возвращению спросит о том где и с кем я была.
В разговоре я почти не участвовала, лишь слушала мужчин и звуки в ночи. Где-то ухнул филин, заржали лошади в стойле. Сверчки огласили округу своим стрекотом, соревнуясь, кто громче. Расул вынес плед из флиса и накинул мне на плечи. Температура ночью в Карачаево-Черкессии даже летом могла опускаться до отметки в +15. Находясь среди кучки малознакомых мужчин, я ощущала умиротворение. За последние сутки я испытала столько разных оттенков эмоций, что сейчас тихо наслаждалась вечером, попивая горячий настой из шиповника с медом.
– Хочешь, искупаемся в термальнике? В девять часов он закроется и мы будем там одни, – искушал меня Расул. – Обещаю, приставать не буду.
– Но у меня нет купальника.
– Белье же есть.
Соблазн погреться в сероводородном источнике велик. В прошлый раз я выбрала долгую конную прогулку, пожертвовав горячими ваннами. Соглашаясь на ночное купание, рисковала, но выпрыгнувший на волю адреналин уже сотворил свое коварное дело, ответив "да".
Глава 16. ТЕЛОМ К ТЕЛУ
Расул.
Предложил Аглае совместное купание спонтанно. Она повелась. И теперь глядя на то, как она приближается к бортику бассейна, мозг регенерировал идеи как пережить ее близость. Вот она скинула махровый халат, что любезно предоставил мне лыбящийся Амир, представ в хлопковом белье невинно-белого цвета. Оно в точности отражало суть его хозяйки и я еще больше устыдился своих похотливых мыслей. Завернуть ее в него обратно и с глаз долой, к маме и папе под замок от такого дяди, как я. Так нет же, мазохист во мне лишь укреплялся. Стоял по грудь в бассейне и пялился на нее снизу вверх, как на ёлку в игрушках на детском празднике. Аглая чуть смущаясь, спустилась по ступеням и медленно сползла в терму.
– О, Расул, какая прелесть, такая горяченькая, мягкая водичка. Я в раю!
И засмеялась, плескаясь.
Я отплыл подальше, чтобы не смущать девушку, пусть насладится купанием. Покинув крытый бассейн, выплыл наружу, благо территория его достаточно велика. Густая ночь накрыла холмы, полная луна отражалась серебристой дорожкой на водной глади, превращая обычный вечер в волшебный. Я с каждым днем укреплялся в мысли, что безнадежно влюблен в Аглаю. И мое предложение стать женой не воздействие впечатлений от вечера, а уверенность, что она мне нужна. Навсегда! Желанная выбралась из зоны освещения и плыла ко мне – невинная русалка и дядька Черномор. Очень хотелось похитить купальщицу и завладеть ею безвозвратно.
– Расул, – позвала меня, – ты чего уплыл?
– На воздух захотелось. Смотри какая красота, – и взглянул на небо, откинув голову на кафельный бортик.
Звездные скопления отражали солнечный свет, выстраивая невидимые формы животных и других фигур на куполе неба.
– О, какие красивые звезды! В городе мы их не замечаем.
Я подтянул Аглаю за талию к своему боку, прижал. Она не противилась, откинув голову на плечо. Горячила вода снаружи и горячили эмоции изнутри. Повинуясь желанию, развернул девушку, уложив на себя.
– Нравится?
– Очень. Спасибо за предложение.
– Так удобно? – пристраивая ее скользкое тело на себе.
– Вполне.
– Обхвати меня ногами. Сейчас пойдем под водопад.
Она повиновалась, а я двинулся с ношей по воде, к искусственной водной стихии. – Ай, я намочу волосы, – пыталась уклониться от падающей сверху мощной струи моя ноша.
– Высушим. Зато почувствуешь кайф.
И мы стояли, захлебываясь потоком целебной воды, то подставляясь под него, то выныривая за пределы. Смеялись. Аглая шлепала меня по спине, хватала за волосы, дрыгала ногами, пытаясь отбиться и спрыгнуть, но я упорно не сдавался. Пока она обессиленная, с мокрыми растрепанными волосами не упала мне на плечо, сдаваясь. Я отошел к бортику, усадил ее на решетку в стенке бассейна.
– Ты меня чуть не утопил, – возмущалась нимфа.
А я как идиот улыбался, глядя на нее. Негодующая вызывала еще больше желания. Груди под мокрым хлопком просвечивались, обрисовывая ареолы с торчащими сосками. Маленькие, но такие манящие. Я припал ртом через ткань, обжигая, всасывая в себя. Услышал, как застонала и подалась навстречу моим губам Аглая, вцепившись руками в мои волосы. Второю грудь накрыл ладонью. Мокрая ткань лишь раздражала и я зарычал, задирая вверх белье. Прикоснувшись к теплой коже, начал пировать, извлекая музыку из горла хрупкой девушки.
– Расул, не надо здесь, прошу тебя остановись, – умоляла, а сама ерошила мои волосы и прогибалась под ласками.
Я оторвался и безумным взглядом уставился на мокрую полуголую девушку. Докатился: уже не контролирую состояние.
– Прости.
Уткнулся лбом в ее плечо, пытаясь унять вожделение. Выпустил из рук, отступил. Отвернулся и двинулся к выходу, кидая на ходу, чтобы заканчивала плескаться. Плавки трещали по швам, готовые высвободить бойца-завоевателя. Накинув халат, вышел из купели прочь, прочь от соблазна.
Через двадцать минут встретились в холле. Аглая просушила волосы и заплела их в косу. Мокрое белье сняла и сейчас вышла в одной просвечивающей блузке на голое тело. Я не мог сам смотреть на эту эротику и тем более не мог позволить, чтобы кто-то из сотрудников центра ее увидел. Подошел и накинул мягкий плед сверху.
– На, прикройся. Да и прохладно, не застудись.
– Спасибо.
Амир, не упустил момента полюбоваться на нас, хотя на правах хозяина и обязан провожать.
– Аглая, рад более близкому знакомству.
Приблизился и поцеловал тыльную часть ее ладони, специально раздражая меня. Обладая типичной внешностью горца, знал какие симпатии вызывает у женского пола. А мне хотелось дать ему в нос, по-братски.
– Спасибо, Амир, за все. Ужин и бассейн выше всяких похвал, – смущалась моя любимая под темным взглядом братца.
– Так, все, достаточно церемоний, нам еще домой добираться.
Схватил за руку Аглаю и потащил к выходу, услышал как в спину смеется кузен.
– Расул, – ласково позвала Аглая.
Я оторвался от приборной панели и взглянул на пассажирку: щеки ее еще не покинул румянец, глаза блестят.
– Ты что, приревновал меня?
Казалось, ее удивляла и радовала моя ревность. Почему-то ревности к ее прошлому, жуткому прошлому не было, лишь агрессия. А тут появилось вдруг это чувство впервые, так явно скрутив мои внутренности.
– Ревную. Довольна?
Проказница лишь захлопала глазками, о, сама невинность. Сцепила пальцы, поджала губы и отвернулась к окну.
– Но я не стремилась, он сам полез.
– Знаю. И знай, что меня бесят мужчины от пятнадцати до пятидесяти, что находятся с тобой рядом или смотрят на тебя, поэтому когда говорил про пациентов на массаж, не шутил.
Она резко обернулась.
– И что ты хочешь сказать? Мне не работать теперь?
– Я еще не решил. Не знаю.
Прогрев авто, выехал на трассу в сторону Железноводска.
– Что это значит? Ты мне кто, чтобы указывать?
– Пока никто. Но
