Она могла бы принадлежать ему. Она достаточно прозрачно намекала на это. Вопрос в том, как долго он хотел продлить эти минуты приятной неизвестности. Желание захлестывало его, но до сегодняшнего дня он и не предполагал, что существуют эмоциональные предпосылки чувственной любви, а не только страсть и желание. Он всегда знал, как будет себя чувствовать до, во время и после. Менялся только объект и вариации. Но сейчас он не понимал себя.
Когда она развязала зеленые ленточки своих маленьких туфель, а затем стянула с ног белые шелковые чулки, он наблюдал за ней, чувствуя, что теряет контроль над собой. Но многолетняя практика общения с женщинами помогла ему прийти в себя и вспомнить о ритуале ухаживания. Всупая в любовную игру, он взял себя в руки. Он не опозорит себя и не накинется на нее, подумал Этьен и невольно улыбнулся своим мыслям.
— У вас загадочная улыбка. Может, поделитесь со мной, чему вы улыбаетесь? — мягко спросила Дейзи.
— Ну, вообщето я раздумывал, как подступиться к вам, — его зеленые глаза сверкнули изумрудными искрами.
— И это говорите вы?
— Видите ли, моя репутация, — он усмехнулся, — это серьезная проблема.
— Именно ее я и собираюсь проверить.
— Так это что, научные исследования? — он иронично приподнял бровь.
— О небо!.. — вздохнула Дейзи, развязывая одну из лент в своих волосах. — Я думала, что научу вас коечему, что умею я.
Он был ошеломлен, и она рассмеялась как ребенок, увидевший чтото новое.
— Вы что, не знаете, что абсароки достаточно раскованные люди? — она дразняще улыбнулась.
— Вероятно, я забыл об этом, — осторожно ответил герцог.
Она изящным жестом стянула ленту с волос и бросила к туфлям и чулкам. Потом подняла на него темные глаза, обрамленные густыми, длинными ресницами.
— Испугались?
— Разумеется, нет, — спокойно ответил он, освобождаясь от жакета. — А что, должен был? — улыбаясь ей, он наклонился и снял ботинки.
Было бы невежливо с его стороны вспомнить о том, что он был своего рода рекордсменом в борделе мадам Белу.
Так же небрежно, как он освобождался от своей одежды, Дейзи начала расстегивать платье. Его шелковая кремовая рубашка отправилась на пол балкона вслед за жакетом. Когда он освободился от брюк, Дейзи отметила, что его нижнее белье было из белого хлопка и фасон был гораздо более смелым, чем обычно принято у мужчин. Герцог шил белье на заказ и хотел чувствовать себя комфортно, особенно при игре в поло.
— У вас необычное белье…
— Откуда вы знаете? — спросил он, чтобы хоть както противостоять ее вызывающему самообладанию.
— Я живу в этом мире уже тридцать лет и успела коечто повидать.
— Женский сарказм меня раздражает, — он пристально смотрел на нее.
— Так же, как меня — высокомерие мужчин. Мне что, не позволено даже невинное замечание?
— Относительно мужского белья — нет. Я считаю невежливым обсуждать предыдущих любовников.
— Бог мой, как вы раздражительны. А разве я говорила чтонибудь относительно любовников?
Ему очень хотелось убрать с ее лица эту улыбку вместе с «невинным замечанием».
— И, конечно, вы не хотите женщину, которая во всем с вами не согласна?
— Мы мало в чем соглашаемся друг с другом, — спокойно сказал он, соображая, что, возможно, снова делает ошибку, стоя тут раздетым перед женщиной, которую едва знает.
Дейзи улыбнулась. Хэзэрд Блэк узнал бы эту улыбку: так умела улыбаться ее мать.
— Ну, в некоторых вещах, — промурлыкала она, — мы, я думаю, могли бы сойтись во взглядах.
Он внезапно усмехнулся, вспомнив, что чувственное наслаждение и интеллектуальные дебаты — разные вещи.
— Что вы скажете, если мы обойдемся без кровати? — предложил он.
На лице Дейзи появилась весьма провоцирующая улыбка.
— Скажем так, — многообещающим голосом произнесла она, — кровать понадобится нам в следующий раз. Своей рукой он накрыл ее руку.
— Может, достаточно разговоров?
Он сам, не торопясь, окончательно раздел ее. Разобравшись в хитросплетениях крючков и кружев, он обнаружил, что она не носит корсет.
— У вас тоже необычное нижнее белье. Она улыбнулась.
— Я не стану допытываться, откуда вы это знаете. Он проигнорировал колкость.
— Это обычай абсароки?
— Можно сказать, что да, так как у себя на равнинах мы не носим нижнего белья, но это не совсем уместно здесь, в Париже. Правда заключается в том, — добавила она очень вкрадчиво, — что я надеялась, вы заедете за мной и мы начнем все прямо в карете.
Улыбка осветила его тонкое лицо, глаза загорелись.
— Жаль, что я был так щепетилен.
— Это только свидетельствует, что благоразумие не всегда уместно, — она протянула руки, взяла в ладони его голову и поцеловала в щеку.
— Вы, вероятно, предпочитаете неблагоразумие и авантюризм, — пробормотал он, проводя руками по ее плечам.
— Да, — сказала она с легким вздохом, слегка вздрагивая от этого прикосновения.
Его большие руки были опытны, он знал, как ласкать ладонями, слегка проводить пальцами по краю ключицы, дразняще задевая при этом грудь. Его пальцы заскользили по шелку ее волос.
— Вас заинтересовало бы чтонибудь несдержанное, дикое? — его голос был спокоен, как если бы не он произнес слово «дикое».
— Да, — тихо ответила она, зная, что мужчина с глазами, как у кота из джунглей, должен быть диким.
Ее черные, тяжелые волосы свободно рассыпались по плечам, после того как он вытащил шпильки. Этьен обнял ее и прижал к своему сильному телу, пока она не почувствовала его возбужденную, пульсирующую плоть.
— Я так понимаю, что вы предпочитаете нечто непредсказуемое и стремительное? — его глубокий голос одновременно спрашивал и обещал.
— Да, — ответила она. Она, которая так гордилась своей сдержанностью. — Да, — мягко повторила она, понимая, что теряет самообладание.
Внезапно подняв ее, как будто она была невесомой, он перенес ее на кушетку, которая путешествовала с ним по всему миру. Льняная подушка выцвела и износилась добела под солнцем, как и многие вещи в этом доме. Великолепный герцог де Век не очень любил для себя лично показную роскошь, скромная простота была ему ближе.
Быстро избавившись от своего нижнего белья, он лег рядом, и Дейзи на секунду подумала, выдержит ли кушетка их обоих. И сколько ее предшественниц было на этой кушетке здесь или в других частях света?
Был ли он телепатом или вопрос можно было прочитать в ее глазах…
— Не нужно вопросов, — прошептал Этьен, — поцелуйте меня.
Он, переполненный страстью, хотел ее, как только она удалилась из бального зала у Аделаиды, оставив его в недоумении. И после продолжительных словесных баталий она, наконец, была здесь.
