Женька опять ушла в обморок даже не почувствовав, как ее отнесли ближе к дороге и уложили на расстеленный мужской плащ.
– Очнитесь, придите в себя! Женька открыла глаза. – Как вы себя чувствуете, все хорошо? Кто вы? Кто вас сопровождает, вы же не можете здесь быть совсем одна? Женька села, пытаясь понять, что происходит. Молодой мужчина с длинными черными волосами, забранными в высокий хвост позолоченной заколкой с нефритами, склонился над ней.
– Вы не из этих земель, странные глаза, бледная кожа… Кто вы? Я отнесу вас в свою повозку, там есть лекарь, это недалеко. Женька хлопала глазами, пытаясь понять, что происходит. Шум в ушах уже прошел и ясность в голове восстанавливалась. Она попыталась вырваться из рук и встать на ноги.
– Я …, нет, не надо, спасибо.… Почему вы меня держите на руках?
– Это моя женщина! К Женьке быстрым шагом подходил Черный Принц. В этот раз он был с Мэн Хо, который вел обе лошади, что было очень кстати.
– Это моя женщина. Чжен, иди сюда.
Незнакомец отпустил Женьку не сразу. Встретившись со взглядом Ван Со, он отвел глаза и только тогда поставил ее на землю. Император подал Женьке руку и помог взобраться на лошадь.
– Прошу прощения, я хотел помочь. Незнакомец поклонился и пошел к дереву, где виднелся его конь. Быстрая уверенная походка, богатое платье, расшитое узорами из цветов и листьев, ловкость, с которой он управился с лошадью, показывали, что это не торговец, а скорее всего, воин или потомок знатного рода. Перед тем, как вскочить на лошадь, он обернулся.
– Чжен, почему ты так часто приходишь сюда, почему не сразу в свой дворцовый дом? Там тоже тихо и спокойно, я позаботился о том, чтобы там было уютно и тебе не докучали. Я волнуюсь, потому что где ты – там обязательно что-то происходит. Сегодня-завтра должен прибыть посланник Го Жуна. Я бы даже подумал, что это он, но член императорского двора Китая не будет путешествовать на лошади один, его, наверняка, сопровождает большая свита.
Женька молчала и думала о том, что случилось. Так по-дурацки упасть в обморок, да еще и при незнакомце – это ее стиль. В этом вся Женька, даже тысячу лет назад и в другом мире. «Странный мужчина, странно смотрел. Можно было подумать, что хотел забрать с собой. Но с другой стороны – обычная помощь пострадавшей женщине. Каждый бы так сделал. Наверное. Слишком пристально смотрел, слишком долго держал на руках, словно запоминал. Глаза невероятные, в книжках про китайских принцесс такие рисуют. Губы не тонкие, как здесь у всех. Почему думаю о его губах? Ткань платья нежная, синий шелк. Здесь синтетики не бывает. Мечта модельеров. Руки сильные, как у Черного Принца. Воин? Принц?»
– Чжен, очнись, ты не сказала еще ни одного слова. Черный Принц повернул ее лицо к себе, придерживая поводья лошади другой рукой. Я знаю, что тебя невозможно украсть или пленить, но я все равно волнуюсь. Ты – моя женщина. Я в ответе за тебя.
Лицо императора касалось Женькиной щеки, и она чувствовала тепло его кожи. Ее спина принимала тепло груди Черного Принца, и это было уютно. Умело направляемая лошадь скакала ровно, Женька уже привыкла к такому передвижению и не боялась свалиться. Сзади раздавался топот копыт коня Мэн Хо. Верный друг и стражник не упускал своего господина из виду, как всегда, находясь где-то чуть позади.
33.
В этот раз Черный Принц привез Женьку не в ее дворцовый домик, а в основную часть императорского дворца. Нужно начинать подготовку к встрече посланников и Ван Со хотел поближе познакомить Женьку с предстоящими церемониями. Императрице Хванбо все чаще и чаще нездоровилось, Леди Кёнхвагён взяла на себя почти всю организацию праздника – танцев кисэн, профессиональных развлекательниц, которым дозволялось проявлять свои певческие и танцевальные таланты в кругу разных мужчин. Составлением меню для столов, подбор музыкантов и еще многими мелкими вопросами занималась тоже она. Женька встречалась с ней только мельком и толком не разговаривала. Вторая жена императора была не очень общительна, зато скромна и добродетельна. Она много времени уделяла посещениям буддистских монастырей и помощи Главной супруге. И она очень хотела порадовать императора рождением ребенка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В главном зале дворца Ван Со рассказывал о Чжунго, то есть Китае, Го Жуне, который был славным воином и значительно расширил свои территории, о том, почему так важен мир между двумя странами. О том, что Корё слишком молодое в самостоятельности государство и не все воспринимают его как сильное. О нападениях варваров, о том, как это мешает торговым обозам, о возможности торгового пути и обмена товарами, если будет решен вопрос с обоюдной защитой от этих племен. И о том, что любой договор с Китаем укажет на то, что Китай признает самостоятельность Корё.
Зал был величественно красив – высокие потолки до десяти метров создавали объем и воздушность, вырезанные деревянные драконы, покрытые позолотой, зеленым и красным цветом, вплетались в поддерживающие столбы. Стена позади трона представляла из себя огромную картину с изображениями солнца, гор, камней, воды, сосен, облаков, журавлей, оленей, черепах, травы бессмертия «пуллочхо», персика и бамбука. Все символы бессмертия, иначе – сипсанчен, составляли пейзажную картину и желали Десять тысяч лет жизни императору, каждое изображение несло в себе сакральный смысл и послание Богов и Неба. Священное изображение занимало самое достойное место.
– Ваше Величество, прибыл посол и представитель императора Чжунго, племянник Го Жуна по линии его сестры, господин Хань Юшенг. Господин Юшенг просит принять его приветствия и надеется на скрепление подписями договора о мире и добром соседстве.
Главный евнух, стремительно вбежавший в зал пару минут назад поклонился и, теперь пятясь задом, отошел на несколько шагов, склонившись в полупоклоне, ожидая решения императора. В полностью черной одежде и полукруглой шапочке с высоким верхом на голове, он напоминал большую толстую муху. Женька улыбнулась.
– Ваше Величество, Ван Со, я удаляюсь, чтобы не мешать вам провести приветственную церемонию. Женька прошла по лесенке подиума, на котором стоял трон, и выскользнула в боковые дверки. Можно было найти слуг и приказать сопроводить себя в дворцовый домик, но Женька не любила просить помощи в тех случаях, где она и сама прекрасно могла справиться. «Да мне в свои покои попасть – глазом моргнуть», – усмехнулась она. Оглянувшись, чтобы понять, что рядом никого нет и не будет слухов о волшебстве и демонах, она шагнула в плотный воздух и растворилась в нем.
В главный зал, украшенный деревянными резными колоннами выкрашенными в красный цвет, входили представители великой китайской империи. Десяток воинов императора Го Жуна, одетых в кожаные доспехи, отделанные металлическими пластинами и застежками, встали по бокам процессии. Представители знати в халатах ученых и несколько людей рангом ниже прошли вперед и расступились, чтобы прошел мужчина с длинными черными волосами, забранными в высокий хвост позолоченной заколкой с нефритами. Синий шелковый плащ, расшитый позолоченными нитями и уверенная походка подсказывали, что он и есть Хань Юшенг. Всадник, руки которого касались Женьки. Благородной наложницы Чжен императора Ван Со.
Конец ознакомительного фрагмента.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
