— Я буду милостив. Верю на слово, что сейчас вы не узнали меня, однако по вашему же признанию вина ваша велика. Вы злоумышляли на мою жизнь. Вы предатель. И все же я склонен простить вас. Моя сестра оплела вас своими чарами и погубила вас колдовством. Ей я и хочу отомстить. Я сделаю с ней такое, что весь христианский мир заговорит об этом. Когда-то я любил и почитал ее. Теперь она пожнет плоды моей ненависти.
Артур призвал судей этого боя и рассказал им о том, как два добрых рыцаря чуть было не поубивали друг друга.
— Знай я, кто передо мной, — сказал он, — я бы не поднял свой меч против него.
И Акколон призвал зрителей:
— На колени! Это ваш король. Это Артур.
Все пали на колени и молили о прощении.
— Я милую вас, — сказал король. — Вы сами видели, что может случиться, если двое рыцарей вдадутся в обман. Я сражался с одним из моих людей, и оба мы жестоко изранены. Мне нужно отдохнуть. Но прежде я должен рассудить двух братьев.
Итак, он подозвал к себе сэра Дамаса и сэра Отлейка.
— Дамас, вы навлекли на себя бесчестье. Я обвиняю вас в трусости и злодействе. Поэтому я передаю все земли вашему брату, а он будет каждый год выдавать вам лошадь под дамским седлом. Только добрые рыцари могут ездить на боевых конях. Я требую, чтобы вы уплатили этим рыцарям компенсацию за долгое заключение в темнице и чтобы под страхом смерти обещали никого больше не захватывать в плен. Если при моем дворе снова кто-нибудь пожалуется на вас, вы за это умрете. Вы меня поняли?
Сэр Дамас молча склонил голову.
— Что до вас, сэр Отлейк, вы доказали свою отвагу и честь. Прошу вас как можно скорее явиться ко мне, я приму вас в число моих рыцарей.
— Возблагодари вас Господь за вашу доброту и щедрость, — отвечал сэр Отлейк. — С этой поры я в вашем распоряжении. Не будь я ранен, вышло бы так, что я бы сегодня сражался против вас.
— Лучше бы моим противником были вы, тогда бы я не был так жестоко изранен. Мой собственный меч обернули против меня и чуть не прикончили меня колдовством.
— Печально это, — молвил сэр Отлейк, — чтобы столь великому королю вредили предатели.
— Они получат награду по заслугам. И Фея Моргана тоже будет наказана, можете быть в этом уверены. А теперь скажите мне вот что: далеко ли мы от Камелота?
— В двух днях езды, государь.
— Я хотел бы добраться до какого-нибудь монастыря, где я мог бы отдохнуть и исцелить мои раны.
— Здесь поблизости есть аббатство, основанное вашим отцом, там живут монахини.
Итак, Артур и Акколон взяли коней и поехали в аббатство. Там их лечили хорошие врачи, но Акколон четыре дня спустя умер от ран: он потерял слишком много крови. Зато к королю вернулись прежние силы. Он положил тело Акколона на конную повозку и велел шести рыцарям проводить его обратно в Камелот.
— Доставьте его моей сестре Фее Моргане, — сказал он им. — Скажите ей, что это мой подарок. И сообщите ей также, что мой меч и ножны вернулись ко мне.
Фея Моргана задумывает убить мужа
Тем временем Фея Моргана, считая, что король мертв, составила план убийства и супруга. Она хотела управлять государством вместе со своим возлюбленным Акколоном и присвоить себе всю власть. Увидев, что король Уриенс уснул, она призвала одну из фрейлин.
— Принесите меч моего господина, — распорядилась она. — Сейчас самый подходящий момент, чтобы его убить.
— Госпожа, — сказала ей девушка, — если вы убьете мужа, не будет вам избавления.
— Цыц! Время настало. Неси меч.
Девушка вышла из спальни и прямиком отправилась к сыну королевы. Она пробудила сэра Увейна от сна.
— Вставайте, сэр, — сказала она ему. — Моя госпожа, ваша мать, надумала убить вашего отца. Она велела мне принести его меч.
— Делайте, как она велит, — отвечал сэр Увейн. — Я сам с ней разберусь.
Дрожащими руками девушка поднесла королеве меч. Фея Моргана приняла его с улыбкой и приблизилась к ложу. Едва она занесла оружие, чтобы поразить супруга, как сэр Увейн схватил ее за руку и вынудил опустить меч.
— Что ты за демон! — крикнул он ей. — Не будь ты моей матерью, я бы этим самым мечом снес тебе голову! Говорят, будто Мерлин — сын нечистого, но я и вовсе сын земного демона!
— Помилуй меня, славный сынок! Дьявол соблазнил меня и ввел в заблуждение. Никогда больше я не сделаю ничего подобного. Пожалей меня! Не выдавай двору.
— Пока ты не нарушишь это обещание, я не выдам тебя.
— Даю тебе слово.
Затем пришло известие, что сэр Акколон скончался, а король вновь обрел свой меч. От такого несчастья Моргана едва не лишилась чувств, но не хотела выдавать свою скорбь и сумела сохранить видимость спокойствия. Тем не менее она прекрасно понимала, что с возвращением Артура ее жизнь окажется в опасности.
«Уж золотом-то он меня не осыплет», — сказала она себе и второпях отправилась к королеве Гиневре просить разрешения покинуть двор: у нее-де срочные дела в собственном королевстве.
— Неужто вы не дождетесь возвращения брата? — спросила ее Гиневра.
— Не могу медлить, госпожа. Неотложное дело.
— Тогда, конечно, вам следует ехать.
Итак, на рассвете следующего дня Фея Моргана села на коня и скакала день и ночь, подальше от двора Артура. На второй день она добралась до аббатства, где Артур оправлялся от ран. Узнав, что король находится там, она спросила, как его самочувствие.
— Сейчас он уснул, — сказала ей настоятельница. — Последние три ночи он мало спал.
— Ну, хорошо, — сказала она. — Тогда не будите его, я сама его попозже разбужу.
На самом деле она задумала вновь украсть волшебный меч и ножны.
Моргана прямиком прошла в те покои, где отдыхал ее брат, и увидела, что он спит, сжимая в руке обнаженный меч.
— Я не сумею забрать у него Экскалибур, не разбудив его, — прошептала Моргана. — Что же мне делать?
Тут она увидела заколдованные ножны и проворно их схватила. Она выбежала из покоев и велела подать ей коня.
Проснувшись, Артур увидел, что ножны пропали.
— Кто сюда приходил, пока я спал? — спросил он настоятельницу.
— Только ваша сестра, государь. Королева Фея Моргана.
— Вы плохо служили мне. Вы не сумели меня уберечь.
— Что же я должна была сказать королеве? Я не посмела ослушаться ее.
— А теперь слушайте меня: дайте мне лучшего коня, какого сможете сыскать. Зовите сэра Отлейка и велите ему прибыть сюда на добром коне и во всеоружии не позднее чем через час.
Вдвоем с Отлейком он поскакал вслед за Феей Морганой. Проскакав много миль, они добрались до каменного креста и там увидели бедного пастуха. Они спросили его, проезжала ли этим путем какая-нибудь дама.
