— Мужик в химзащите, ты, конечно, видный, статный, наверное, жрёшь протеин банками и не вылезаешь из спортзала, — кусочек протухшего мяса, застрявший между зубов мужчины, выскользнул из своего плена, отправляясь прямиком к нему в желудок, если бы организм Ломагина не переварил всю пищу, то его бы вырвало, — но лифт, это тебе не гриф от штанги, и не гантели, лифт, это целая наука, можно играть мышцами, забрызгивая от натуги всё окружающее пространство дерьмом, а можно сделать так.
Почесав свою огромную задницу, с трудом удерживающую на себе широкие штаны, мужчина достал из кармана отвертку, абсолютно теряющуюся в его руках. Подойдя к створкам вплотную, он медленно вставил отвертку в еле заметное отверстие, не спеша, двигая отвертку из стороны в сторону, мужчина, наконец, достиг своей цели, опуская рукоять вниз.
— Ну, чего уставился, – посмотрел мужчина на Ломагина, — думаешь, двери откроются по мановению руки? Сначала сдвинь правую створку, высунь голову в шахту, увидишь направляющую, долбани по ней чем-нибудь и дверь заклинит.
— Я понял… — просипел Ломагин, от резкого запаха ему хотелось прыгнуть в шахту вниз головой, лишь бы не испытывать подобную пытку, военный инженер с легкостью отодвинул правую створку в сторону и поднятый отверткой фиксатор значительно облегчил эту работу, сведя к нулю прилагаемые усилия. Наверняка существовал какой-то способ заблокировать створку без порчи имущества, но он такого не знал, а стоящий рядом мужчина не спешил им делится, порекомендовав старое доброе средство применяемое уважающим себя вандалом. Делать нечего, стремительный удар трубой и направляющую выгибает вверх, тем самым надежно зафиксировав ролики правой створки в своеобразном капкане.
— Мистер Перкинс, вас зовут, — стоящий неподалёку от них студент, старающийся дышать ртом, показал пальцем на стоящего в отдалении Марко, что-то втолковывающего задумчиво чешущему голову старику.
— Ничего не могут без меня сделать, криворукие черти, — грузно переваливаясь с ноги на ногу мужчина, отправился разбираться с очередной проблемой, оставив после себя никак не желающий развеяться смрад.
— Феникс, — протянул руку для рукопожатия студент.
— Ломагин, ты меня спас, я думал, задохнусь, — военный инженер был безмерно благодарен своему спасителю, избавившего его от столь проблемного знакомства.
— На самом деле мистер Перкинс нормальный мужик, всегда поможет, просто у него с гигиеной проблемы, да и нравится ему почему-то бесить людей. Я и ребята будем тебя страховать, у нас и даже есть верёвка, — один из товарищей Феникса и впрямь держал в руках моток альпинистской верёвки.
На вопросительный взгляд Ломагина, Феникс ответил просто:
— Одна студентка, её имя тебе ничего не скажет, серьёзно подсела на всё, что связано со скалолазанием, уж очень её впечатлил Сильвестр Сталлоне, думаю, занимаясь во всевозможных секциях, она надеялась встретить там такого же горячего красавца. Теперь вот не встретит, — Ломагину показалось, что торчащие во все стороны волосы на голове Феникса опустились в знак солидарности с горем хозяина.
— Только не отпускайте, — напутствовал своих помощников Ломагин. Обмотав вокруг пояса веревку, он постарался сделать узел как можно крепче.
— Готовы?
Синхронные кивки головами стали ему ответом.
— Тогда поехали, – военный инженер бесстрашно шагнул в разверзшуюся под ним тёмную бездну. Всё же его чрезмерное увлечение боевиками чаще вредило делу, чем помогало. Неготовые к подобному фортелю помощники, чуть не отправились следом за ним, с трудом удержавшись на самом краю провала. Их панические вскрики слились воедино с глухим звуком удара головы Ломагина об кирпичную кладку.
— Ты в порядке?
— Да, со мной все хорошо, — выплюнув зуб, ответил Ломагин, ощущая, как в режиме реального времени на месте пропажи появляется другой такой же зуб. Из-за несогласованности действий и своей глупости, военный инженер пролетел нужный ему этаж, ударив ногами по створкам, отделяющим шахту от холла первого этажа.
«В следующий раз буду внимательнее», – пообещал сам себе Ломагин. Неравномерные рывки медленно поднимали едва болтающееся тело военного инженера. Донёсшийся до него грохот посуды и бессвязные крики подбадривающих друг друга людей ознаменовали начало операции. Взятый с собой фонарик не пригодился, небольшая резь в глазах, и тьма расступается, позволяя Ломагину в мельчайших подробностях рассмотреть запорный механизм створок. Поднять фиксатор не имея опоры под ногами не доставило Ломагину столько сложностей, как попытка сдвинуть в сторону створку.
Сквозь небольшую щель было
