– Мне не важно, какого вы мнения о моей персоне, мисс Уэйкфилд. Могу сказать лишь одно: человек, который, узнав об исчезновении мисс Ашервуд, не стал бы ничего предпринимать, не может быть истинным джентльменом, – произнес маркиз Эндовер.
Неужели Эмма превратно судила о его светлости? Жизнь научила ее не слишком доверять наглым и самодовольным аристократам. Они стремились делать то, что им нравится, а не совершать благородные поступки. Но чем больше Эмма узнавала о маркизе Эндовере, тем меньше верила слухам, окружавшим его. Он мог быть как порядочным человеком, так и негодяем, способным совершить убийство. Эмме следовало быть весьма осторожной.
Себастьян стоял возле окна в Голубом кабинете и смотрел, как мисс Эмма уходила из его дома. Она не хотела, чтобы он проводил ее, взять экипаж Эмма отказалась. Она решила идти пешком. Себастьян не мог вспомнить, когда ему в последний раз попадалась столь импульсивная женщина.
– Мисс Уэйкфилд весьма интересная дама, не так ли?
Себастьян обернулся, услышав голос своей матери. Жаклин Эндовер неспешно подошла к нему. И хотя она спокойно улыбалась, блеск ее глаз говорил о том, какая страстная натура скрыта за этим фасадом спокойствия.
– Мисс Уэйкфилд может взбесить кого угодно. Мне такие женщины почти не встречались.
– Ей нужна твоя помощь, – Жаклин остановилась перед сыном.
– Она ее получит. И неважно, хочет ли того мисс Уэйкфилд или нет.
– На тебя всегда можно положиться. Ты всегда так серьезно относился к своим обязанностям, – Жаклин погладила Себастьяна по руке. – Похоже, из-за этого ты так настойчиво стремишься сделать из своей жизни катастрофу.
– Если вы намерены обсудить…
– Должна заметить, что твой список невест – ужасная ошибка.
– Наоборот, мама. Мой план весьма разумен и практичен.
– Ты думаешь, можно удачно жениться, подходя к этому вопросу столь расчетливо? Это будет катастрофа, и ничего кроме нее. Тебе надо пересмотреть свое решение.
– Мое решение разумно.
– А ты никогда не задумывался о любви? Почему ты смотришь на меня так, как будто я говорю о чем-то мифическом? Ты не веришь в любовь?
– А я и не собираюсь оспаривать существование любви. Но я верю в то, что она редко встречается. У меня нет желания стать жертвой этого жестокого чувства.
– Вот когда ты найдешь свою вторую половинку, то у тебя уже не будет выбора, кроме как отдаться вспыхнувшей между вами страсти. Это судьба, и однажды она найдет тебя, – Жаклин тихо вздохнула. – Я молюсь о том, чтобы ты не упустил свой шанс начать жизнь с той единственной, которую полюбишь.
Себастьян не мог не улыбнуться. Между его отцом и матерью была та дивная любовь, о которой писали на страницах своих произведений знаменитые поэты. Почти двадцать лет спустя с того момента, как умер его отец, Жаклин Эндовер не переставала помнить его. Ей было, за шестьдесят, но она еще сохраняла следы былой красоты и живости, которая очаровала в свое время его отца. Леди Эндовер все еще привлекала мужчин, но новому замужеству предпочла вечное вдовство.
В глубине души Себастьян мечтал о такой любви, которая была у его родителей. Но он знал, что не является тем человеком, который может прожить жизнь, полную страстей. Маркиз был слишком практичен, чтобы позволить чувствам управлять его жизнью. Один раз Себастьян вообразил себе, будто он влюблен. И это действительно было катастрофой.
– Мама, я вырос из того возраста, когда чувствам позволяют управлять рассудком.
– Беатрис была столь же прекрасна, сколь и коварна. К несчастью, ты попался в ее сети. – Жаклин умела необъяснимым образом угадывать его мысли. – Но если ты позволишь ей снова управлять тобой, то лишишься возможности найти настоящую любовь.
– Мама, я давно вылечился от этой болезни. Мои решения не имеют никакого отношения к Беатрис.
– Я не понимаю, как ты мог думать о браке без любви, – Жаклин долго смотрела на сына, будто изучала его.
– Вы говорите как настоящая француженка, – Себастьян тихо рассмеялся.
– Иногда я удивляюсь тому, что в тебе нет ничего французского. Выбирать супругу без любви, словно породистую кобылу, нельзя, мой мальчик. Ты ошибаешься, если думаешь, что разум поможет тебе принять решение, которое должно идти от сердца.
– Я не тот человек, которым управляют чувства. Мною движет разум. Человек, способный сохранять хладнокровие, будет хозяином любого положения.
– Ты слишком рано возложил на себя столь тяжкую ношу. Долг, честь, ответственность. Ты носишь их, словно доспехи. Твой отец не хотел, чтобы ты женился на нелюбимой, был несчастным. Но он просил меня, чтобы ты не вступал в брак до тех пор, пока не найдешь свою вторую половинку.
– Дорогая матушка, кто же знает, где моя половинка?
– Тебе нужно приключение. Такое, которое заставит кипеть твою кровь.
– Но мне не нужно никаких приключений!
– Нет, нужно. Даже больше, чем ты думаешь, – леди Эндовер сжала руку маркиза. – Вот бы тебе встретить такую женщину, которая перевернет твой мир вверх дном, страсть к которой так потрясет тебя, что ты света белого не увидишь, такую женщину, от которой твоя французская кровь закипит в жилах и растопит английский лед.
– А батюшка-то был англичанином. Насколько мне помнится, ты его любила.
– Я его обожала, – Жаклин посмотрела на портрет, висевший на стене. Голубоглазый джентльмен смотрел на нее из рамы. Саймон Сен-Клер был счастлив до последних мгновений своей жизни. Маркиз прекрасно знал, что основу его счастья составляла любовь к матери Себастьяна.
– Да, Саймон был англичанином, но я растопила английский лед. Сомневаюсь, чтобы какая-нибудь дама из твоего списка могла бы совершить нечто подобное, – ответила леди Эндовер.
Себастьян почти не сомневался в том, что его мать права. Он знал все о тех шести женщинах, удостоившихся чести попасть в список потенциальных невест. Их родословные были весьма древними. Ни одна из этих женщин не верила в любовь. Они не требовали от маркиза того, что он не мог им дать. В его браке нет места лицемерию. И любая из женщин, входящих в этот список, могла стать маркизой. Но каждый раз Себастьян не мог принять решение, хотя нерешительность была ему незнакома. Он гордился своим острым умом. Но когда дело касалось выбора, то маркиз терялся. «Наверное, надо сложить бумажки с именами женщин из списка в урну; какую вытянул, та и будущая маркиза», – думал он.
Что он надеялся найти? В его воображении возник, будто незваный гость, образ Эммы. Эмма не могла быть его половинкой.
– Пообещай мне, что не женишься на первой встречной, а то потом будешь всю жизнь об этом жалеть, – Жаклин обхватила длинными пальцами руку сына. – Пообещай, что дашь себе шанс найти свое счастье.
