К тому времени, когда я получил диплом, явным лидером на поле борьбы в главном офисе компании был некий Брайан Онгьерс. В своем желании любым способом утвердить свое превосходство над другими сотрудниками он дошел до того, что велел освободить маленькую кладовку рядом с кабинетом помощника управляющего, чтобы сделать из нее персональный кабинет. Со временем он даже распорядился, чтобы стол секретаря-машинистки отдела передвинули ближе к его кабинету. У новых посетителей создавалось твердое впечатление, что она была личным секретарем мистера Онгьерса, а остальным только разрешалось пользоваться ее услугами.
Онгьерс был очень проницательным человеком и мастерски умел блефовать. Было невозможно доказать ему, что он неправ, даже когда вы точно знали, что он ошибается. Я все свои учебники перерыл в надежде найти какой-нибудь аргумент в споре против него, но так и не смог его превзойти. И хотя с ним было до безумия сложно работать, все же он, сам того не зная, дал мне несколько полезных уроков касательно служебных отношений между сотрудниками, которые очень мне пригодились в будущем.
Свою лепту в «непробиваемую броню» мистера Онгьерса внес мистер Бенсон, самый младший из партнеров нашей компании. По завершению аудиторской проверки, как правило, нужно было доложить о ее результатах сначала своему начальнику, а затем одному из партнеров. Моя единственная встреча с Бенсоном состоялась после одной из таких проверок. Я готов был увидеть перед собой такого же напыщенного типа, как Онгьерс, и соответственно разговаривать с ним. Во время беседы я был очень доволен тем, как ответил на один его вопрос. Мой ответ изобиловал какими-то сложными оборотами, длинными фразами и внушительно звучащими сочетаниями слов, но мистер Бенсон неожиданно перебил меня:
– Извините, но я не понял ни единого слова из того, что вы сказали. Вы не могли бы начать с самого начала, но при этом рассказывать так, как будто обращаетесь к самому непроходимому тупице, с которым вам когда-либо приходилось иметь дело, и, пожалуйста, по возможности старайтесь использовать слова попроще.
Я был ошеломлен тем, что при блестящем уме мистера Бенсона приходилось обращаться с ним как с недалеким простачком. Но, обдумав все хорошенько, я понял, в чем ценность такого подхода. Конечно, в некоторых ситуациях блеф и бравада Онгьерса могут быть полезны, но когда пытаешься что-то узнать и понять, этот метод вряд ли поможет. Как часто многие ученики на уроках боялись поднять руку и при всех спросить у преподавателя: «Сэр, не могли бы вы объяснить, я не понял…», потому что они боялись саркастической ремарки и подтрунивания со стороны одноклассников. Многие проходят через это и всю жизнь помнят, какой стыд они при этом испытали. Некоторые не хотят играть в карты или другие игры либо отказываются учиться водить машину, потому что считают себя ущербными и боятся показаться такими в глазах других людей. Если человек такого уровня, как мистер Бенсон, предложил мне обращаться с ним как с полным дураком, тогда кто же я такой, чтобы делать вид, будто у меня есть ответы на все вопросы?
Моя встреча с Бенсоном открыла мне истину. Как это прекрасно, когда не надо притворяться перед кем-то, что у тебя выдающиеся интеллектуальные способности. По мере приобретения знаний ты начинаешь завоевывать доверие окружающих и в конце концов осознаешь, что действительно интеллектуально развит. Но очень важно, чтобы тебя учил человек, способный четко формулировать свои мысли.
Урок просвещения, который мне преподал мистер Бенсон, в итоге выявил всю бесполезность и тщетность моего пребывания в фирме «Пит, Марвик, Митчелл и компания». В отличие от мистера Бенсона мне придется в будущем научиться немного блефовать, если я хочу иметь внушительное резюме и заводить контакты с нужными людьми. У меня к этому душа совершенно не лежала, и, к счастью, у Эллен тоже. Проработав по специальности всего лишь год после получения диплома, я решил обратить свой взор в сторону Сити, деловой части Лондона, и начал поиск работы в месте, которое, по моему представлению, олицетворяло собой настоящую жизнь.
Настоящая жизнь
У меня появилась возможность поработать в одной компании в должности секретаря, бухгалтера или финансового контролера – можно назвать это по-разному. Как обычно, начать надо было с должности помощника секретаря, после чего, получив необходимый опыт, можно было устраиваться на работу по основной специальности. Мне не очень нравился этот порядок, потому что помощникам редко поручали какое-либо серьезное дело. Они находились в еще большем подчинении, чем секретари; в итоге настоящего опыта им так и не удавалось набраться. Когда наверху освобождалось какое-либо место – чаще всего в результате чьей-то отставки или преждевременной кончины, то положение подчиненного мешало им получить повышение и в большинстве случаев это место доставалось другому сотруднику. Я же хотел работать на ответственной должности.
В конце концов мне предложили место бухгалтера в компании «Юстас и партнеры», небольшой, но быстро растущей фирме, которой уже требовались бухгалтеры на полный рабочий день. В этот раз я «нырнул» очень глубоко и не знал, смогу ли выплыть или же пойду ко дну. Я, конечно, сильно рисковал. Но при моей осторожности и правильном использовании всех трюков Онгьерса и советов Бенсона я скоро научился держаться на плаву и становился уже опытным пловцом.
Работая в компании «Юстас и партнеры», я предпринял еще одну попытку бросить курить, перейдя от сигарет к трубке. В этом была своя логика. Так как я ненавидел запах табака, то подумал, что курить трубку мне быстро опротивеет и в итоге я совсем брошу курить. Но, как известно любому курильщику трубок, сперва приходится привыкать не только к отвратительному запаху табака, но и к самой трубке. Из-за того что я постоянно держал во рту мундштук, через несколько недель у меня стал болеть кончик языка, как будто я его обжег. Трубка, которую я курил, очень подходила к моему образу современного человека, ведущего светский образ жизни. Она была очень элегантной, и ее изящный мундштук плавно переходил в маленькую курительную часть в форме чаши. Мне бы, наверное, следовало последовать примеру моего любимого героя Шерлока Холмса и купить себе трубку с загибающимся к низу мундштуком и большой чашей. Но самым противным в курении трубки оказался тот вязкий остаток табака, который скапливался на дне чашечки, особенно если вы, как и я, тоже редко ее чистите. Самый неприятный случай произошел со мной, когда я с друзьями как-то ужинал в ресторане. Я разжег трубку, откинул голову назад, чтобы получше насладиться богатым табачным дымом, но почувствовал, что мне в горло забилась эта вязкая дрянь из трубки, и я тут же ее выплюнул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
