тревоги, то замирал транспорт и пустели улицы. В напряженной тишине слышалась глухая артиллерийская канонада. Фронт проходил в зоне пригородных поездов. Гитлер хвастался в листовках, что поднимет свой флаг над Кремлем и 7 ноября будет принимать на Красной площади парад германских войск.
«Дорогой дядюшка! - писал фашистский офицер Неймген из Подмосковья в Германию. - 10 минут назад я вернулся из штаба нашей гренадерской дивизии, куда возил приказ командира корпуса о последнем наступлении на Москву. Через несколько часов это наступление начнется… Я видел полки наших гренадеров, которые первыми должны пройти по Красной площади, у могилы их Ленина… Это конец, дядюшка. Москва наша, Россия наша, Европа наша…»
В Берлине по снимкам Красная площадь была размечена так, чтобы солдаты вермахта могли колоннами образовать на брусчатке гигантскую свастику. Операторы немецкой кинокомпании «УФА» прикидывали, с какой из башен Кремля они снимут победное построение. Враг хотел осквернить и уничтожить наши святыни. Гитлер приказал создать специальную саперную команду для взрыва Кремля и Мавзолея.
Но советские люди, ведомые Ильичей, в 1917 году не для того уничтожили власть эксплуататоров, чтобы Гитлер восстановил ее.
В ночь на 7 ноября 1941 года командиры московских частей, готовых к отправке на фронт, получили приказ - утром прибыть на Красную площадь для участия в традиционном параде. В ту же ночь была снята маскировка с Мавзолея.
8 часов утра… На заснеженной Красной площади застыли стройные квадраты маршевых частей. Взоры бойцов и командиров устремлены на Мавзолей, туда, где алеет родное имя - ЛЕНИН. Оно придает каждому силы и веру в победу. С этим именем они пойдут сегодня в бой, с этим именем многие из них погибнут, но не пропустят врага.
Накануне вечером сотни фашистских бомбардировщиков рвались к Москве, но ни одного не пропустили зенитчики и летчики. Был сбит 21 немецкий самолет… Учитывая возможность нового воздушного налета, с утра 550 советских истребителей стояли на подмосковных аэродромах в боевой готовности № 1, чтобы по первому сигналу взмыть вверх и преградить путь гитлеровским асам к столице. На трибуне Мавзолея находился телефон прямой связи с подземным командным пунктом противовоздушной обороны, который первым узнал бы о приближении вражеских самолетов. В здании ГУМа разместился медицинский эвакопункт. Среди приказов, которые мог отдать командующий воздушным парадом, предусматривался и такой: «Парад прекратить. Немедленно вступить в бой!»
Суровы лица бойцов и командиров.
- На вас смотрит весь мир, - долетали с трибуны Мавзолея слова Верховного главнокомандующего, - как на силу, способную уничтожить грабительские полчища немецких захватчиков, как на своих освободителей… Великая освободительная миссия выпала на вашу долю… Будьте же достойны этой миссии!… Пусть осенит вас победоносное знамя великого Ленина!…
Мимо Мавзолея Ильича в четком строю шли стрелковые полки, военные моряки, отряды вооруженных рабочих. За ними - кавалерия, артиллерия, мотопехота. Гулко прогрохотали тяжелые танки KB и средние Т-34, окрашенные в белый маскировочный цвет. Впервые части шли на параде в полном вооружении, с боеприпасами, танки - с полной заправкой горючим, полным боекомплектом снарядов, с задраенными люками, чтобы при необходимости сразу вступить в бой. На всех лицах одна мысль: «Стоять насмерть».
Участник марша - командир роты Василий Ноздрев писал:
Бывают разные парады.
Но этот - подвиг трудных дней.
И мы клянемся, если надо,
Прикрыть телами Мавзолей.
К концу дня сходу вступили в бой участники парада - танкисты, совершившие бросок к северо-западным подступам столицы.
В тот же день отбили первую атаку бойцы 2-й Московской коммунистической дивизии, переброшенные с парада на фронт на трамваях и грузовиках. На высоте «221,1» на их траншеи двинулись три немецких танка, за которыми бежали автоматчики. Приблизившись, фашисты пустили в ход гранаты. Красноармейцы ловили их на лету и швыряли обратно. Кое-где вспыхнули рукопашные схватки. На помощь нашим подоспели огнеметчики. Запылали два танка. Оставив на высоте чадящие машины и трупы, гитлеровцы откатились… 30 ноября двадцать восемь бойцов дивизии - участников парада - отбили фашистскую танковую атаку в 27 километрах от Москвы. Держа оборону между Лобней и Красной Поляной, вооруженные лишь пулеметами и винтовками, они подбили три машины, а две обратили в бегство… От Красной площади до Эльбы прошла 2-я Московская коммунистическая. В честь ее летом 1943 года гремел первый салют Москвы. Она удостоена почетного наименования Орловской, награждена орденами Кутузова и Красного Знамени. Дивизия освобождала Варшаву, штурмовала Кенигсберг и Берлин. Она воспитала 4 полных кавалеров ордена Славы и 16 Героев Советского Союза.
В ночь на 8 ноября перешла линию фронта группа участников и участниц парада - бойцов отряда особого назначения, чтобы взрывать коммуникации и эшелоны врага.
16 ноября 1941 г. участник парада политрук Василий Клочков возглавил 27 бойцов 316-й стрелковой дивизии, принявших бой с 50 танками. Гитлеровцы рассчитывали с ходу пробиться к Волоколамскому шоссе и в тот же день ворваться в Москву. Они надеялись заглушить моторы лишь на Красной площади. Бойцы подбили 17 танков. Когда кончились все боеприпасы, раненый Василий Клочков обвязался последними гранатами и бросился под танк. Участники этой легендарной битвы у разъезда Дубосеково, задержав на целый день крупную немецкую часть, позволили нашим полкам занять более удобные позиции и не допустить прорыва основной массы танков к шоссе. Почти все 28 погибли, но не отступили. Им присвоено звание Героя Советского Союза. Слова политрука Клочкова: «Велика Россия, а отступать некуда: позади Москва» - стали крылатыми.
Некогда отсюда, из Москвы, Владимир Ильич провожал полки, уходившие бить белогвардейцев. 7 ноября 1941 года отсюда снова пошли в бой защитники социалистического отечества. Они знали - за ними Москва, Кремль, Мавзолей Ильича. И стояли насмерть на фронтовых рубежах.
И враг выдохся. Красная Армия отбросила его на запад… 11 декабря 1941 года командующий защитниками столицы генерал Г. К. Жуков доносил в Ставку: «Пленные из группы Гудериана показывают, что им сейчас в связи с холодами разрешено одеть парадное обмундирование, которое они везли с собою для парада в Москве». Помпезные шинели и мундиры, в которых гитлеровцы надеялись щеголять на Красной площади, стали для них погребальным одеянием.
От стен Кремля до стен рейхстага прошли многие участники парада 1941 года. Боец лыжного отряда Лазарь Паперник, танкисты Виктор Григорьев, Иван Веремей и Петр Тюрнев, истребитель танков Николай Жужома, партизанские командиры Евгений Мирковский и Федор Озмитель, пехотинец Даниил Шишков, кавалерист Лев Доватор стали Героями Советского Союза. За Москву, Днепр, за удары по фашистским тылам. Командир 31-й отдельной танковой бригады Андрей Кравченко, проведший парадный строй стальных машин мимо Мавзолея Ленина,
