– Не его жена?..
– Я не жена ему. Подойди и сядь рядом, Джерри. Дай мне все тебе рассказать.
Это я должен был знать, поэтому я подошел и сел рядом с ней, а она взяла меня за руку.
– Ты хочешь сказать, что он не женат?
– Да, он не женат.
Она провела пальцами вверх по моей руке, и мне сразу пришли на ум паучьи лапы…
– Мы познакомились два года назад. Он приезжал по делам в Лас-Вегас. Ему нужна была женщина. Маззо явился ко мне. Я работала в шоу. Он нанял меня. Кто не пожелает спать с богатейшим человеком в стране! Джон никогда не был таким хорошим любовником, как ты, Джерри, но я влюбилась в него, а он – в меня. Он предложил мне пожениться. Он говорил об этом совершенно серьезно, но он был настолько занят, что у него не было времени на пышную свадьбу, которую он намеревался устроить… Потом началось это кошмарное заболевание. Он повторял без конца, что, как только он разделается с какими-то особо важными делами, мы обвенчаемся и отправимся в кругосветное путешествие. Он привез меня сюда. Он сказал решительно всем – матери, Дюранту, прислуге, что я его жена, что мы поженились тайно, чтобы не привлекать внимания. Меня считали и считают его законной женой. Но фактически это не так. Я просила его, даже умоляла узаконить наш брак, но к этому времени болезнь уже слишком развилась. Он только обещал… – Она посмотрела на меня. – Так что если он умрет, Джерри, то теперь я твердо знаю, что и моей жизни придет конец. Его мать ненавидит меня, и она подозревает, что наш брак не оформлен. Она скаредная, злобная старуха, и когда Джон умрет, ей будет очень просто доказать, что Джон мне не муж. – Она откинулась на подушки и уставилась на потолок. – Вся эта роскошь, все эти деньги исчезнут. Я не знаю, что будет со мной… – Она посмотрела на меня. – Вот так обстоят дела, Джерри! И я теперь прошу тебя о помощи.
Я поднялся и принялся ходить по огромной спальне. Мне хотелось быть подальше от ласкающих паучьих лапок.
Теперь у меня в мозгу вспыхивали красные тревожные лампочки. Я думал о Ларри Эдвардсе. Сообщила ли Лоретта ему то, что сейчас рассказала мне? Отказался ли он ей помочь? Опустила ли она вниз большой палец, приговаривая его к смерти?
У меня проступил холодный пот. Ведь я был пленником в этом богатом доме. Я видел напряженные взгляды телохранителей, стерегущих сад и прилегающие окрестности…
– Помочь тебе?.. – Я постарался, чтобы мой голос звучал твердо: – Как я могу тебе помочь? Послушай, меня наняли, чтобы я играл роль твоего… Фергюсона. Я это и делаю. Это все, за что мне платят.
Она соскочила с кровати и прошла туда, где бросила свой халат, и очень медленно завернулась в него.
– Мы любовники, Джерри! Разве это для тебя ничего не значит? – спросила она, глядя мне в глаза.
Можно было подумать, что ее лицо высечено из мрамора.
Я был напуган. Я думал о Ларри Эдвардсе и Чарльзе Дювайне… Сыграй не той картой, говорил я себе, и ты тоже умрешь. Потому что я прекрасно понимал, что не в силах помешать им убить меня, если только я откажусь с ними сотрудничать. И поэтому я решил тянуть время.
– Если я смогу, я тебе помогу…
По ее взгляду я понял, что она видит, как я смертельно напуган. На ее лице промелькнула насмешливая усмешка:
– Я знала, что ты мне так ответишь. – Она подошла к креслу и села в него. – Знала, что могу положиться на тебя. – Она улыбнулась. – Тебе предстоит на мне жениться…
Это было так неожиданно, что я от изумления вытаращил глаза.
– Это единственный выход! – Снова та же насмешливая улыбка. – Ох, да садись же! Я все сейчас объясню, раз ты обещаешь мне помочь.
Разумеется, я сел, с недоумением глядя на нее.
– Как бы ты посмотрел на то, чтобы получить два миллиона, Джерри?
Я продолжал молча смотреть на нее.
– Джерри, хочешь ли ты заработать два миллиона долларов?
Я взял себя в руки.
– Огромная сумма, – произнес я. – Да, конечно… Кто бы не захотел?
– Ты должен жениться на мне в своей маскировке. За это я дам тебе два миллиона долларов.
Она, очевидно, помешалась… Я потянулся за сигаретой и закурил. Она не спускала с меня глаз.
– Из этого ничего не получится, – произнес я наконец. – Безумная мысль! Если будет расследование, а оно, конечно, будет, брак признают недействительным. На брачном свидетельстве проставляется дата. Его мать прекрасно знает, что Джон не в состоянии сейчас жениться. У нас с тобой возникнут настоящие неприятности. Да нет! Из этого ничего не получится!
– Должно получиться!
Опять в ее голосе послышался свист хлыста, рассекающего воздух, от которого у меня невольно сжалось сердце.
– Каким образом?
– Ты ничего не знаешь о мощи больших денег. С их помощью можно устроить все, что угодно. Когда Дюрант сказал мне, что ты превосходно можешь подделывать подпись Джона, я увидела решение… Я навела справки в Лас-Вегасе. Там имеется пожилой священник, который ушел на покой два года назад, примерно в то время, когда мы встретились с Джоном. Я слетала туда вчера и переговорила с ним. Ему нужны деньги. У его жены рак. А его сын живет на наркотиках. Мы договорились… – Вновь та же насмешливая улыбка. – Послезавтра Дюрант едет в Вашингтон. Я устроила так, что этот священник приедет сюда. Он даст мне свидетельство о браке двухлетней давности. Ты подпишешь это свидетельство вместо Джона. И пожалуйста! Я замужем за Джоном!
Я подумал, потом спросил:
– Ты все предусмотрела? Ведь должны быть свидетели при заключении брака.
У нее было воистину гранитное лицо, она нетерпеливо махнула рукой.
– Джерри, все организовано! Наша предполагаемая женитьба была тайной, поэтому свидетелей пригласили с улицы. Я нашла двух бедняков-негров, которые за несколько долларов расписались в журнале. Единственное, что необходимо сделать, это поставить подпись Джона. Все предельно просто!
Но я ясно видел опасность.
– Не спеши… Ты понимаешь, что таким образом ты легко можешь стать жертвой шантажиста? Священник, эти двое свидетелей… Они смогут требовать от тебя все новых и новых подачек.
Она улыбнулась. Я никогда не видел такой злой, порочной улыбки.
– Никто не станет шантажировать кого-то из Фергюсонов, Джерри!
Я сразу же подумал о Ларри Эдвардсе и Чарльзе Дювайне… И с ужасом сообразил, что в ближайшие же дни с этим священником и с этими двумя бедняками-неграми что-то случится.
– Затем имеется еще одно важное задание для тебя, – сказала она. – Впрочем, ничего сложного… Всего лишь еще одна подпись. На завещании.
– На завещании?
– Конечно! Джон два года назад женился на мне. Он составил завещание, по которому оставил мне все свое состояние.
– Но ты же говорила, что он не составлял завещания?
– Да, не составлял… Но оно у меня есть. У меня имеется неопровержимое, юридически обоснованное завещание, полностью охраняющее мои интересы. Все, что там требуется, это его подпись… – И вновь та же насмешливая улыбка. – Подделанная тобой подпись, Джерри!
Теперь мне все стало ясно. До чего же хитрая бестия!
Я ухватился за соломинку.
– Завещание должно быть засвидетельствовано…
Она нетерпеливо махнула рукой:
– Когда мы поженились в Лас-Вегасе, два года назад, те же самые несчастные негры засвидетельствовали также и завещание. На завещании имеются их подписи. Это все устроено!
Я сидел, глядя на нее широко открытыми глазами.
– За твое содействие, Джерри, и за твое молчание в будущем я плачу тебе два миллиона долларов. Что ты на это скажешь?
И злобная улыбочка.
– У тебя нет таких денег, – сказал я.
– Они у меня будут! Нам с тобой придется подождать, пока умрет Джон. Но не тревожься, два миллиона стоят того, чтобы немного потерпеть, не так ли? Джон может умереть в течение месяца. Говорю тебе, ему быстро становится все хуже…
Не планировала ли она уже теперь прикончить Джона Меррилла Фергюсона? Глядя на нее, видя ее улыбку, я был уверен, что так оно и есть. Не сомневался я и в том, что она не собирается платить мне два миллиона. Как только она получит требующиеся ей подписи, я перестану существовать.
