Не надо противиться, родная, раздался голос Руперта, ты в этом споре не победишь, - в его голосе слышалась улыбка.
Приоткрыла один глаз, чтобы взглянуть на него. Он лежал рядом, опираясь на ладонь, уже одетый в рубашку и брюки.
- Ты тоже собрался готовиться? – удивилась я.
- Мне столько времени не нужно, - снисходительно сказал он мне.
- Это ты на что намекаешь? – с шуточной угрозой спросила я. – Что ты и так красивый, а меня ещё украсить нужно?
- Как я могу такое сказать? Это ты сказала, я же просто рядом лежал! – патетично вскинул он руки, будто призывая всех богов быть свидетелями его слов.
- Ах, так! – бросилась я в его сторону, но поймать этого проныру мне не удалось. Он быстро переместился к двери, откуда крикнул Марте, он сделал всё, что мог, то есть поднял меня, а дальше пусть сама справляется.
Сплошные интриги!
Меня долго отмачивали в ванной, будто я не мылась пару лет. Натирали или споласкивали и опять замачивали. Одно хорошо в перерывах удавалось покемарить.
С волосами было не быстрее. Несколько раз Марта их чем-то смачивала, наносила какую-то вкусно пахнущую пасту, смывала и опять что-то делала.
Даже спрашивать не стала, раз делает, значит надо. Муж ей платит хорошие деньги за умения. После испытательного срока возьмём моей камеристкой.
Мы договорились, что за братом и его сборами присмотрит муж, так как Ник способен забыть о времени и за пять минут натянуть костюм.
Когда меня выпустили из воды, солнце сияло над нашим домом.
Далее Марта колдовала над моей причёской, лёгким макияжем, одеждой.
Перед нанесением косметики принесли завтрак. Его я съела с аппетитом. Волнения меня не одолевали. Я уже жена, и ничего это уже не изменит.
- А правда, что императорская чета будет в храме? – взволновано спросила горничная.
- Правда, - вздохнула я.
- Вы не рады?
- Не то чтобы не рада, но из-за этого церемония уже не будет семейной.
- Вы и так пригласили очень мало гостей. В столице лорды женятся с размахом.
- Пятьдесят человек – это мало? – удивилась я.
- Конечно! Обычно не менее трёхсот!
- О Великий дух! Зачем столько?
- Чтобы показать своё богатство и значимость.
- Значит, я покажу свою скромность и рачительность, - буркнула в ответ.
- О вас и так весь город говорит.
- С чего бы? – чуть обернулась к девушке.
- Вы растопили сердце тёмного мага, того, кто избегал женитьбы. Словно конца света! А уж история вашего знакомства и вовсе повод написать о вас роман.
- Пусть пишут, если нет более достойных сюжетов.
- Не смущайтесь, ведь это просто зависть тех, кто так не смог и надежда юных дев, что и они смогут встретить свою любовь.
- Хоть бы все провинциальные барышни не приехали покорять столицу, а то местным ничего не останется, как ехать к границе женихов искать, - расхохоталась я.
- Такие слухи тоже ходят, не побоюсь даже слова «опасения»! – заговорщицки шепнула Марта.
- Ого! Надо начинать бояться?
- Думаю, нет, но вы встряхнули местное общество.
- Мужчины подшучивают между собой, вы такая красотка, что не грех и себе съездить поискать к границе жену, раз там такие девушки рождаются.
- А ты откуда знаешь? – посмотрела на неё в зеркало.
- Это лакеи слышали от господ, нашим рассказали, а они на кухне нам поведали, - пожала горничная плечами.
- Чего только о себе не узнаешь.
Платье одевали очень осторожно. Бледно-голубая ткань была вышита белоснежными бутонами горных цветов, сердцевинки которых венчали драгоценные камни. Они красиво переливались на свету.
В причёску аккуратно прикрепили новую диадему из тех же камней, а к ней уже фату, которая спускалась до самой земли.
На ноги белоснежные туфельки, усыпанные блестящей крошкой.
Муж заглянул ко мне, когда я была почти готова.
- Выглядишь как весна! – сказал он мне и поцеловал руку.
- Ты тоже, хоть и не изменяешь себе, - ответила в тон, осмотрев его абсолютно чёрный наряд. Единственный проблеск – это камень на булавке галстука.
- Не хочется изменять себе – это мой любимый цвет.
- Тебе бы только жуть нагонять на людей, - покачала головой.
- Нам пора, давай помогу с колье, и выезжаем.
Повернулась к мужу спиной, чтобы было удобно застегнуть замочек.
- Это семейные драгоценности, они очень тебе идут, - сказал муж и поцеловал меня в шею.
- Они очень красивые. Не время сейчас, но ты раскрыл, то дело, что мы разбирали? Хочется все дела завершить и тайны разгадать.
- О чём ты только думаешь перед обрядом, - улыбнулся муж. – Раскрыл. Ты была права. Парень не виноват. Это сын преподавателя, который узнал о романе отца и его ученицы, разозлился на предательство. Пошёл просить оставить отца, а она стала упрямиться. Закончилось всё трагично.
- Печальная история.
- А у нас счастливый день! Идём.
- А Ник готов?
- Давно. Его я собрал первым.
Внизу меня и, правда, дожидался брат. Он задумчиво смотрел в окно.
Глубокий синий цвет очень шёл к его светлым волосам, оттеняя глаза. Сейчас он выглядел совсем взрослым.
- О, наконец-то, - обернулся он, заслышав шаги.
- Не смущай сестру, - одёрнул его Руперт.
- Айрин, ты красавица, как и всегда, но мне уже хочется быть в храме и посмотреть на Императора.
- Сама непосредственность, - прокомментировала его слова.
До храма добираться было совсем недолго, так как он был рядом с дворцом.
Гости были уже внутри, поэтому мы вошли рука об руку и все встали, приветствуя наш союз.
Везде были гирлянды из свежих цветов, перевитые серебристыми лентами, серебряные колокольчики издавали тихий и мелодичный звон.
Храмовник ждал нас в парадном облачении.
В первом ряду расположилась императорская чета. Брат рядом с ними. Ник был так счастлив, что дар речи временно утратил, а это о чём-то да говорит.
- В сей прекрасный день, мы собрались, чтобы представить Великому духу союз двух его детей, пожелавших стать одним целым.
У меня защипало в носу, и я поняла, что сейчас заплачу. Вот никогда не была слишком сентиментальной, и в самый неподходящий момент расклеилась.
- Положите руки на алтарь и попросите в душе благословения для себя и своей семьи. Если сила вашей просьбы будет достаточно велика, а порыв искренним, то Дух отметит
