— Что касается меня, — ответил Малко, рискуя обдать холодным душем его энтузиазм, — то я просто надеюсь, что мы не будем лежать мертвыми в пустыне.
Внешне невозмутимый Пит снова рыгнул и весело засмеялся. Затем он расстегнул свою рубашку и показал Малко огромный красноватый шрам, идущий от его груди книзу живота.
— Это кафр всадил мне мачете в живот, — сказал он. — До того как он успел перерезать меня надвое, я свернул ему шею.
Пит снова сел и налил глоток «Джи энд Би», который он выпил неразбавленным.
В небольшом казино царил тошнотворный запах дагги. В ожидании клиентов все девушки курили. Ферди казался более возбужденным, чем обычно, и его взгляд изредка останавливался на девушках. Сказывалось действие пива. Он подошел к игровому автомату, опустил монету в одну пулу и нажал на боковой рычаг.
«Дринг-дринг-дринг...» Дождь монет! Счастливый, как ребенок, южноафриканский полковник продолжил игру на следующем автомате и так далее.
Наконец он обменял полные пригоршни монет и, торжествующий, вернулся, размахивая кредитками.
— Я выиграл шестьдесят пул! Идем играть в рулетку.
Малко обменял сто долларов. Они с трудом нашли место за одним из осаждаемых столов. Крепко вцепившись в свою сумку, старая негритянка проигрывала пулу за пулой. Малко и Ферди принялись играть и ставили на невесть что: дату их рождения, день месяца, на все, что ни приходило в голову. И это сработало! Перед ними росли горы фишек.
Молодая женщина — помощница крупье за их столом нажала на дополнительную кнопку и, надеясь воспользоваться этой манной, устремила на них томный взгляд. К счастью, Йоханна спала в этот момент. Она была бы шокирована таким азартом своего шефа.
За их столом царило наибольшее оживление. Вдруг Малко заметил вчерашнюю помощницу крупье, которая шла прямо к ним. Прекрасная, с телом, кричащим о красоте, в той же прямой юбке, из-под которой виднелись две хорошенькие черные ножки, и с грудью, которая заставляла бледнеть все остальное вокруг. Большие глаза дикой лани делали ее похожей на импалу, они были так вытянуты кверху, что, казалось, она смотрела в сторону.
Она адресовала Малко улыбку, способную растопить и лед.
— Вам везет!
Немного вихляя бедрами, она смотрела на двух мужчин неясным взглядом... Потом посмотрела на часы и сказала:
— Последняя игра!
Казино закрывалось. Ферди сразу поставил двадцать пул на семерку и выиграл. Радостный вопль! Ему вторил весь стол.
С принужденной улыбкой женщина — помощница крупье заплатила, и Ферди забрал свои фишки на двадцать пул — маленькое состояние.
— Я смогу купить моей жене меховую шубу, — воскликнул он.
В тот момент, когда они уходили, помощница крупье загородила им дорогу и мягко сказала:
— С этими деньгами вы должны бы предложить мне стаканчик. Мой рабочий день закончен.
Она обращалась больше к Ферди. Тот бросил вопросительный взгляд на Малко, который, забавляясь, ответил:
— Почему бы нет?
В баре стоял ужасный запах, и группа крикунов стояла у стойки. Они уселись за отдельный стол, и помощница крупье положила ногу на ногу. Для африканки она была удивительно современна. Вместо непременного пива она выбрала коньяк «Гастон де Лагранж» и принялась медленно смаковать его, как истинный знаток. Ферди, казалось, был очарован ее волшебными большими грудями. Они болтали о том о сем, о казино, об игре; она спросила, чем они занимаются, они сообщили друг другу свои имена.
— Меня зовут Луиза, — сказала метиска.
Опорожнив банку пива, Ферди нервно посмотрел на часы.
— Рано утром мы едем на сафари, — сказал он. — Думаю, что мне пора спать.
— Мне тоже, — сказал Малко.
— Ах, это восхитительно, — воскликнула девица. — Куда вы едете?
— В Гемсбокский парк, — живо ответил Ферди.
— Ну что же, надеюсь, что вы увидите много животных.
Заплатив, Ферди уже встал. Помощница крупье тоже поднялась.
— Кстати, — спросил Малко, — вы не знаете девушку по имени Ванда, которая здесь работает?
— Ванда? Нет, не знаю. Их здесь столько... Я спрошу.
Она скрылась в вестибюле, оставив позади себя след духов. Малко пообещал себе, если их миссия закончится хорошо, переспать с девушкой.
Солнце едва встало, но Ферди уже занялся тщательным бритьем. Йоханна смотрела на них с тревогой. Она не участвовала в поездке.
— Будьте внимательней, — сказала она, — не нравится мне эта история.
— Когда рядом Пит, с нами ничего не может случиться, — смеясь, ответил Ферди. — Он ежедневно разговаривает с богом...
Они закончили завтрак и вышли. В направлении дома Пита. Днем окруженная цветами вилла имела кокетливый вид. Пит ожидал их в саду с двумя сумками, уложенными на заднем сиденье «хонды».
— Дорожная провизия! — объявил он.
Ферди приоткрыл одну из сумок, и Малко увидел три очень коротких, как «инграм», автомата неизвестной модели с кучей обойм.
— В другой сумке находятся гранаты и кое-что посерьезней, — заявил Пит. — МГ-34, который я сам смастерил.
Легкий пулемет!
Им потребовалось пять минут, чтобы достигнуть небольшого безлюдного аэропорта и пройти на летное поле. Со своими короткими волосами и коренастой фигурой, женщина-пилот походила на мужчину, однако у нее была впечатляющая грудь. Красный цвет се лица говорил лучше, чем слова, о том, как она проводит вечера...
— Все в порядке, — сказала она. — Можно вылетать.
Они взяли сумки с оружием и прошли через крошечный аэровокзал к стоящему напротив контрольной вышки двухмоторному самолету. Здесь было всего полдюжины частных самолетов и три самолета Ботсванских воздушных сил, окрашенных в маскировочный цвет. Негр закончил заправку «команча». Сумки погрузили в люки и Пит начал полную инспекцию самолета: проверил, как работают закрылки, полны ли баки с горючим, осмотрел все места, где могли что-то спрятать, обратив особое внимание на болты, чтобы убедиться, что к ним никто не прикасался. Успокоенный, он подал знак Малко и Ферди занять места на заднем сиденье. Он же едва уместился на переднем. Теперь Пит казался совершенно спокойным. Малко повернулся к Ферди:
— Вы не опасаетесь, что наш отлет заметят?
— Не думаю. Хельда имеет обыкновение отвозить людей в Бэйп Парк. Пит также много передвигается, он — хороший охотник. Здесь у него главным образом административные функции.
С автоматом девятимиллиметрового калибра...
— Если они нас ждут, — заметил Малко, — то перебьют нас.
Гримасничающее и потное лицо Лиля решительно не внушало ему доверия, но если оба южноафриканца так уверены в своих действиях...
Заработал один мотор, затем оба, и пилот закрыл свою кабину. Самолет уже много налетал, и это чувствовалось. Малко бросил взгляд на карту полета. Следя за его взглядом, летчица улыбнулась.
— В последний момент я свяжусь с контрольной вышкой и скажу им, что у нас возникла проблема с приборами и мы сядем в Мотокве. Это часто случается.
Она тоже казалась совершенно спокойной. Малко привязал свой ремень и отдался эйфории момента. «Команч» ускорял свой бег.
— Не правда ли, вчерашняя девушка чертовски хороша! — прокричал южноафриканец. — Если бы я не был женат... У меня никогда не было негритянки...
— Она не совсем негритянка, — ответил Малко в то время, как колеса «команча» оторвались от земли.
Пролетая над Габороне, самолет сделал поворот, взяв затем курс на запад. Внизу простирался необъятный, усеянный колючками буш, среди которого на почве цвета охры виднелось несколько голых холмов. Вдали, в тумане, вырисовывались горы.
Ферди отстегнул ремень. Позади них Габороне стал лишь светло-коричневой точкой, едва различимой в необъятной Калахари. Впереди была пустыня и затем — Замбия.
Летчица обернулась:
— Посадка будет трудной, так как полоса испорчена засухой. Надеюсь, что я не поломаю шасси.
Пит погладил свою бороду и вынул банку пива. Они постоянно поднимались и уже находились на высоте трех тысяч футов. Малко расслабился. Он снова видел южноафриканца, тщательно инспектирующего «команч», малейшие уголки, куда могли заложить адскую машину. В этом отношении они могли быть спокойными.
