Малко был такого же мнения. Майор ван Хаах и Пит тихо разговаривали, в то время как полковнику давали успокоительное. Жара изматывала. Малко залпом выпил протянутое ему пиво. Он не знал уже, был ли он оглушен жужжанием насекомых или это происходило у него в голове... У него снова кружилась голова. Ферди объявил:
— Мы возвращаемся в Габороне. За телом летчицы приедут. У нас нет места.
В свою очередь, с озабоченным видом подошел ван Хаах:
— Что-нибудь известно о причинах аварии?
Ферди покачал головой.
— Не понимаю... Это была превосходная летчица, самолет только что прошел ремонт, на борту не было бомбы. Удивительно, что оба мотора отказали одновременно.
— Это действительно фатальный случай, — согласился ван Хаах.
На заднем сиденье «рейнджровера» кое-как разместили полковника Херцоха. Малко подошел к одному из обломков «команча». Крыло и мотор. Что-то его в них заинтересовало. Почему не загорелся самолет? Когда они потеряли шасси, появился сноп искр, но без каких-либо неприятных последствий. Он нагнулся над капотом и приподнял его. Все, казалось, было в порядке. Тогда он заинтересовался одним из баков, находившихся в крыле. К счастью, пробку не заклинило, и ему удалось отвинтить ее. Немного дальше на земле он нашел ванночку от карбюратора. Малко погрузил ее в отверстие, достал немного горючего и понюхал его.
Это было то, о чем он думал.
Остальные уже сели в машину, и майор ван Хаах с нетерпением делал ему знак садиться. С ванночкой в руках Малко подошел к машине.
— У вас есть зажигалка? — спросил он у ван Хааха.
— Зажигалка?
— Да, я хочу кое-что проверить.
Южноафриканский офицер протянул ему большую «зиппо». Малко зажег ее и приблизил пламя к горючему. Ничего не произошло, и оно погасло, не воспламенив содержимого ванночки. Он повторил еще раз, затем поднял золотистые глаза на наблюдающего за ним южноафриканца.
— Я знаю, почему разбился наш самолет, — объявил он.
— Почему?
Малко протянул ему ванночку.
— Понюхайте. Это не бензин для моторов с поршнем, а горючее для реактивных двигателей. Керосин, который не воспламеняется и используется в реактивных самолетах. В трубопроводах, должно быть, еще оставалось горючее. Когда оно иссякло, в ход пошел керосин, и моторы заглохли.
Лицо майора ван Хааха стало кирпичного цвета.
— Кто тот дурак, который...
— Тот, кто заправлял самолет горючим, — сказал Малко. — А вы верите, что это действительно ошибка?
Офицер не ответил, его глаза были обращены на обломки «команча», затем он повернул голову к Малко.
— Быстрей садитесь, скоро мы все выясним.
Малко сел в «рейнджровер», который сразу тронулся с места. Он был стиснут на заднем сиденье между медсестрой и врачом.
Ферди поддерживал очень бледного Пита, который кусал себе губы, чтобы не закричать. Малко страдал от своих ушибов, но был с ясной головой и чувствовал себя бодрым. Он был уверен, что речь шла не об ошибке, а о преступлении. С момента его прибытия в Габороне все было слишком легко...
Этот удар был превосходно рассчитан. Виновный всегда мог сослаться на ошибку: не было никаких доказательств. И если бы их диверсия удалась, видимо, никто ничего не узнал бы...
Малко закашлялся. Пыль проникала сквозь все щели машины.
«Рейнджровер» остановился на паркинге перед аэропортом, и из него вышли трое мужчин. Перед тем они поместили Пита в больницу. Майор ван Хаах прямо направился в бюро аэропорта.
— Где механик, занимавшийся «команчем»? — спросил он.
Дежурный негр бросил на него заспанный взгляд.
— В ангарах. А зачем он нужен?
— Вместо горючего он налил керосин!
— Да, это совсем нехорошо! — сказал служащий.
Сто метров до ангара обслуживания. Там вяло работало полдюжины ботсванцев. Майор ван Хаах спросил что-то у одного из них и сразу повернулся к Малко и Ферди с изменившимся выражением лица.
— Мерзавец ушел, так как, якобы, заболел. Час назад! Как только стало известно, что самолет разбился.
— По крайней мере, мы теперь знаем, с кем надо посчитаться, — заметил Малко.
Между тем майор ван Хаах продолжал расспрашивать ботсванцев. Он записал какой-то адрес.
— Давайте отправимся к механику. Может, нам удастся его изловить.
Последовала новая гонка по Нейрере Драйв. Вот они уже очутились на развилке, подняв тучу пыли. Они ехали мимо старых деревянных бараков с верандами, откуда на них с любопытством взирали негры. Механик жил в конце Квалата Клоз, в южной части города. Дверь им открыла толстая негритянка. И вновь познания майора ван Хааха в говоре цвана сотворили чудо. Но, увы, они опоздали.
— Этот подонок недавно убрался отсюда, — объяснил майор. — Он сказал своей семье, что ему надо на некоторое время уехать в свою деревню. Он должен был сесть на автобус, идущий до Махалацве. Я знаю, где находится автостанция. У нас есть шанс схватить его.
Новая гонка до Куинз-роуд, в центре города. По одной из двух параллельных улиц, перегораживающих пешеходную улицу Молл, где сосредоточены фактически все магазины Габороне. Автобусная станция располагалась перед рядом современных зданий, и оттуда автобусы отправлялись в разных направлениях. У каждой машины на ветровом стекле была табличка с указанием маршрута. Некоторые автобусы уже были набиты до отказа. Другие постепенно заполнялись пассажирами. Словом, царила типично африканская неразбериха. Люди суетились между корзин, детей, уличных торговцев. Трое белых двинулись по цепочке автобусов, внимательно рассматривая каждый из них. Мафикенг, Молспололс, Канье, Мочуди, Махалацве!
Последний автобус фактически был пока пуст, но его осаждала шумная толпа. Малко остановился, обескураженный этим сборищем, в котором, казалось, все негры были на одно лицо. Он полагал, что ему не удастся узнать механика. Разумеется, утром, на аэродроме, он его видел, но не обратил на него никакого внимания... Малко заглянул внутрь автобуса. Там пока что находились какой-то старик да несколько женщин с оравой детишек. Под истошные выкрики кондуктора очередь как-то сформировалась. Малко начал обходить ее, настойчиво разглядывая каждого пассажира.
Ферди и майор ван Хаах делали то же самое с другой стороны.
И вот в середине очереди они заметили негра, упорно проталкивавшегося вперед, чтобы занять в автобусе сидячее место. Но тут его оттеснила какая-то мощная толстуха с двумя малышами, привязанными к спине, и тот, ругаясь, втиснулся в общий ряд. Малко приблизился к нему, тщательнейшим образом разглядывая этого негра. Как и на других неграх, на нем были рубашка с короткими рукавами и панталоны. Рассекая очередь, Малко вплотную подошел к заинтересовавшему его субъекту. Тот выглядел как-то растерянно. Внезапно он отступил, оттолкнул локтем стоящего на его пути пассажира и, как обезумевший, бросился во всю прыть по Куинз-роуд!
То был разыскиваемый ими преступник! Притом настолько бестолковый, что не подумал даже, что его могут узнать.
— Вот он! — крикнул Малко.
Ферди и майор ван Хаах уже заметили беглеца и бросились в погоню, что весьма заинтриговало зевак, которым не часто доводилось видеть в этой стране, как трое белых преследуют одного негра. Многим из них, наверное, подумалось, что возвращаются добрые старые времена... Теперь же в Южной Африке скорее все было наоборот...
Проскользнув между двумя высокими зданиями, беглец достиг улицы Молл. Эта пешеходная улица была забита до отказа людьми. Механик бежал, расталкивая прохожих, описывая зигзаги. Трое белых не решались громко кричать «Держи вора!» из опасения излишне возбудить толпы негров.
Ферди ворчал про себя:
— Он улизнет от нас!
В это время механик обогнул гостиницу «Президент» и исчез, добежав до Ботсвана-роуд, проходящей параллельно улице Молл. Вскоре, однако, преследователи снова заметили его: красноречивыми знаками он пытался остановить такси. Он буквально вскочил в остановившуюся наконец машину, которая тотчас же устремилась из этого квартала. «Рейнджровер» находился за сотню метров от этого места.
