Читаем без скачивания Нестрашная сказка. Книга 3. - Вера Огнева

Холодная вода привела ее в себя. Дурнота на краткий миг накрыла сознание, уберегая от помешательства. Но даже сейчас нельзя было себе позволить расслабиться, растечься аморфной массой.

— Катан, ты сказал на вас напали. Кто?

— Они были в цветах императора.

— Чем они объяснили свое появление в королевстве Синего орла?

Тейт держала в трясущихся ладонях стакан с водой. Попробовала поднести ко рту. Зубы застучали о стекло. Катан подошел, отнял стакан и, придерживая голову своей королевы, напоил.

— А они вообще не объяснялись. На нас напали молча. Карл командовал взводом. Его солдат искрошили в пять минут. Противник превосходил раз в десять. Они не церемонились. Карл сообразил, что лучше остаться живым и предупредить остальных, нежели геройски погибнуть. Он прискакал к нам и сообщил о нападении. Мы отступили, насколько возможно быстро. Разведка донесла: силы противника значительно превышают наши. В королевстве нет регулярных войск, только королевская гвардия. Если бы Гуго… не знаю, так ли бы поступил он. Я решил отвести людей к столице, тем более нас особенно не преследовали. Они не знают дорог, мы шли не останавливаясь. Они не церемонятся с местными жителями. Совсем. Будто не существует уложений о мирном населении. Тейт, это захват.

— Зачем? Для чего императору наше королевство? Я не понимаю!

— Потом будем думать. Я хочу отвести остатки гвардии к Пьятте. Я хорошо знаю те места. Мы там закрепимся. И станем оказывать сопротивление. Вряд ли императорские вояки знают, что такое месть браконьеров. Собирайтесь, Ваше Величество.

— Нет.

— Почему? Вам небезопасно тут оставаться. Идет война без правил…

— Согласно особому межгосударственному акту, если войско напало на страну и заняло столицу, в случае, когда король остается в своем дворце, корона отделается контрибуцией. Если король покидает дворец и не принимает поражение, как того требует военный этикет, страна считается завоеванной. Она перестает существовать как самостоятельное государство.

Перед ней стоял серый Катан. Обивка стен, мебель, небо и облака за окном тоже стали серыми. Тейт помнила какого они должны быть цвета.

— Тейт!

Голос доносился будто со дна оврага. Королева приложила усилие и вернула себя в действительность. Сейчас все уйдут и тогда она… тоже уйдет.

— Катан, возьми меч Гуго. Ножны заварены. Пусть кузнец их расклепает… и уходите. Еще… — то, что следовало сказать, давалось с трудом. — Уведи единорогов.

— Они со мной не пойдут.

Тейт встала и тут же рухнула обратно. Катан подхватил ее на руки.

— Что делать?

— Вынеси меня на лужайку.

Так надо. Они пусть живут. Они не должны пострадать. Тотем важнее жизни. Тейт не знала, как это у других, в ее семье следовало поступать именно так.

— Уходите.

Теплые бархатные губы Итары уткнулись в щеку. Рядом жаловался подросший жеребенок.

— Уходите. Я на вас надеюсь. Ты ведь все понимаешь? Уходите!

Итара всхлипнула почти по человечески и отошла на три шага. Тейт не устоял и рухнула бы в траву. Ее подхватил Катан. Последнее, что она запомнила: серые облака в сером небе.

— Ваше Величество, как хорошо, что вы наконец-то пришли в себя!

Тейт переводила взгляд с одного незнакомого лица на другое.

— Позовите Изу.

Голос плохо подчинялся. Получилось тихо и хрипло. Но ее поняли. Ближняя к ней дама сделал скорбное лицо.

— Простите, Ваше величество. Его высочество отстранил эту фрейлину от дежурств. Она недостаточно ловка, я хотела сказать, она не умеет обращаться с больными. А вы больны.

— Я здорова. Позовите Изу и выйдите все из моей спальни.

— Это никак невозможно. У меня приказ. Если Вы можете встать, мы проследуем в официальную залу. Его высочество предупредил, что как только Вы придете в себя, я должна Вас сопроводить для официального представления.

— Покиньте мою спальню, либо ваш сюзерен никогда не дождется представления.

Попытка грубого давления привела Тейт в себя лучше любого лекарства. Да она едва могла подняться, но позволить так обращаться с собой — никогда.

Простое темное платье. Оно оказалось всего-то одно. Остальные наряды — сплошная радость жизни. Тейт приняла ванну, гладко причесалась и заколола волосы. Вуаль тоже имелась, но надевать ее — все равно, что подписать свое согласие на смерть Гуго. А мертвым его не видели. Тошнотворный сверток состоял только из окровавленных тряпок. Только из них! Сигурда — тоже никто!

Пользуясь тем, что назойливые фрейлины болтали в приемной, Тейт немного еще посидела. Не для того чтобы оттянуть неприятную минуту, просто унять внутреннее смятение, загнать его в дальний угол сознания, оставить на поверхности только вид холодного покоя.

Этого не могло быть. Но оно было. И оказалось просто невероятным и где-то даже чудовищным.

Королева вошла в парадный зал через боковые двери. Оба трона стояли на подиуме. В окна бил солнечный свет. Следовало подойти к подиуму и поздороваться, но Тейт замерла на пороге. На троне на королевском месте вполоборота к ней устроился легат магического синода. Только сейчас он был облачен не в шелестящую хламиду, а в камзол императорских цветов — фиолетовый фон и яркая выпушка на обшлагах. Только шевроны выдавали истину…

Трон Синего орла занимал бастард императора!

— О, Ваше высочество. Простите. Уже — Величество, — почти пропел бастард. — За время моего отсутствия Вы опять успели стать королевой этого по истине медвежьего угла. Вам не надоело?

— Потрудитесь ответить, с какой стати императорский дом проявляет столь пристальный интерес к нашей провинции? Помнится, прошлый раз вы представляли магический Совет, получается, к этому скудному кусочку суши приковано внимание чуть ли не всей ойкумены. К стати, если это не секрет, как вам удалось так скоро сменить мантию легата на камзол бастарда императорского дома?

Его не то чтобы подбросило, но качнулся. Лицо изменилось. На мгновение появился прежний целеустремленный, безжалостный, умный и… страшный лик.

— Не скрою, — бастард императора быстро справился и вернул прежнюю манеру расслабленного насмешника. — Вам удалось сильно испортить мои отношения с магическим Советом. До такой степени, что мне пришлось покинуть сие заведение. Благо, ограничений в отношении императорских потомков не существует. Дети Солнцеликого могут пребывать в империи в любых должностях и столько сколько нужно империи, либо им самим.

— Вас выгнали. — констатировала королева, чем еще раз вызвала легкую судорогу в лице завоевателя.

— Нет, — не замедлил соврать визави. — Обстоятельства, а больше того Солнцеликий потребовали моего присутствия сначала при дворе, затем тут.

— Какие обстоятельства? Что империя предъявляет королевству Синего орла?

— Да собственно ничего. До Солнцеликого дошли слухи, что в вашем королевстве творится нечто странное. Якобы страна разделилась и одной частью все еще управляет король, а другой некая дама, называющая себя принцессой в изгнании. Она собирает войска. Королю грозит опасность. Солнцеликий велел мне выехать на помощь. К несчастью по дороге мои люди не разобравшись изрубили какой-то отряд. Мелкое недоразумение, только и всего. Но ваше войско почему-то побежало, да так прытко, что вот даже Вас оставило врагу.

Со стороны все могло выглядеть именно так. Формально — так. Если бы Катан не успел рассказать Тейт правду, она возможно бы и засомневалась.

— Слухи о смуте в нашем королевстве сильно преувеличены. Никакой принцессы в изгнании не существовало. Сие выдумка одной амбициозной и не очень умной особы. Впрочем, на данный момент этой особы просто уже не существует. Ее шайка разбежалась. Так что Вы можете возвращаться к Солнцеликому с рапортом о выполнении задания.

— Не повидав короля Гуго? И, кстати, наследника престола — тоже. Где они? Ах, Вы, должно быть, не знаете. Наследника утащил орел. Уже съел, скорее всего. А короля Гуго задрал медведь.

Тейт видела какое удовольствие доставляет ему, возможность сделать ей больно. А еще он довольно грубо пытался прощупать, много ли знает королева, которая провалялась в беспамятстве несколько дней.

Слишком грубо. Иногда бастарды воспитывались при дворе. Но, кажется, не в данном случае.

— Мертвым короля никто не видел. Куча рваных тряпок не является свидетельством его гибели, — выговорила Тейт ровно.

— При чем тут тряпки? Есть свидетели, как медведь тащил по двору тело короля. Приведи!

Взмах руки напомнил прежнего склонного к театральным эффектам легата. Бастард императора слегка рисовался, а еще откровенно наслаждался своим положением. Поставь перед ним зеркало, смотрел бы вероятно только туда.

В зал приемов втолкнули невысокого тощего мужчину, наскоро и плохо помытого. Руки не связаны, но за спиной, придерживая за куртку, топтался стражник.