получив ответ, что просто замечательно, засыпали снова. А все действительно было замечательно. Еще одна фашистская дивизия была практически уничтожена, а РККА открылся свободный путь за Дон! Собственно, отдельные части 323-й уже и были за Доном, ведя разведку, а скоро…
Но сперва, после того как операция по уничтожению 112-й пехотной завершится, командарм 10-й армии должен был сделать еще одно важное дело — написать подробный отчет об участии лунных союзниц в боевых действиях и о значении их помощи. На основании этого отчета можно будет решить, как применять их способности еще эффективнее.
Как раз за написанием отчета Голиков и сидел, когда пришел Николаев. Корпусной комиссар тоже заглянул в комнату к лунянкам, усмехнулся, а затем как-то очень значительно произнес:
— Да-а…
— В смысле? — тут же насторожился командарм.
— Да вот, все-таки бывают чудеса, оказывается, — задумчиво ответил тот.
— Тимофей Леонтьевич, имей в виду насчет чудес — это все строго секретно, — поспешил сообщить Голиков.
— Да я-то понимаю. Только вот надолго ли? Утром о них говорил целый полк, вечером — уже вся дивизия. Смотри, — член Военного совета принялся загибать пальцы. — Ночью весь полк видел, как немцев бьют таинственными лучами с церковной колокольни. Так что заспорили: не то наши гиперболоид изобрели, не то марсиане с тепловыми лучами в войну вступили. Множество красноармейцев, пленных немцев и местных жителей видели "летучих девочек" в коротких юбках, которые над городом туда-сюда летали. В западной части города пленные и местные видели, опять же, девочек в коротких юбках, которые, прыгая по крышам, насылали на немцев громы и молнии, огонь небесный и золотые лучи. На юге были снова замечены таинственные девочки в коротких юбках, которые тушили горящие дома "огромными мыльными пузырями" или чем-то в таком роде. Наконец, в полковом лазарете те же девчонки привели в шок всех врачей — пришли, взмахнули "волшебной палочкой", сказали "заклинание", и все раненые, включая тяжелых, тут же стали совершенно здоровыми. Особые отделы по твоему указанию с ног сбились, пытаясь распространение всей этой совершенно секретной информации пресечь, но не успевают повсюду — что тут сделаешь, когда столько народу все видело. Так что за боевые умения твоим союзницам — пять, а вот за скрытность — неуд. Кстати, кое-кто из врачей заметил, что говорят они по-японски.
— Да, это, конечно, неожиданно вышло, — командарм, вспомнив, что вообще-то он поручал союзницам только захватить и удержать мост через Дон, задумался, считать их дальнейшие действия проявлением вопиющей недисциплинированности или похвальной инициативы — и склонялся ко второму варианту. — Но нам-то грех жаловаться — город освободили, немецкую дивизию разгромили, переправу через Дон взяли в целости и сохранности. А обо всем этом я командованию сообщу — пусть тогда наверху и решают, что будет политически правильным объявить. А пока — полковнику Гарцеву прикажи только ссылаться на секретность и ничего не объяснять, постараться распространение слухов взять под контроль… но смотрите, не переусердствуйте там — сам говоришь, все равно ведь всего не утаишь.
Сказав так, Голиков вернулся к отчету, добавляя туда все, что только что узнал…
А тем временем, слухи о произошедшем распространялись и по другую сторону фронта. Часть тех немцев, что после столкновения с воинами в матросках в панике бросились бежать куда глаза глядят, сумела перебежать по льду Дон и направилась дальше по дороге на запад. Преодолев по снегу и морозу тринадцать километров, несколько из них добрались-таки до деревни Кондуки, где стоял маленький немецкий отряд. Добрались — и тотчас же посеяли панику своими рассказами о падении Епифани, а главное — о летучих русских ведьмах, которые носились над городом по воздуху, оттуда поражая беззащитных немецких солдат громами и молниями, а также потоками пламени и лучами смерти. И пусть все эти рассказы были совершенно неправдоподобными, однако сам вид полубезумных соотечественников больше, чем их слова, убеждал "кондуковских" немцев в том, что "что-то" все же произошло — и это "что-то" — страшное.
Смущенные немцы из Кондуков даже дали беглецам машину, чтобы те могли поскорее добраться до ближайших представителей командования и предупредить о происходящем. И хотя Кондуки вскоре также были освобождены передовыми отрядами 323-й стрелковой дивизии, еще до того машина уехала дальше на запад, увозя "бациллы паники" с собой…
* * *
12 декабря. Епифань. Писатель Константин Симонов. Из черновиков
Город Епифань. Все еще пахнет гарью — терпящие поражение немцы пытались сжечь город. Они поджигали и взрывали дома, чтобы не оставить жителям и советским бойцам никакого крова. Но план мерзавцев не удался — хотя от множества зданий остались лишь развалины и пепелища, стремительное наступление советской армии спасло город, а сразу после боя красноармейцы вместе с жителями Епифани принялись за тушение устроенных немцами пожаров.
Следом за войсками в город возвращаются и эвакуированные жители — они возвращаются, чтобы жить и работать. Все что немцы успели разрушить, будет восстановлено, исчезнет с земли вся эта немецкая сволочь, все эти убийцы, мародеры и насильники, а русские города будут стоять еще века на тех самых местах, где они уже веками стояли.
Немцы не могли осилить нас огнем своих орудий, они не остановят нас и пожарами наших городов.
А к востоку от Епифани обширное поле боя — вчера здесь была истреблена целая дивизия фашистов, которая не успела отступить до подхода наших. Дорогу забили разбитые и горящие броневики и машины, много броневиков и машин, — и все-таки мало, надо больше, больше, как можно больше — до последнего.
В придорожных канавах валяются окоченевшие трупы немцев — трупов много, очень много, и все-таки мало, мало, надо больше, как можно больше — до последнего.
Странно, но и в Епифани, как и в Михайлове, снова повторяются загадочные слухи про "ангелов" и секретное оружие нашей армии. Местные жители и даже красноармейцы рассказывают про таинственных юных девушек, летающих в небесах и обрушивающих оттуда на фашистов молнии и пламя, про "тепловые лучи", внезапно ударившие по немецкой линии обороны с колокольни местной церкви, про пожары, затухающие по велению тех же "ангелиц"…
По-видимому, за этими россказнями, повторяющимися уже на втором участке нашего наступления, должно скрываться что-то реальное, но что? Если дело действительно в применении какого-то нового оружия — то при чем тут летающие девушки?..
Завтра я отправляюсь следом за командармом 10-й армии генералом-лейтенантом Голиковым, ушедшим с передовыми частями армии дальше на запад, к Богородицку. Если нам повезет встретиться, то, может быть, у него найдутся ответы на вопросы.
* * *
13 декабря, деревня Колодези
"Принесла же его
