class="p1">— Тебе стоит посетить ятрейю. — Он был обеспокоен ее состоянием после удара по голове.
— Обойдусь. — Аретуса сбросила с себя руку юноши и уселась на песок. — Голова болит пуще прежнего, но скоро пройдет.
— Может, тебе все же чем-то помочь?
— Просто помолчи! — огрызнулась Рета и спряталась меж собственных колен, но уже через минуту сама подала голос. — Я почти одолела ее. Мне не хватило мимолетного мгновения, чтобы стать победителем. Лишь сила Посейдона спасла Эрато — обладай ею и я, все сложилось бы иначе.
— Полагаю, в этом и была цель дуэли — показать значение способностей для Героя. Я сражался с Димостэнисом на равных и едва не пробил ему брюхо, но кто знает, какую часть своего могущества он использовал для победы надо мной?
Все оставшееся время они сидели молча, наблюдая за тем, как их собратья зарабатывают крупные гематомы и неглубокие порезы на своих телах. Многие юные воины держались достойно, но участь товарищей в конце концов настигала даже самых стойких из них.
Единственное, что интересовало Икароса больше самих поединков, это то и дело мелькающий в их процессе голубой цвет. Это были те самые способности, ради которых он посвятил свою жизнь военному ремеслу и подготовке к ежегодным состязаниям, открывающим обывателям путь к звездам. Они делали Героев особенными, позволяя творить настоящие чудеса. Принимаемое силой Богов разнообразие форм ограничивалось лишь фантазией обладающих ею людей: схватить острый клинок голой рукой или использовать ладонь вместо щита было обыденностью, уступающей в оригинальности волне, сбивающей с ног противника, и водяному потоку, способному даже сквозь броню сломать человеку кость. До сего дня ни разу не видевший подобного Каро поражался гармоничности и изяществу, с которыми Героям удавалось вписывать способности в свой стиль боя — ему не верилось, что совсем скоро он и сам научится подобным вещам.
По завершению последнего поединка вымотанные наставники позволили себе недолгий отдых, чтобы освежиться и выпить воды — знойное солнце уже давало о себе знать. Потирающие ушибы и ссадины молодые люди присоединились к ним и направились в лаконикум, расположенный рядом с ареной, несказанно радуясь возможности умыться холодной водой и смыть с себя горячую кровь.
— Ума не приложу, как Герои гибнут в таких количествах, — давался диву один из наслаждающихся прохладой юношей в беседе с товарищем. — Ни один воин во всем Гаиа, каким бы прославленным он ни был, не способен противостоять даже самому захудалому обладателю Божественной силы.
— Герои подобны золоту среди навозной кучи — все внимание приковано к ним. Отбиться от десятков навалившихся разом гипаспистов способны разве что Олимпийцы, да и то лишь самые могущественные из них.
— Скоро вы собственными глазами узрите причину нашего не долголетия. — Посвежевший Димостэнис, казалось, успевал следить за всеми. — Пора возвращаться и продолжать тренировочный день!
— Искусство управления даром вам предстоит изучить после инициации. — Галанис вновь стоял в центре арены и ораторствовал. — Это долгий и сложный процесс, имеющий множество тонкостей, малую часть из которых я и сам не смог обуздать до сих пор. В первую очередь будущих Героев принято обучать защите от могущества Богов, ведь всю нашу дальнейшую жизнь после получения метки мы сражаемся с себе подобными — на практике эти знания оказываются неописуемо полезными. Сейчас, пока вы не имеете способностей, вам следует узнать лишь о том, как распознать человека, наделенного даром Олимпийца, и чего не стоит делать в бою с ним. Запомните самое важное, что вы услышите от меня за эту неделю: предпринимать попытки блокировать удары Героя равносильно прыжку пузом на острие копья. Некоторые наши атаки способны с легкостью пробить кольчугу, не говоря уже о более легкой броне и деревянных щитах — единственно верным решением будет резкое уклонение.
— Покажите что-нибудь этакое из своего арсенала! — раздался умоляющий голос из толпы.
— Наблюдайте за руками. — В глазах Димостэниса неожиданно воспылал огонек ребячества.
Остэн выпрямил правую руку и стал загибать на ней пальцы один за другим, начав с мизинца. Он держал кулак сжатым меньше секунды, после чего появившийся внутри сгусток воды вырвался из его раскрытой ладони, в полете преобразился в комету, оставляющую за собой длинный след из сотен маленьких капель, и взорвался у ног любопытного юноши, повалив его на землю и засыпав взмывшим в воздух песком.
— Заметили движение кистью? Руки — это первое, на что вы должны обращать внимание в бою с Героями. Делайте что хотите, хоть обзаводитесь третьим глазом, но не смейте выпускать из поля зрения конечности противника. Любая способность требует предварительной подготовки — внимательный и опытный воин всегда заметит угрожающие его жизни движения пальцами. За следующие несколько дней вы должны научиться видеть и чуять намерение врага применить силу Богов, ради чего мы здесь будем собираться и впредь.
— Кириос, вы, должно быть, не единожды использовали этот снаряд на фронте. — Смельчак уже стоял на ногах, отряхиваясь от попавшего ему в волосы и под одежду песка. — Что происходило с людьми, в которых он попадал?
— Все зависело от моего желания и мощности броска. Обычный сгусток воды может оказаться смертельным, серьезно травмирующим или просто поучительным. — Димостэнис внезапно выпустил еще одну комету, в этот раз попав прямо в грудь своему подчиненному и вновь повалив его наземь. — Пожалей себя, хватит неуместных вопросов и просьб. Все возможности Героев вы будете познавать после инициации, а до того незачем забивать этим голову.
Тренировка продолжилась в заданном темпе: молодые люди поочередно сражались с наставниками, сходясь с ними то в дуэлях, то двое и даже трое на одного в попытках успеть вовремя заметить голубое свечение. Они трудились до самого вечера, лишь дважды прервавшись на еду и отдых. К концу дня все тело Икароса было в синяках и ссадинах, а мышцы болели, как никогда прежде. Вернувшись домой, он плотно поужинал и обмолвился лишь парой слов с матерью и сестрой, после чего сразу отправился спать, чтобы завтра ранним утром вновь отправиться на арену.
Аминтас
Стояла глубокая ночь. Команда Смотрящих в полном составе была на ногах и выполняла свои привычные обязанности, наполняя пространство негромкими голосами и звуками кипящей работы. Все еще не пришедший в себя наварх нетвердой походкой вышел на палубу, протирая глаза, слипающиеся после крепкого сна. Стуча зубами и
