Читаем без скачивания Внушение на расстоянии - Леонид Васильев

Это, конечно, лишь первые шаги, направленные к экспериментальному овладению телепатическими явлениями, но и теперь уже при наличии очень хорошего перципиента удаётся иногда провести публичную демонстрацию этих явлений. Приведу два примера таких демонстраций, на которых я лично присутствовал. Первая из них была проведена проф. К.И.Платоновым в Ленинградском (тогда ещё Петроградском) университете на 2-м Всероссийском съезде психоневрологов. То, что там произошло, описывает сам проф. Платонов:

«В аудитории, где проходили заседания гипнологической секции съезда, опыт проводился в следующих условиях. Председатель секции проф. А.В.Гервер сидел за председательским столом, лицом к слушателям. Испытуемая М. (уже известная читателю по пятой главе) сидела у этого же стола, лицом к беседовавшему с ней проф. Герверу и боком к аудитории. За её спиной, на расстоянии метров шести, стояла классная доска, поставленная косо по отношению к слушателям. За доской стоял я, находясь в поле зрения аудитории и вне видимости для испытуемой. Ещё до прихода М. в аудиторию со слушателями было условлено, что молчаливое закрывание моего лица кистями моих рук будет служить показателем начала опыта усыпления. Закрыв лицо, я мысленно представлял себе фигуру испытуемой М., как бы заснувшей во время беседы с проф. Гервером, сосредоточив на этом своё напряженное внимание в течение одной минуты. Эффект был полный: засыпание М. наступило через несколько секунд. Пробуждение было произведено тем же путём. Так было повторено несколько раз»[77].

Второй пример. Больная К., 29 лет, получала сеансы внушения, проводимые д-ром В.Н.Финне по поводу затяжного левостороннего пареза истерического характера. Приведённая в состояние гипнотического сна, больная сохраняла вялость мышц и полную неподвижность в течение всего сеанса. В состоянии гипноза она проявляла пониженную восприимчивость к словесным внушениям. Тем не менее, под влиянием упорно повторяемого словесного внушения к усыплённой больной возвращалась способность произвольно двигать парализованными конечностями. Такого же эффекта можно было достигнуть и мысленным внушением. Особенно следует подчеркнуть, что, несмотря на пониженную восприимчивость к словесным внушениям, доходившую порой до негативизма, эта больная проявляла признаки высокой восприимчивости к мысленным внушениям двигательного характера.

Опыты производились в утренние часы в отдельной небольшой комнате, из которой была вынесена вся мебель, за исключением табурета для внушающего и койки, стоявшей посреди комнаты, на которой лежала больная. Отражающих поверхностей в комнате не было; окна были завешены белой пропускавшей свет материей. Ход опытов (демонстрированных в то время, ряду врачей) состоял в следующем. Д-р Финне словесным внушением погружал больную в гипноз. Один из экспериментаторов садился за изголовьем больной, на расстоянии 1–2 метров. Кто-нибудь из присутствовавших писал на листке бумаги задание для мысленного внушения и передавал экспериментатору, который, прочитав задание (нередко неизвестное остальным присутствующим), приступал к проведению опыта. При этом экспериментатор напрягал все усилия на то, чтобы вызвать в своём воображении образ испытуемой, выполняющей внушаемый двигательный акт. Особое внимание обращалось самим экспериментатором и присутствовавшими при опыте на возможность непроизвольного нашёптывания задания, что может привести к грубым ошибкам в истолковании результатов.

При соблюдении указанных условий находившаяся в довольно глубоком сне с плотно закрытыми, а чаще завязанными глазами, испытуемая обычно быстро и точно, не производя лишних движений, выполняла внушаемый двигательный акт. На вопрос гипнотизёра — почему она производила это движение, больная давала ответ: мне приказал это сделать такой-то (Финне, Васильев или кто-либо другой), причём всякий раз правильно называла того, кто внушал.

Демонстрация была организована по просьбе прибывшего в Ленинград известного физиолога проф. А.А.Кулябко, желавшего удостовериться своими глазами в реальности этих явлений. О них он узнал от своих ленинградских друзей. Привожу выдержку из тогда же составленного протокола.

«Задание присутствовавшего на опыте проф. А.А.Кулябко: „Почесать левую щеку и переносицу“; внушает он же, сидя на табурете за изголовьем испытуемой. Во время опыта внушающий многократно поднимает свою правую руку и трёт свою левую щёку. Испытуемая сгибает свою правую ногу в коленке. Поднимает правую руку к левой щеке. Трёт пальцами правой руки левую щёку и губы. Чешет той же рукой правую щёку. Вопрос д-ра Финне: „Что вы делаете?“ Ответ испытуемой: „Неприятно раздражена правая сторона лица“. „Кто с вами разговаривал“? — „Не вы“. — „Кто же?“ — „Профессор Кульбашов“ (больная первый раз видела проф. Кулябко; всего на опыте присутствовало 12 человек). „Что он просил вас сделать?“ — „Страшно неприятно раздражал мне правую сторону лица“.

Тогда же. Задание: „Открыть глаза“ (задание д-ра Финне; внушает он же, сидя за изголовьем испытуемой). Через 2,5 минуты после начала внушения испытуемая после ряда прикосновений левой рукой к щекам, виску, лбу открывает глаза (полностью). Затем снова закрывает их, продолжая почёсывать рукой лицо. Вопрос д-ра Финне: „Что я вам говорю?“ Ответ Г испытуемой: „Открыть мне глаза“».

Нельзя удивляться тому, что подобные публичные демонстрации удаются так редко и преимущественно тогда, когда перципиент находится в гипнотическом сне. Ведь мысленное внушение относится прежде всего к явлениям психического порядка. Это феномен особого взаимоотношения двух индивидуумов, двух личностей, а что может быть изменчивее, реактивнее человеческой личности в её общении с другой столь же изменчивой личностью? Всё здесь быстро изменяется, никогда в точности не повторяясь! Гипнотическое состояние несколько умеряет эту непрерывную изменчивость. Поэтому и повторяемость, степень постоянства телепатических явлений в гипнозе несколько возрастают.

VIII. Физиологические исследования внушения на расстояние

Мысленное внушение в развитой своей форме вызывает у перципиента подотчётные его сознанию реакции — такие, как узнавание одной из пяти возможных фигур, воспроизведение рисунков, произвольных движений и т. п. (об этом шла речь в предыдущих главах). Подобные реакции имеют нервно-психический характер и изучаются, как мы видели, психологическими методами (их можно назвать парапсихологическими тестами). Но это далеко не всё: мысленное внушение может вызывать у перципиента и целый ряд неподотчётных его сознанию реакций, связанных с подотчётными реакциями, или даже не связанных с ними; например, подсознательные автоматические движения, изменения в деятельности головного мозга, сердечно-сосудистого аппарата и т. п. Для регистрации таких неподотчётных и не управляемых волей реакций парапсихологи успешно применяют различные лабораторные физиологические методы.

Одна из первых попыток такого рода принадлежит д-ру Бругмансу. Перципиент (Ван Дам) вводился в гальваническую цепь, причём один электрод прикладывался к его ладони, а другой — к тыльной части руки. В цепь включились: слабый источник электрического тока, чувствительный зеркальный гальванометр и добавочное сопротивление, регулируемое реохордом[78]. Когда перципиент находился в обычном бодрственном состоянии, «зайчик» от зеркальца гальванометра, отброшенный на шкалу с нанесёнными на неё делениями, колебался около определённого уровня. В известный момент перципиенту предлагалось создать у себя пассивное состояние; при этом кривая, отмечаемая «зайчиком» гальванометра, начинала падать и устанавливалась на более низком уровне. Значит, пассивное состояние характеризуется ослаблением тока, проходящего через руку. Когда же перципиенту передавалось мысленное внушение (указать определённую клетку шахматной доски), когда он испытывал «чувство контакта» с индуктором и «чувство удачи», кривая резким скачком поднималась, а затем снова спускалась к исходному уровню. Таким образом, каждый удачный опыт, по данным Бругманса, сопровождался своеобразной электрофизиологической реакцией[79]. В 1952 г. американские учёные Вудреф и Дэйл возобновили попытку Бругманса применить эту «методику психогальванического ответа» для исследования парапсихических явлений и получили сходные результаты.

В четвёртой главе уже упоминалось о надеждах парапсихологов, возлагаемых на методику регистрации биоэлектрических токов мозговой коры, — так называемую электроэнцефалографию. Ещё в 1939 г. голландские учёные Франке и Коопман попытались зарегистрировать электроэнцефалограмму перципиента во время протекания парапсихнческих явлений. В то время эта методика находилась ещё в начальном периоде своего развития и многого дать не могла. Авторам удалось лишь показать, что во время обычного сна, гипноза и так называемого транса у лиц, якобы одарённых парапсихическими способностями, электро-энцефалограмма резко изменяется по сравнению с тем какой она была у тех же лиц в состоянии бодрствования. Изменение состоит в появлении волн с большой амплитудой и низкой частотой, известных теперь под названием дельта-волн[80]. В состоянии бодрствования) у подопытных лиц электроэнцефалограмма, по данным аргентинского парапсихолога д-ра Канавезио (1953 г.), такая же, как и у других здоровых людей; никаких особых ритмов биоэлектрических токов она не содержит. Во время восприятия бодрствующим перципиентом мысленного внушения в его электроэнцефалограмме происходят изменения, сходные с теми, какие наблюдаются в состоянии нормального сна.