До 1827 года русскими царями евреи были освобождены от тяжелой рекрутской повинности, поэтому они не погибали, как русские в постоянных войнах, которые вела наша страна с татарами, турками, Наполеоном и другими врагами отечества. Но и с указанного года «угнетенная нация» в России имела особые льготы: от рекрутства полностью освобождались купцы всех гильдий, жители сельскохозяйственных колоний, цеховые мастера, механики на фабриках, раввины и все евреи, имеющие среднее и высшее образование. Только в 1874 году был издан новый воинский устав, который ввел всеобщую равную мобилизационную повинность, от которой молодые евреи избавлялись массовой эмиграцией в Америку. К этому времени российское еврейство составляло 51 % мирового.
Первые евреи появились с разрешения императрицы Екатерины II в 1763 году. Кроме того, в результате территориальных изменений конца XVIII и начала XIX века Россия получила не только русские земли бывшей Киевской Руси с коренным русским (украинским и белорусским) населением, но и прочно обосновавшихся на этих землях во время польского владычества евреев. После этого (1815 г.) общее число евреев, русских подданных, составило около 1 200 000 человек. Ровно через сто лет, в 1915 году, их число увеличилось (с учетом того, что к этому времени 1 500 000 евреев эмигрировало в Америку) до 7 000 000. Значит, за сто лет численно эта «угнетенная нация» возросла в 6 раз, тогда как общее число народонаселения всей России возросло всего в 4 раза.
Составляя в начале ХХ века всего меньше четырех процентов населения России, евреи имели больше двенадцати процентов среди русских подданных, имеющих высшее образование, что позволяло им принимать активное участие в культурной жизни страны и оказывать значительное влияние на настроения широких масс, становиться революционерами: готовить свержение и убийство своего благодетеля – русского царя.
История гибели семьи русского царя, с ее деталями, чрезвычайно важна для понимания не только тех давно минувших дней, но и дальнейшего хода событий почти на сто лет вперед. Это своего рода момент истины, где все участники событий: от «благородных» великих князей, генералов и господ офицеров, с одной стороны, и до «идейного» вождя мирового пролетариата В. И. Ленина и его гвардии, с другой стороны, показали перед всем миром, современниками и потомками, кто они есть на самом деле. После этого, когда они начинают сочинять басни о своем исключительном благородстве, сразу возникает вопрос: а как у них с «мальчиком и девочками кровавыми в глазах»? Все короли-то оказались голыми. После этого все их благородство, порядочность и честность превратились в черепки.
Уроки этой кровавой истории во многом поясняют обращение И. В. Сталина со своими противниками во время его борьбы с троцкистами в тридцатые годы. «Дети и внуки Арбата» – дети и внуки тех самых троцкистов – до сих пор стонут о якобы патологической жестокости И. В. Сталина к представителям ленинской гвардии. Последние ими, естественно, представляются в виде ангелов, благородных, безукоризненно честных и порядочных людей, беззаветно преданных идеям добра и справедливости.
Со времен разоблачения так называемого культа личности, с ХХ съезда КПСС (1956 г.), официальными средствами информации – других у нас не было – в этом направлении шла непрерывная промывка мозгов, нас убеждали: плохой Сталин ни за что убивал хороших революционеров, ленинскую гвардию. Мы плохо представляли, кто такие были эти революционеры, что они полезного сделали для страны, однако одного того, что они были ленинцами, было достаточно, чтобы считать их хорошими. Но, в отличие от нас, И. В. Сталин очень хорошо знал человеческие качества, цели и дела этой «гвардии». Поэтому к ней он относился так, как она того заслужила.
Возвращаясь к истории с царской семьей, сразу напомним, что бывший русский император Николай II, супруга его Александра Федоровна, сын Алексей, дочери Татьяна, Анастасия, Ольга, Мария, а также доктор Евгений Сергеевич Боткин и прислуга: повар И. М. Харитонов, официант А. Е. Трупп и горничная А. С. Демидова были зверски убиты в ночь на 17 июля 1918 года. Изверги не пожалели ни невинных детей, ни совсем не причастных к царским делам врача и прислугу. Кровь невинно убиенных легла вечным несмываемым пятном на руки палачей, которые якобы действовали от имени рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. Правда об этой кровавой, невиданной в истории России драме долгие годы замалчивалась большевиками, так как убийственно их дискредитировала в глазах хоть сколько-нибудь порядочного человека.
Документы судебного следствия об убийстве русского государя и членов его семьи, собранные судебным следователем по особо важным делам Омского окружного суда Николаем Алексеевичем Соколовым, дают возможность приоткрыть правду о событиях, произошедших в ночь на 17 июля в доме Ипатьева, в Екатеринбурге. Правда о смерти царя – правда о страданиях России, справедливо признанная русским национальным достоянием, дорого стоила Соколову Н. А.: 23 ноября 1924 года он скоропостижно скончался якобы от разрыва сердца в возрасте 42 лет, до выхода своей книги «Убийство Царской Семьи». Скорее всего, ему «помогли» умереть. Для подобных «мокрых» дел чекисты создали специальную группу людей, входивших в состав ИНО (иностранный отдел ГПУ). Кроме того, в распоряжении этого отдела была специальная лаборатория Майрановского, под руководством которого разрабатывались и испытывались на людях яды для умерщвления неугодных.
Товарищи Н. А. Соколова проводили его в последний путь на кладбище небольшого местечка Сальбри под Руаном, на могиле поставили деревянный крест с надписью: «Правда Твоя – Правда во веки».
Фактически убийство царской семьи – «убийство века» – было задумано и решено не в Екатеринбурге, а в Москве заговором трех пламенных революционеров: Яковом Мовшовичем Свердловым, председателем ЦИКа; Шаей Исааковичем Голощекиным, членом ЦК партии большевиков, который был на Урале членом областного Совета и областным военным комиссаром; и Янкелем Хаимовичем Юровским, непосредственным организатором убийства и палачом. Эта тройка отлично знала друг друга лично. Известно, что Свердлов и Голощекин отбывали сибирскую ссылку в туруханском поселке Курейка, куда после ареста направлен был и И. В. Сталин. Также известно, что антагонизм между этими двумя евреями и одним грузином был настолько сильным, что вскоре после приезда Сталина в Курейку ее покинул Свердлов, а за ним добился перевода его друг – Голощекин. Ужиться в одном поселке эти три революционера вместе не могли.
Между 4 и 14 июля 1918 года Голощекин был в Москве и жил в квартире Свердлова. Именно в это время судьба царской семьи была окончательно решена.
Охрану ипатьевского дома организовал Голощекин, она и подчинялась ему как областному комиссару. В качестве коменданта дома, естественно, был назначен свой – Юровский. Обычно охрану царской семьи нес караул, состоящий из отбросов общества: русских, купленных небывало высокими по тем временам для рабочих людей заработками – 400 рублей в месяц. Однако как Голощекин, так и Юровский считали, что для выполнения такого «деликатного» задания, как убийство бывшего русского царя, царицы и их детей, даже «эти сливки русского рабочего класса» не годятся. Не тот, как сейчас говорят, менталитет; не у всех остатки совести могли быть пропиты до конца, поэтому внутренний караул накануне убийства был сменен на команду из Чрезвычайной комиссии из 10 человек, состоящую из так называемых «латышей».
Действительная национальность убийц царской семьи – непосредственных подсобников Юровского – не установлена: «латышами» русские караульные внешней охраны называли всех нерусских. Юровский, знавший немецкий язык, говорил с ними по-немецки. Сохранился список из 7 фамилий непосредственных палачей, отпечатанный на бланке Революционного штаба Уральского района. Ими были: Горват Лаонс, Фишер Анзелм, Эдельштейн Изидор, Фекете Эмиль, Надь Имре, Гринфельд Виктор, Вергази Андреас. Больше эти имена ни разу не встречаются ни в каких документах ЧК. Похоже, что под этими фамилиями действовали совсем другие люди, если, конечно, их можно назвать людьми.
В 12 часов ночи Юровский разбудил царскую семью и обманом выманил их в угловую комнату нижнего этажа: якобы на Екатеринбург наступают белые армии; мол, город может оказаться под артиллерийским обстрелом, в целях безопасности следует всем перейти с верхнего на нижний этаж.
Часу во втором ночи вышли из своих комнат царь, царица, четыре царские дочери, служанка, доктор, повар и лакей. Царь нес больного сына на руках, младшая дочь царя, Анастасия, несла на руках свою любимую собачку, Джемми. Дорогу указывал Юровский.
Одновременно с указанными лицами в комнату нижнего этажа вошли их убийцы: Юровский, его помощник Никулин, два члена Чрезвычайной комиссии и семь человек «латышей». Загремели выстрелы. Палачи стреляли из револьверов. Вслед за первыми выстрелами раздался женский визг и крики жертв. Первым пал русский царь, за ним наследник, некоторые пытались закрыться подушками, которые принесли с собой царские дочери и служанка, в ход пошли и штыки; кровь текла потоками.
