Швырнув ложку в кастрюлю, Оливия пристально посмотрела на Конора.
– Понимаете, почему я это говорю? У всех нас есть свои страхи, мистер Браниган, свои слабости. – Отвернувшись, она тихо добавила: – Но если надумаете научиться читать, то дайте мне знать. Я с удовольствием научила бы вас.
– Так долго я здесь не задержусь.
Оливия поставила кастрюлю на огонь. Она знала: он говорит правду. Еще несколько недель, и он уйдет. Мысль о его уходе должна была бы принести ей облегчение, но этого не случилось, и Оливия не понимала почему.
Глава 10
Конор не был семейным человеком. И уж тем более у него не было никакого опыта по части вечеринок в честь дня рождения маленьких девочек.
Когда девочки вернулись после купания, Оливия отправила их наверх – переодеваться и готовиться к празднику. Конор, решив, что такой прекрасный день очень подходит для прогулки, вышел из дома. За пределами пыльного двора, на пастбище, окруженном деревянной изгородью, паслись мул и корова, которой скоро предстояло отелиться. А в самом конце пастбища стоял курятник, вся краска с которого облупилась от непогоды. Конор увидел и другие хозяйственные постройки, но все они были не в лучшем состоянии. Ухоженными были лишь фруктовый сад и огород.
Он дошел до сарая и почувствовал головокружение. Тяжело вздохнув, опустился на траву и, прикрыв глаза, прислонился спиной к дощатой стене. Слабость… Ох, как же он ее презирал! А ведь когда-то он дал себе клятву, что никогда не окажется в таком положении. Увы, он снова был совершенно беспомощным, и ему хватало сил только на то, чтобы преодолеть несколько ярдов. Что ж, сам виноват.
Головокружение прошло, и Конор, открыв глаза, осмотрелся. Почему-то он сразу же отметил, что крыльцо дома Оливии несколько прогнулось посредине. Да и весь дом был не в лучшем состоянии. Взглянув на крышу, он вспомнил ее слова о том, что ей приходится расставлять банки на полу чердака. Если так, то необходимо как можно скорее залатать крышу, иначе потолок сгниет и рухнет. А потом ему вспомнилось ее предложение. Она хотела научить его читать. Возможно, предложение хорошее, но совершенно бессмысленное. Ему не нужно писать письма противникам на ринге. Кроме того, он сказал ей правду. Он не пробудет здесь столько, чтобы научиться читать. Через несколько недель он снова окажется на дороге.
Тут хлопнула дверь, и послышался веселый смех. В следующее мгновение Конор увидел девочек, сбегавших по ступенькам крыльца. Пес Честер следовал за ними по пятам.
– Иди сюда, мама! – закричала Миранда. – Скорее!
Оливия выскочила из дома с носовым платком в руке и присоединилась к девочкам. Конор увидел, как она завязала платком глаза Миранды, а потом повернула ее три раза.
«Жмурки», – догадался Конор. Его сестры часто играли в эту игру. Он наблюдал, как маленькая Миранда пытается кого-нибудь поймать, но все приплясывали на расстоянии, так что поймать ей никого не удавалось. Тогда Оливия стала у нее на пути – она специально поддалась, чтобы малышка ее поймала.
– Я тебя поймала, мама! – закричала девочка, срывая повязку.
– Да, верно, – согласилась Оливия. Взяв у дочери платок, она завязала себе глаза, и игра началась снова.
Наблюдая за Оливией, игравшей и смеявшейся вместе со своими дочерьми, Конор почувствовал себя ужасно старым. Но ведь на самом деле он вовсе не старый. Ему всего лишь тридцать шесть.
Оливия и девочки встали в круг и, взявшись за руки, запели «Кольцо из роз».[5] Когда песенка закончилась, все со смехом упали на траву.
Через несколько минут игра закончилась, и все четверо направились к крыльцу. Внезапно Кэрри, увидев Конора, замахала рукой и закричала:
– Мистер Конор, идите к нам есть пирог!
Он отвернулся, сделав вид, что не расслышал. Тогда Кэрри помчалась к нему, а следом за ней и Миранда. Конор понял, что скрыться ему не удастся. Он со вздохом повернулся к девочкам. Они остановились перед ним, и Кэрри, схватив его за руку, сказала:
– Мы собираемся есть пирог. Идемте с нами.
– Это пирог в честь моего дня рождения, – добавила Миранда, взяв его за другую руку. – Пирог-пудинг. Вы должны его отведать.
Конор понятия не имел о том, что такое пудинговый пирог, и совершенно не стремился это узнать. Но девочки упорствовали, а Кэрри, отпустив его руку, внимательно посмотрела на него и спросила:
– Мы вам не нравимся, да?
Конор невольно улыбнулся. Он прекрасно знал, к каким уловкам прибегают женщины, и следовало признать, что эта девятилетняя малышка неплохо справлялась с задачей. Пройдет еще несколько лет, и эта девочка будет разбивать сердца. Он позволил повести себя к дому.
Оливия и Бекки были в кухне, куда его втащили похитительницы.
– Вижу, вы решили присоединиться к нам, мистер Браниган, – заметила Оливия, поднимая глаза от миски со сливками, которые она взбивала.
– Особого выбора у меня и не было, – сообщил он с усмешкой.
– Я так и поняла, – улыбнулась Оливия; Через несколько минут, повернувшись к Миранде, она спросила: – Ну, именинница, хочешь помочь мне разрезать пирог?
Малышка расплылась в улыбке, энергично закивала. Оливия показала девочке, как правильно держать нож, и со смехом проговорила:
– Только режь не очень крупно, если хочешь получить второй кусок после ужина.
Положив руку на руку дочери, Оливия помогла ей отрезать первый кусок. Когда пять кусков были отрезаны, Оливия разложила их по тарелкам и положила на каждый по ложке джема, а Бекки украсила каждый кусок пирога взбитыми сливками.
Взяв одну из тарелок, Миранда протянула ее Конору. Взглянув на пирог, он едва заметно улыбнулся – теперь он узнал, что такое пудинговый пирог: бисквит со сладкими сливками и ни капельки рома. «Жаль, что рома нет», – подумал Конор, тихо вздохнув.
– Спасибо, – поблагодарил он, принимая тарелку. Как же он будет это есть? Ложку она забыла ему дать.
– А мы еще поиграем? – спросила Миранда, подходя к матери.
– Если хочешь, – ответила Оливия. – Как насчет шарад?
Предложение было встречено с энтузиазмом.
– Вы поиграете с нами в шарады, мистер Конор? – спросила Кэрри.
Он посмотрел в окно, выискивая место, где мог бы спрятаться. Но тут и другие девочки присоединились к просьбе.
Конор посмотрел на Оливию, но помощи от нее не дождался.
– Значит, шарады? – сказала она, протягивая ему ложку.
Он решительно покачал головой:
– Нет. Ни в коем случае.
Оливия пожала плечами: если не хотите, не играйте.
Но тут Конор увидел три пары голубых глаз, смотревших на него с мольбой, и понял, что не сможет отказаться. Он чувствовал себя идиотом, но все-таки участвовал в игре в шарады.
