Боже, как хорошо. Так хорошо, что хочется плакать. Обожаю, когда муж все контролирует.
— Дэйн, сильнее, — умоляю я.
Он кусает меня за шею.
— Э нет, малышка, здесь я решаю.
Да, но…
— Дэйн…
— Как же я люблю тебя трахать, — выдыхает он. Не совсем то, что хотелось бы услышать, но пока сойдет и так.
— Скажи, — требует муж, выводя огненные круги вокруг клитора.
— Я твоя, — шепчу, чувствуя первые искры подступающего оргазма.
