Подойдя к столовой, девушки синхронно остановились и молча переглянулись. Из-за закрытой двери доносились приглушенные, но между тем хорошо слышимые мужские голоса. Один из них явно принадлежал лорду Грэму, а вот второй был Нике не знаком. Она собралась отойти в сторону и подождать, пока столовую откроют, как вдруг стоящая рядом Анна, ничуть не смущаясь, подошла вплотную к двери и наклонилась к тоненькой щелке, чтобы лучше слышать происходящий за ней разговор. Смирившись с тем, что в последнее время приходится подслушивать уже не в первый раз, Ника присоединилась к ней.
– Лорд Грэм, – говорил незнакомый мужчина. – Вы ведь понимаете, что я не хочу привлекать к этому делу внимания. Если в обществе узнают об исчезновении моей дочери, разразится скандал. У меня масса недоброжелателей, даже более того – врагов, способных использовать ситуацию против меня. Мне необходимо поручить дело людям, которым я могу полностью доверять. Вам я доверяю. Разумеется, об оплате можете не волноваться.
– Деньги меня не интересуют, – резко перебил его декан. – И полностью доверять кому бы то ни было тоже не советую. Я готов посодействовать вам как старому знакомому, но обещать ничего не могу. Как видите, на меня сейчас навалилась куча других забот, и, что бы там не говорили, я не всесилен. Насколько я понимаю, Джолетта пропала во время вашей дипломатической миссии в Триальскую империю?
– Именно так, – охотно подтвердил собеседник, обрадованный каким-никаким, но согласием лорда. – Мои люди говорят, что она просто исчезла два дня назад, когда они находились на Малой площади. Как видите, я был вынужден оставить свои дела в Триальской империи, но уже сегодня мне необходимо вернуться. Я буду отсутствовать еще около недели, возможно, и дольше, если переговоры затянутся. – На несколько секунд в столовой воцарилось молчание, после чего мужчина уточнил: – Так я могу на вас рассчитывать?
– Сделаю все возможное, – лаконично ответил Грэм. – Но, повторяю, я не могу ничего обещать.
В голосе собеседника прозвучало явное облегчение:
– Благодарю вас.
На этом разговор был окончен, и из-за двери до девушек донеслись приближающиеся шаги. Не сговариваясь, обе тут же отскочили в сторону и с непринужденным видом встали у окна. Вместе с деканом из столовой вышел высокий крупный мужчина, по богатой одежде которого можно было определить его принадлежность к высшей аристократии. Ника заметила, что Анна не сводит с него пристального и вместе с тем взволнованного взгляда, но мужчина едва ли обратил на нее внимание. Пожав напоследок руку лорду, он уверенным шагом направился прочь. Анна неотрывно смотрела ему вслед, и в какой-то момент Ника заметила в ее глазах заблестевшие слезы. Понять, чем это вызвано, Нике не дал декан, который, в отличие от ушедшего мужчины, заметил их присутствие.
– Ну и как это объяснить? – Лорд Грэм сложил руки на груди и вперился в Нику испепеляющим взглядом. – По-моему, я ясно изъяснялся, когда говорил, что не стану вам помогать.
Взгляд Ника выдержала и, не моргнув, ответила:
– А я здесь не из-за вас. Да будет вам известно, что я зачислена на первый курс факультета квинтэссенции и теперь, согласно правилам этого учебного заведения, буду проживать на территории академии.
Судя по выражению лица, лорд действительно не знал о ее зачислении. Оно и неудивительно – вряд ли новый декан озаботился просмотреть список поступивших, а если и озаботился, то имя и фамилию Ники он все равно не знал.
– И кто же это, позвольте узнать, принял вас в академию без документов? – быстро справившись с первым удивлением, осведомился лорд.
Подставлять Дарину девушка не собиралась, поэтому ответа не последовало.
Джолетта не обращала внимания на препирательства соседки с деканом и молча смотрела в ту сторону, где уже давно скрылся из виду ее отец. Она и не предполагала, что видеть его будет настолько больно. Ее ужасно ранило то, что он смотрел словно сквозь нее и не узнавал. Умом Джолетта понимала, что узнать ее сейчас было попросту невозможно, но смириться с этим все равно было трудно.
Когда столовую открыли, вместо того, чтобы сесть за стол, она отправилась на кухню. Деньги были необходимы ей как воздух, поэтому Джолетта собиралась сделать то, чего не делала еще никогда в жизни, – пойти работать. Объявление на стенде натолкнуло ее на эту мысль, и после долгих сомнений она все-таки решилась. Работа на кухне казалась ей унизительной, но выбора не было. Оставалось утешаться тем, что, по сути, подрабатывать будет не леди Джолетта де Лэйр, а никому не известная провинциалка Анна Тьери.
– Бездари! Неумехи! – прозвучали громкие крики, как только она вошла в помещение, пропитанное запахами свежеприготовленной еды и специй.
– Н-но, госпожа Лили… – запинаясь, попытался возразить испуганный повар.
– Я уже сто один год как госпожа Лили! – продолжала кричать разошедшаяся старушенция. – Ты зачем в тесто столько муки насыпал? Зачем, я спрашиваю?!
– Так ведь нормальная консистенция…
– Олух! – вновь припечатала фурия и, внезапно переключив внимание на застывшую в дверях Джолетту, рыкнула: – Чего надо?!
Джолетта подумала, что за прошедшие пару дней услышала в свой адрес столько непочтительности и грубости, сколько не знала за всю жизнь. Тем не менее она проигнорировала гневный выпад и уверенным шагом подошла к поварам. При ближайшем рассмотрении она не без удивления обнаружила, что шеф-повар – гномиха. Да… новый декан квинтэссенции полон сюрпризов: дворецкий – элементаль, повариха – гномиха, какие еще скелеты кроются в его шкафах?
– Я ваш новый помощник, – с ходу выпалила она, не допуская даже мысли, что ей могут отказать. – Какова будет оплата, и когда мне приступать к своим обязанностям?
От такой наглости и повара и госпожа Лили на некоторое время зависли. У всех троих явно промелькнула мысль, что такой самонадеянности не было даже у их вчерашней визитерши Ники.
– И когда это я успела взять такую безрукость ходячую в помощники, а? – осклабившись, осведомилась гномиха.
Выпустив наружу свои не самые лучшие качества, Джолетта не менее язвительно бросила:
– А с чего это вы, немощь слепая, взяли, что я безрукая? Вон оба ваших повара подтвердят – руки у меня на месте, голова на плечах тоже есть, а еще, в отличие от всех прочих в этом дарховом общежитии, имеется талант повелевать водой! Так что да, перчатки для мытья посуды можете не выдавать!
Гномы по своей природе были существами грубыми и не слишком приветливыми, в их среде ценились такие качества, как напор, целеустремленность и уверенность. Если они чувствовали чужую слабину, то без зазрений совести измывались над несчастным. Так произошло и с двумя добродушными, хорошо воспитанными поварами, оказавшимися в подчинении у госпожи Лили. Поэтому Джолетта, избрав такую линию поведения, сама того не зная, попала прямо в цель.
Она невозмутимо опустилась на деревянный табурет и, побарабанив пальцами по столешнице, вновь поинтересовалась:
– Ну, когда приступать?
Шеф-повар некоторое время молчала, повернув голову в сторону Джолетты, словно действительно могла что-то рассмотреть через закрытые веки. Крылья ее носа слегка подрагивали, будто улавливая интересный и дразнящий запах.
Госпожа Лили поцокала языком, повертела головой и наконец решила:
– Сработаемся!
Повара, стоящие рядом, синхронно издали вздох удивления, а гномиха меж тем уже засыпала Джолетту информацией:
– Значит так, дорогуша! И не мечтай, что я подпущу тебя к готовке, а вот швабра и полы – в твоем распоряжении! Раз уж ты водница, так и быть, будем эксплуатировать твой дар вместо мойки, но, если вдруг хоть одну тарелку испортишь, пеняй на себя, усекла? – Не дав вставить ни слова, повариха продолжила: – Работать будешь с девяти до одиннадцати вечера и с трех до пяти дня, и мне плевать, есть у тебя в это время занятия или нет! Один раз не придешь – уволена! Мне что-то не понравится – уволена! Шашни с моими поварами вздумаешь крутить – уволена! Все понятно?!
– Нет, не все! – возмущенно воскликнула Джолетта. – Во-первых, зарубите себе на носу – днем работать я не собираюсь, я сюда учиться приехала, а не полы драить! Во-вторых, вы так и не озвучили причитающуюся мне сумму! Ну и в-третьих, мне нужны деньги наперед, я требую аванс!
Гномиха в негодовании всплеснула руками, но в ее голосе прозвучали нотки невольного восхищения:
– Нет, вы только гляньте на нее! Она мне еще условия ставить будет!
– Так ей и правда учиться надо, – внезапно осмелев, подал голос Мик. – Я вот тоже, если бы даром обладал…
– Молчи уж, несчастье! – замахала на него руками госпожа Лили и вновь обратилась к Джолетте: – Ладно, так уж и быть, убирать будешь по вечерам, но чтобы утром на кухне ни одного пятнышка не было! Что до оплаты – будешь получать по пять медяков за смену, расчет – только в конце месяца, а на аванс можешь не рассчитывать! Не нужны мне тут дармоеды! Сначала месяцок-другой поработаешь, и коли потом не сбежишь – будешь забирать жалованье, когда захочешь!
