– А разве это не так, лорд Эндовер? – спросила она.
– Охотно верю в это, – взгляд маркиза был столь удивленным, будто девушка дала ему пощечину.
– Я думаю, что для светского мужчины флиртовать столь же естественно, как дышать. А для меня нет. Как видите, я в этом деле не мастер.
– Прекрасна женщина, которая никогда не оттачивала свои навыки кокетства на мужчинах. Я не подозревал, что подобные леди существуют.
– Опять этот флирт. Уверяю вас, милорд, не надо тратить на меня свое время, – сказала она.
– Я столь неприятен вам?
– Нет, я давно вышла из того возраста, когда играют в эти глупые игры, – Эмма слегка облизнула губы.
– Ну и в каком же возрасте флиртовать становится неуместным? – удивленно спросил Себастьян.
– Лорд Эндовер, мне двадцать шесть лет. Я давно уже не девушка, только что выпущенная из пансиона.
– Я не считаю таких девушек особо интересными, – маркиз пригубил вино. – Но вы, мисс Уэйкфилд, интригуете меня.
Эмме неожиданно захотелось, чтобы Себастьян присел на диван рядом с ней. Ее ноги дрожали так, что она боялась упасть.
– Я думаю, что вам еще не попадались женщины, которые сажают мужчин в подвал.
– Эх, почему же я не встретил вас раньше? – Себастьян от души рассмеялся. Это удивило Эмму. – Где же вы скрывались все это время?
Он отлично играл в эту игру. Себастьян Эндовер прекрасно знал, как заставить женщину почувствовать себя желанной. А разве это не суть флирта? Все попытки Эммы утихомирить свое сердце кончались ничем. Она чувствовала себя, как мисс Кенрик, неопытная героиня романа «Провинциалка». Эмма лишь несколько раз бывала на провинциальных вечерах, но потом умер ее дядя Генри, и ей стало не до этого. Поэтому она не была подготовлена к встрече с таким человеком, как маркиз Эндовер. Если бы судьба была к ней благосклонней, то Эмма еще померилась бы силами с ним. Но сейчас преимущество было на стороне Себастьяна.
– А вы так уверены в том, что мы никогда прежде не встречались? – спросила Эмма Себастьяна.
– Если бы вспомнить, – глаза его сузились, а во взгляде появилась неуверенность.
Эмма хотела ему поверить. Ей доставляло удовольствие представлять себе, что было бы, если бы она пришла на бал к маркизу юной девушкой девятнадцати лет от роду. На ней было бы белое платье, жемчуга. Ее волосы были бы завиты мелкими локонами. И, конечно, она бы заметила его. Эндовера заметила бы любая девушка на балу.
Эмме нравилось представлять себе, как он влюбился бы в нее с первого взгляда. Они бы поженились. Сейчас бы у них было трое детей. Но это всего лишь мечты, пусть и приятные.
– А вы бы смогли меня заметить, милорд? Я понимаю, что вы видите огромное количество юных девушек каждый сезон. Все они молоды и прекрасны. Я была бы лишь одной из них. Всего лишь милым личиком в этом океане лиц.
Себастьян нежно дотронулся до щеки Эммы. От прикосновения у девушки перехватило дыхание. Эмма понимала, что она всего лишь вообразила себе то, что хотела видеть. Должно быть, она видела в его глазах свою страсть, свое желание и свое одиночество.
– А ваше лицо легко запомнить, мисс Уэйкфилд, – сказал Себастьян. – Если бы я заметил вас раньше, то точно бы запомнил.
В кабинете все померкло. Очертания предметов потускнели, остались лишь цветовые пятна. Все исчезло, кроме маркиза. Только он имел форму и суть. Он заполнил собой мир Эммы, вытеснив все остальное. Казалось, солнечный свет опутывал их полотыми нитями, связывал друг с другом. В этот миг она почти поверила в то, что прошлое может измениться, а время и пространство сдвинуться. Эмма вспомнила все, о чем мечтала. Вспомнила все свои желания. В это мгновение мечта показалась явью. Но это была лишь иллюзия, легкая, как утренний туман.
Эмма отодвинулась, освободив свою щеку от прикосновения Эндовера.
– Мы никогда раньше не встречались, поскольку я никогда не была на балах в Лондоне. Большую часть своей жизни я провела в Хемпстеде, – произнесла она.
Эндовер внимательно смотрел на девушку, будто пытался разгадать загадку. Она знала все вопросы, которые он мог бы ей задать. Но ей не было до этого дела.
– Вы верите в то, что ваш племянник убил Мэделин Фитцдауни? – спросила Эмма, повернувшись к Себастьяну Эндоверу.
– Я убедился на собственном опыте, что и невинного человека можно обвинить в убийстве, – ответил Себастьян спустя мгновение.
Эмма вспомнила слухи, которые ходили про маркиза. Правда, она никогда не думала о роли слухов в его жизни. Но теперь девушка почувствовала, что об этом лучше не думать.
– И какое отношение ваш племянник имел к убитой? – спросила Эмма.
– За три дня до гибели мисс Фитцдауни ее мать приходила с визитом к моей сестре Эвелин, матери Бернарда, – Эндовер подошел к камину. Он положил руку на полку и стал смотреть на подставку для дров.
– Кажется, девушка ожидала появления ребенка. И, согласно миссис Фитцдауни, его предполагаемым отцом являлся Бернард.
Эмма ощутила стеснение в груди.
– Похоже, он решает свои проблемы с помощью убийства, – сказала она.
– Возможно, – Себастьян бросил взгляд на девушку. – Также возможно, что они встретились той ночью, поссорились и мисс Фитцдауни случайно упала в реку. Все, что я могу вам сказать, так это то, что Бернарда видели возле моста Воксел той ночью.
– А вы проводили расследование этого происшествия?
– Моя сестра – вдова, – Эндовер поставил бокал на каминную полку. – После гибели Мэделин Фитцдауни она пришла ко мне, чтобы узнать, что же произошло той ночью. Боюсь, что я так и не смог разгадать эту загадку.
– Вы действительно верите в его невиновность? – Эмма смотрела на Себастьяна не отрываясь. По ее коже пробежал мороз.
– Мой племянник живет по иным правилам, чем большинство из нас. Он делает то, что ему нравится, а остальной мир пускай катится к черту, – щека маркиза слегка дернулась, зубы сжались. – Нет, я не верю в его невиновность.
«В его руках может быть Шарлотта, а ведь этот человек способен на убийство. Что же он может с ней сделать?» – ноги Эммы ослабели. Она сделала два шага и упала на край дивана. Свет, струившийся сквозь витраж окна, падал ей на колени, образуя запутанный узор из красного, синего и желтого цветов.
– Мы должны найти Шарлотту, – произнесла Эмма решительным голосом.
– Да, – Себастьян подошел к дивану и сел рядом с Эммой. – Я сделаю все, что в моих силах, мисс Уэйкфилд.
– Вот почему вы пытаетесь помочь мне найти Шарлотту? – спросила Эмма. – Вы верите в то, что наш племянник замешан в ее похищении? Хотите замять скандал?
Себастьян долго рассматривал девушку изучающе. И хотя она не могла сказать с уверенностью, откуда это было ей известно, она, конечно, знала, что маркизу что-то было нужно от нее. Что-то, что начинается с доверия.
