Однако в то время, как Италия праздновала победу над готами, на севере происходили куда более тревожные вещи. Приблизительно в 400 г. множество германских племен – бургунды, лангобарды, свевы, вандалы и герулы – пересекли Альпы и вошли в Северную Италию. Это вторжение вызвало большую тревогу, чем появление войска готов, которые, по крайней мере, были христианами (хотя и еретического, арианского толка), в то время как новые орды под предводительством Радагайса таковыми не являлись. Ценой невероятных усилий Стилихон собрал армию. В 406 г. Радагайс во главе 20 тысяч воинов осаждал Флоренцию; Стилихон окружил варваров и принудил их сдаться (рис. 36).
Рис. 36. Меч с рельефа из слоновой кости на одной из створок диптиха памяти Стилихона (см. рис. 45)
Вскоре после этого способный и победоносный главнокомандующий навлек на себя подозрения слабого, взбалмошного императора Гонория, и тот приказал его убить. Лишив таким образом Западную империю единственного достойного лидера, он пошел еще дальше и спровоцировал на бунт 30 тысяч готских наемников, приказав перебить их семьи, которые находились у императора в качестве заложников. Алорих и его люди, которые ждали только удобного момента, при этом известии немедленно снова пересекли Альпы, присоединились к мятежникам и повели объединенные силы варваров к воротам Рима. Они осадили город, и очень скоро римляне начали переговоры о сдаче. Аларих оставил им жизнь, но мало что кроме этого; полностью, в отличие от своего более милосердного предшественника, разграбив город, он затем вернулся в Этрурию. Здесь армию постоянно пополняли все новые бургунды, лангобарды и герулы, обращенные в рабов после поражения Радагайса в 406 г. Теперь они восстали против своих хозяев (ибо должно смениться не одно поколение, прежде чем непокорный варварский дух смирится со своей участью). Нужен был только удобный случай для того, чтобы эти люди вернули себе свободу, и этот случай Аларих им предоставил в самый подходящий момент. Тем не менее предводитель варварских племен не собирался сеять страх и уничтожение на всей территории империи, хотя, пожалуй, со своими силами вполне мог бы это сделать. Вместо этого он попросил земель, на которых мог бы поселиться вместе со своими воинами, но Гонорий встретил это предложение (очень разумное при сложившихся обстоятельствах) в своем обычном духе – презрительным и нелепым отказом. Вообще, вся жизнь этого бездарного императора была цепью неудач, вызванных неспособностью смирить свою взбалмошность и подозрительность. Благодаря этому он лишился тех немногих верных и способных слуг, которые у него еще были (далеко не единственным, но очень ярким примером тому служит участь Стилихона, казненного в тот самый момент, когда империя нуждалась в нем больше всего).
Получив отказ императора, данный в самой оскорбительной форме, Аларих снова повернул свои войска на Рим, на этот раз решив окончательно с ним разделаться (собственно говоря, самому императору опасаться было нечего. Он жил не в Вечном городе, а в Равенне, хорошо укрепленной и практически неприступной крепости). Однажды ночью, в августе 410 г. его воины ворвались в город, «и жители были разбужены ужасными звуками готских труб». Со времени разграбления города галлами прошло около 800 лет. Первое нападение варваров было ничем по сравнению с этим. Теперь военачальником двигала не только жажда наживы, но и оскорбленная гордость, и Риму нечего было ждать пощады.
Полностью разорив город, Аларих повел своих воинов на юг, рассчитывая пересечь море и добраться до Сицилии, а оттуда – до Северной Африки. Смерть помешала его планам: корабли погубил необычайной силы шторм, а сам предводитель вскоре умер от лихорадки на юге Италии.
К этому времени практически довершено было разрушение Западной империи. Пытаясь защитить Италию от готов, Стилихон забрал все военные отряды из отдаленных уголков империи, какие только можно было вызвать. Впрочем, и без этого благодаря постоянным беспорядкам в государстве они были практически оголены, так что борьба с готами лишь довершила процесс, происходивший уже довольно долгое время. В 410 г. последний римский легион покинул Британию, и даже крепости Галлии остались без своих гарнизонов. Переправу через Рейн теперь никто не охранял, и конечно же варвары хлынули этим путем в глубь Галлии. Вандалы отправились прямо в Испанию и Африку, а готы, дочиста разграбив Италию, снова пересекли Альпы и поселились в Южной Галлии, создав сильное королевство вестготов, в то время как на северо-востоке бургунды становились серьезной силой, которая в следующем столетии уже влияла на политическую ситуацию во всей Европе.
Затем в этом регионе наступило временное затишье, которое продлилось около 200 лет. Гонорий, по счастью, умер в 423 г., и генералу Аэцию, сменившему Стилихона на посту главнокомандующего, было поручено защищать Галлию, границы которой он и сохранил в неприкосновенности еще на двадцать лет. Однако в середине V в. империя познала еще больший ужас: гунны снова двинулись в поход, на этот раз не медлительным потоком людей, ищущих новые земли, а в виде огромной, хорошо организованной армии под предводительством способного лидера. Им стал Аттила, «бич Божий». Он разбил армии императора Востока и наложил дань на Константинополь, а затем отправился на запад, пересек Рейн и вторгся в Галлию. Римляне и готские завоеватели объединили свои силы перед лицом общей угрозы: вестготы под предводительством короля Теодориха, совместно с франками и бургундами, встали под знамена Аэция, но тем не менее многие из их родичей (и среди них лангобарды, герулы и остготы) в то же время сражались в армии Аттилы. В 451 г. гунны и римляне встретились недалеко от Шалона; сражение было долгим и ужасным, и, хотя оно так и осталось незавершенным, все же историки считают его не последним в ряду решающих сражений, когда-либо происходивших в мире. Аттила вместе с остатками своей армии (современники пишут, что число его воинов достигало 400 тысяч человек, из которых половина пала в битве при Шалоне. Судя по всему, это число сильно завышено) отступил за Рейн. Он покинул Галлию, не начиная новых сражений, но Италия снова сильно пострадала. Армия Аттилы грозила самому Риму, однако папе Льву Великому удалось (не без помощи изрядного выкупа, собранного императором) уговорить военачальника покинуть страну. В этом ему помогла эпидемия, которая разразилась среди солдат Аттилы и опустошала его армию, поэтому вскоре вождь повел своих гуннов на север и снова пересек Альпы. Некоторое время спустя, в 453 г., он умер. Без своего могучего лидера гунны рассеялись во все стороны и вскоре слились с народами, которых некогда завоевывали. Единственным памятником этому народу осталось название страны, в которой поселилось больше всего гуннов, – Венгрия[7].
Стоило только Аттиле покинуть Италию, как Рим встретился лицом к лицу с новой угрозой. В 455 г. Гейзерих во главе флота вандалов поднялся вверх по Тибру. Лев Великий снова пытался ходатайствовать за город, но Гейзерих согласился только пощадить жизни обитателей города, а все трофеи, которые можно было найти, объявил собственностью своей и своих воинов. Грабежи продолжались четырнадцать Дней и ночей; все, что имело хоть какую-то ценность, у римлян отобрали (в общем-то трудно поверить, что в городе еще оставались какие-то ценности). Из Капитолия забрали огромные золотые подсвечники и множество других сокровищ, которые Тит вывез из храма в Иерусалиме.
В течение двадцати лет, последовавших за нападением Гейзериха, на римском престоле один марионеточный император, назначенный вождями германских племен, вторгшихся в Италию, сменял другого. Конец наступил в 475 г., когда генерал по имени Орест возвел на престол своего собственного сына, Ромула Августа, которому было всего шесть лет. Мальчика прозвали Августулом (маленьким Августом). Он правил всего лишь год и прославился только тем, что стал последним в истории императором римского Запада. В 476 г. вождь герулов Одоакр лишил его престола и упразднил титул императора, взяв на себя бразды правления Италией. После этого сенат отправил посольство в Константинополь, вручив посланнику императорские одежды и регалии и поручив сказать императору Зенону, что Запад отказывается от своего правителя и просит Одоакра править в качестве наместника. Разрешение было дано, и Италия стала провинцией Восточной империи.
Одоакр недолго наслаждался своей победой: в 493 г. его разбил Теодорих Остгот, который пришел из Иллирии во главе большой армии готов. Этот военачальник провел большую часть своей юности при константинопольском дворе и хорошо знал римские обычаи. Многие годы и он, и его готы были вассалами Константинополя, но наконец Теодорих рассорился с императором и покинул страну. Борьба между остготами и объединенной армией под началом герула Одоакра продолжалась несколько лет, но в конце концов военачальник был разбит, заключен под стражу и казнен в Равенне.
